Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Нам предстоит тяжёлая работа. Действительно тяжёлая работа. Учёный холм всегда славился скверным характером его обитателей. Заносчивые, грубые, вечно усталые и взбалмошные – вы все видели этих людей, что с завидным постоянством ошиваются в Замке. И нам потребуется заявиться на их территорию, да не просто заявиться, а нагрянуть с обыском в один из самых старых домов. – Девриен неспешно прохаживался взад-вперёд перед внимающими стражами. – И, что самое неприятное, торговцы Дурманом уже наверняка знают о сгоревшей лавке и о том, что мы знаем место второго склада, они тоже догадаются. Нам следует ждать засады. Но кто будет нашим соперником? Не могут же кучки практически усохших озлобленных людей всерьёз являться защитниками торговцев!

– Вы видели этих людей, капитан. Эти точно могут. – серьёзно сказал один из стражей.

– Они действовали дико. Агрессивно, будто поддались каким-то первобытным инстинктам. Такие защитники опасны и для самих торговцев.

– А как же сам дом? Были ли какие-то изменения вокруг самого дома? Если они знают о наших намерениях, то должны были как-то защитить это место. Полудохлых оборванцев даже простые люди не подпустили бы к Учёному холму, про самих учёных и говорить нечего.

– Есть все основания полагать, что Хешелти не знает о вторжении в его дом. Лавка долгое время "работала" прямо под носом у десятков стражников, да так эффективно, что ни один из них даже не заподозрил неладное. Но то лавка, покосившийся домишка в два этажа. Дом Камора – целый особняк с десятком комнат, по площади равным этой самой лавке.

– Думаете, они и туда этих чертей заманивают?

– Действительно, тех отродий, что мы встретили в лавке, там не появлялось. За домом следят наши шпионы и два Ворона – по личной просьбе короля – и они докладывают о каждом шаге в сторону дома Хешелти. Камор и сам не выходит оттуда уже дней десять, однако к нему захаживают студенты и несколько учёных, так что у нас есть подозрения, что Хешелти болен и к нему ходят помощники и сиделки.

– Не доверяю я этому старику... – тихо сказал сержант Зекс, поигрывающий небольшим ножом.

– Никто не доверяет. Чёрт, да нам же в лицо сказали, что в доме Хешелти находится ещё один склад! Как мы должны к нему после таких громких заявлений относиться? – сказал другой страж.

– Не будем делать поспешных выводов. – строго сказал Девриен. – Он не появлялся на людях, это да, но и лишних подозрений не вызывал.

– Будем осторожны. Домыслы лишь подрывают наши надежды.

– Именно. Пока шпионы и Вороны ведут наблюдение, нам следует сосредоточиться на подготовке снаряжения. Не исключено, что защита торговцев будет хорошо подготовлена. Даже обычный человек, напичканный этим Дурманом, смог прокусить толстый кусок кожи. Не приходится говорить о вооружённых людях – усиленные Дурманом, они явно будут способны пробить обычные латы Серого Лица, хоть и сломают об нас свои клинки. А значит, пора укреплять броню и мечи.

Как только Девриен произнёс последнюю фразу, до этого не совсем уверенные Серые Лица довольно заохали и загалдели.

– Тишина! В Королевское Горнило подали мой личный заказ на шестнадцать комплектов брони из "сухой" стали и столько же отличных мечей. Я знаю, этим вы выделитесь из общего числа Серых Лиц, но, пожалуй, вы этого заслуживаете. Более ответственного задания за последнюю сотню лет не выпадало на долю Серых Лиц. В связи с этим прошу со всей ответственностью подойти к будущему заданию. Никто не знает, как быстро подвернётся шанс взять дом Хешелти. Поэтому – разойтись и продолжить тренировки.

Воодушевлённые Лица разбрелись по казарме и занялись своими делами, предвкушая будущие обновки, которые омрачались возможной расплатой кровью. Только Зекс остался стоять у стены, всё также поигрывая ножом в руках.

– Зекс? – Девриен обратился к насупившемуся сержанту.

– Это опасно, капитан. Нутром чую – в том доме нам явно несдобровать. – Зекс серьёзно нахмурил брови. – Не хочу показаться параноиком, но закончится всё явно куда хуже, чем в первый раз.

– Я тоже это чувствую, Зекс. Но нельзя давать людям повода для паники, тем более основанной на предчувствии. Надо ждать.

– Как будто остаётся что-то ещё. – с этими словами Зекс сплюнул и метнул нож прямо в землю, углубив лезвие на половину.

6.

Пока Девриен так "учтиво" отлёживался в Доме Стражи, торговцы и проныры, наводнившие город, искали места для своих складов. Если в начале они искали совсем неприметные домишки и заброшенные постройки, как, например, дом на обрыве и заколоченную лавку, то уж после, почувствовав всю безнаказанность, они пренебрегали всякой осторожностью и метили в богатые особняки, ведь никто не станет подозревать великих учёных и богатых исследователей в такой низменной и пошлой вещи, как торговля одурманивающими порошками. Тогда-то на глаза Фёрта и попал огромный особняк некогда крайне известного хирурга Камора Хешелти, ныне практически полностью пустующий – просто подарок для изощрённых дельцов и прекрасное место для того, чтобы набить его отравой, при этом промышляя у всех на виду. Заваленный различными диковинками и богатствами первый этаж ярко контрастировал с пустыми комнатами второго этажа, где не было даже мебели.

Планомерно и незаметно наводняя особняк Дурманом по ночам, подельники Фёрта также и "склоняли" старого доктора на свою сторону. Вернее будет сказать, они просто медленно травили его Дурманом, рассыпая его мелкими порциями по всем уголкам комнат. Дряхлость старика лишь помогала им в этом – глуховатый Хешелти порой даже и не замечал, как прямо над ним несколько людей разговаривали в голос.

– Ха! Прелестный домик, мистер Хешелти! У-у, какие вазы, какие картины! А что тут у нас? – Фёрт с несказанным восторгом носился по особняку старого хирурга, богато отделанного лепниной, диковинными статуями из дерева и металла, масштабными полотнищами во всю стену и сотней-другой таких же интересных и, безусловно, дорогих вещичек.

– Попрошу Вас не трогать! Это редчайшие экземпляры! Нет, только не Карлона! – Камор Хешелти с ужасом наблюдал, как неотесанный болван Фёрт, вечно хихикающий как девчонка, трогает, качает, пробегает мимо таких вещей, которые стоят даже больше, чем просто "состояние".

Вдоволь насмотревшись на причудливые статуэтки, заспиртованные тельца каких-то животных, искусные картины, вазы в человеческий рост, золотистые шторы и переливчатый мраморный пол, он наконец остановился на месте, упёр руки в бока и с улыбкой на лице произнес:

– Обожаю красивые вещи. И роскошь. Да! Красивые вещи и роскошь!

Камор испуганно вжался в угол