Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

подобного в феврале. У меня, к счастью, с этим проблемы нет. На дорогах растает сам. Главное, чтобы местные опять в Трансмутатор не повезли. А то нашёлся один из Селях, привёз трактор с прицепом снега и долго препирался с Игнатом, даже не подозревая, что тот был на грани и мог легко переработать спорщика на реаген. Вместе с трактором.

В помещении было достаточно многолюдно, однако мой столик оказался свободным. Даже не знаю, почему мне так везёт. «Логово Друга» жило в своём степенном уютном ритме. Потрескивали дрова в камине, несмотря на то что хватало и обычного отопления. Болтали посетители, часть из которых чуть приподнимались в приветствии, пока я шёл мимо. Слава богу, что быстро садились обратно.

Когда мне принесли утиную грудку с соусом и пюре — дверь неожиданно стукнула. Внутрь вошло несколько солидных мужчин с внимательными взглядами, а следом царицей в тронный зал выступила Лаура Челидзе.

Она остановилась, безошибочно найдя меня взглядом, стряхнула снег с мехового воротника. Люди замолчали, провожая странную процессию. Один из сопровождающих ловко принял пальто посланницы Императора.

— Я ждала вас у вашего дома, а мне сказали вы отправились сюда. Здесь невероятно вкусно пахнет, — сказала Лаура Челидзе, присаживаясь напротив меня.

Одета она была вызывающе. Достаточно откровенное платье, но не бальное. Просто стоило, вероятно, как вертолёт, а выглядит как ничто. Один короткий жест и гвардейцы Лауры покинули зал. Остался только почётный носитель пальто.

— На вкус тоже хорошо, — заметил я.

— Признаюсь, Михаил, я хотела бы отпраздновать нашу победу. Правда, представляла себе место пира несколько иначе. — Лаура огляделась с искренним любопытством. — Кстати, в прошлый раз заметила и хотела спросить: камин настоящий?

Я кивнул.

— Прелестно, — она непосредственно сообщила. — В Петербурге такое строят за безумные деньги, и всё равно выгядят подделкой. Что бы вы посоветовали попробовать из местных явств?

— Щи? — предположил я.

Она немного опешила:

— Ну, почему бы и нет. Надеюсь, здесь есть вино?

Я демонстративно поднял стакан с морсом.

— Вечно забываю, — мило улыбнулась Челидзе с бесенятами в глазах. — Да и с щами оно не сочетается.

Рядом с нами появилась официантка, и Лаура посмотрела на девушку снизу вверх с полуулыбкой, попытавшись при этом показать мне своё декольте. Я отвёл глаза в сторону, изучая огонь в камине.

— Щи, дорогая.

— Сию минуту.

И действительно принесли почти сразу. Будто бы наготове держали.

— Полагаю, вы тут не ради ужина, — заметил я.

— Правильно полагаете, Михаил. Шуйские, — сказала Лаура и попробовала ложку из глиняного горшочка. — Господи, как хорошо… Так вот. Формально всё завершено идеально. Отречение прозвучало под запись, компенсации переведены сегодня к полудню, без единого напоминания. Материал вышел в шесть вечера. За два часа — четыре миллиона просмотров. Убийца уже в Петербурге и даёт признательные показания. Мы победили. Ну почему же вы не пьёте, Михаил?

Я пожал плечами.

— Это так необычно, — поделилась она и огляделась. — Тогда и я откажусь. Хотела сообщить, что Государь передал вам личную благодарность. Не письменную.

Я кивнул. Не письменную — значит, её не существует.

— А неформально?

Лаура подняла бровь в вопросе.

— Вы сказали формально всё идеально. А неформально?

— Неформально они унижены, — сказала Челидзе. — Род первой сотни публично выбросил своего. Да, благородно. Да, единственно верно. Но всякий, кто это видел, теперь знает: Шуйских можно поставить в положение, где им приходится выбирать. Раньше не знал никто.

— И виноват в этом князь-выскочка из пограничья, — хмыкнул я.

— Именно. — Она посмотрела мне в глаза. — Со мной они не сделают ничего, я рука Государя, тронуть меня равносильно мятежу. С Пановой — тоже ничего, она исполнитель. А вы, Михаил Иванович, идеальная цель. Выскочка с окраины, при котором это произошло. Вносящий смуту в устои.

За её спиной хлопнула входная дверь. Гвардеец посторонился.

Тень вошла с холода — в бесформенной куртке, с налипшим на плечах снегом. Взгляд её мгновенно нашёл меня, потеплел — и наткнулся на тёмно-зелёное платье напротив.

Я увидел, как она застыла на полшаге. Это нехорошо.

— … вряд ли они осмелятся действовать прямо, — продолжала Лаура, не оборачиваясь. — Но могут оказаться проблемы с вашими деловыми интересами. Я прикрою, просто вы должны понимать, что шаг мы совершили титанический. У меня есть информация, что после выхода в сети ролика, а это не больше шести часов, у нас есть несколько запросов на расширение подобных полномочий на другие земли. Вас, может быть, удивит, но один из ваших соседей был в числе первых.

— Кто? — сказал я, наблюдая, как Надежда с преувеличенной деловитостью снимает куртку. Очень тщательно. Подозрительно долго. Отряхивает её. Расправляет, старательно не смотрит в нашу сторону. Однако напряжение было такое, что один резкий звук — и польётся кровь. Надеюсь, не моя.

— Игнатьев. — Лаура подалась вперёд. Духи у неё были потрясающие. Хотелось просто сидеть и вдыхать аромат, ни о чём не думая. Но желательно как можно дальше от этого места, которое могло стать местом кровавого преступления, судя по тому, как на мою спутницу поглядывала Надя. Даже гвардеец с пальто посланницы Императора напрягся. — У нас получилось, Михаил! Это прекрасный первый шаг!

Надежда прошла к свободному месту за стойкой. Села так, чтобы видеть нас в отражении висящего на стене зеркала. Заказала что-то.

— Но Шуйские рано или поздно придут за долгом, — добавила Челидзе.

— Что вы предлагаете, Лаура Георгиевна?

— Я предлагаю привязать вас к Империи так крепко, чтобы бить по вам стало равносильно атаке на государство. — Она положила подбородок на сплетённые пальцы. — Сейчас у вас привилегии по ресурсам, но это игрушки. Есть предложение оформить Императорский заказ. Оборонный. У меня есть информация, что вы готовите инфраструктуру для промышленных районов. Что, если вы будете часть мощностей отправлять на государственные нужды? Тогда любая помеха вам становится саботажем Империи. А это уже не спор родов. Но это всё теория, Михаил. Шуйские могут и сдержаться. С главой их рода Государь говорил лично.

— Цена?

— Ну, придётся пожертвовать самостоятельностью. — Лаура сказала это честно, и я это оценил. — И мы можем обойтись без участия Решалова. Заодно станем видеться чаще. Гораздо чаще.

Она сделала паузу.

— Надеюсь, это не покажется вам обременительным.

От стойки раздался отчётливый звон. Тень ловила падающую кружку — и поймала, конечно, поймала, всё таки Умелец. Поставила аккуратно. Извинилась перед официанткой с лицом человека, обсуждающего погоду. Но бешеные глаза смотрели в отражении на спину Челидзе.

— Ваш… — Лаура всё-таки обернулась, а Тень торопливо отвела взгляд. Челидзе вернулась в горшочку со щами и зачерпнула ещё одну ложку. Я глазами показал Надежде всю свою непричастность