Назад в СССР: Классный руководитель. Том 3 - Евгений Алексеев

Я вздохнул и попытался встать из-за рояля, но стоящий рядом парень прижал моё плечо, я бросил взгляд, увидев, что это Саня.

— Он классный руководитель в школе, — сказал он.

— Да? А как вы интересно встретились? — спросил недоверчиво Кипа.

— Я катался на своём мотоцикле, а Саша попросил подвезти.

— Это чего? В два часа ночи катался? И тут Сашка подвернулся? Да ладно сказки рассказывать.

— Мужики, — протянул я. — Отпустите меня, ради Бога. Мне очень нужно домой.

— Чего, мамка заругается? — фыркнул Никита. — Мы тебя парень не отпустим. Поедешь с нами продолжать в «Архангельское».

И тогда я решил пойти ва-банк, сказать истинную правду:

— У меня сегодня свидание с очень красивой женщиной. Подготовиться надо.

— А, ну это другое дело, — протянул Толя Кипа, глаза хитро сощурились, но его улыбка не выглядела пошлой. — Но ты мне свой телефончик все равно оставь. А я тебе свой дам. Вдруг передумаешь. Или тебя из твоей школы выпрут. Шучу-шучу.

Примечание

{1} Извините, я не понимаю. Кажется, вы сказали по-французски?

{2} Не понимаете? Ок. Как вам понравилась Москва, мистер…?

{3} Алек Болдуин. Мне очень понравилась заснеженная Москва. В Калифорнии почти никогда не бывает снега. Там всегда тепло. Здесь я был так рад увидеть прекрасную русскую зиму.

{4} Меня зовут Алек Болдуин. Я из Калифорнии. Приехал в Москву, чтобы обсудить съемки.

{5} Как ваши дела? Как там в солнечной Калифорнии? Много ли снега? Я Никита Михалёв, режиссер, который скоро получит Оскар.

{6} Господин Михалев, сначала вам нужно получить «Золотой глобус», а лишь потом премию американской киноакадемии.

{7} События, описанные во 2-м томе «Назад в СССР: Классный руководитель»

Глава 18

Знамение

— Ты сегодня был потрясающим.

Я стоял у окна, бездумно рассматривая Москву с высоты птичьего полёта, когда ощутил, как Марина подошла сзади, обняла меня, прижалась так, что по телу пробежали мурашки. Взял ее руку, приложил к своим губам.

Ничего особенного я за окном не видел — ты же высотки Москвы, которые поднялись рядами на месте снесённых старых, убогих, уродливых зданий. И между ними многоуровневые туннели, которые хоть немного облегчили транспортные проблемы города. Но мне нравилась панорама, которая раскинулась передо мной. Даже без того, что за прозрачным куполом почти не проглядывало солнце, оно стало меньше, тусклее, но для нас это не имело значения. Мы решили эту проблему.

— Извини, малыш, мне нужно позвонить Артёму Викторовичу, — я мягко отодвинул Марину, прикоснувшись губами к бархатной щёчке.

Присел на кровать, достал управление видеофоном. И задумался. Сам произнёс это имя, но совершенно не помнил, кто это? Оно вертелось в голове, но не вызывало никаких ассоциаций. Но я все равно вызвал контакты, они всплыли на мерцающим голографическим экраном действительно возникла надпись: «Артём Викторович». Без фамилии, без адреса, только имя-отчество. Но все мои попытки достичь адресата не увенчались успехом, я видел всплывающую надпись: «Абонент вне зоны доступа».

— Кто такой Артём Викторович? — Марина присела рядом, обняла меня за талию, положила головку на плечо.

Действительно кто это? Почему я не помню? Отказывает память? От этой мысли бросило в жар, потом в холод. Я мягко высвободился из объятий Марины, вскочил и подошёл к зеркалу. Нет, оттуда глядел по-прежнему молодой мужчина, спортивный, мускулистый, с хорошим цветом лица — показатель здоровья. И не скажешь, что мне уже девяносто четыре года. Но может быть, внешне я остаюсь молодым, а мозг стремительно стареет, и я теряю память?

— Любуешься собой? — Марина сказала это с мягкой насмешкой. — Я пойду.

— Да-да, конечно, малыш.

Я развернулся и бросил на неё взгляд. Она тоже молода и красива, но почему я не могу запомнить её лицо, оно так переменчиво, словно это разные женщины. Это начало даже пугать и захотелось, чтобы она ушла.

И она словно услышала моё желание. Ушла в душ, а я подошёл ближе и через матовую дверь наблюдал, как грациозно двигается стройная, гибкая фигурка, и вслушивался, как Марина напевает какую-то весёлую мелодию. Видимо, действительно, ей понравилось, как мы занимались любовью. Но, черт возьми, почему я не помню об этом⁈ Даже зло взяло, неужели, накрыл старческий склероз — не запомнить даже, как любил женщину⁈

Она выскочила, ещё с капельками воды на упругой загорелой коже, вся возбуждённая, с румянцем во всю щеку, с блестящими счастливыми глазами. Бросив на меня задорный взгляд, начала сушить и расчёсывать свою роскошную густую гриву, но и она меняла цвет, то становилась иссиня-черной, то светлела до каштанового цвета, то становилась совсем рыжей.

Быстро оделась в бархатный бордовый костюм: приталенный пиджак, длинные широкие брюки, кулон на шее — мадонна с ребёнком, вырезанные на опале. Красивая безделушка. Кажется, это я подарил ей.

Она чмокнула меня в щеку, хлопнула дверью, и теперь я начал одеваться сам. Но мне это далось труднее. Я никак не мог найти шкаф с одеждой, пришлось обойти все стены, отодвигая створки. Наконец, мне это удалось. И я вышел в холл, где увидел несколько лифтов. Вызвал один из них, когда он открылся, и я шагнул внутрь, на миг мне показалось, что внутри тесно, воняет мочой, кнопки сожгли хулиганы.

Но зрение прояснилось, и я увидел просторную кабину, стены отделаны панелями из металлического сплава с алмазными насечками, огромное зеркало, в котором я вновь увидел отражение молодого мужчины, возраст которого выдавали только глаза, в глубине которых печаль, да седина на висках.

Лифт унёс меня в самый низ, в подземный гараж, хотя я даже не нажимал кнопку. И когда распахнулись бесшумно створки, я увидел рядами стоящие машины обтекаемого летящего силуэта, словно все они предназначались для гонок. Какая из них моя? Рука машинально опустилась в карман, я вытащил дистанционное управление и нажал кнопку. И одна из них, темно-синего цвета с белыми полосами по корпусу, отозвалась.

Когда я расположился в водительском кресле, мягкая, приятная кожа обволокла моё тело, тут же зажглись экраны, искусственный женский голос спросил:

— Выберите маршрут…

И я не знал, какой выбрать и лишь сказал:

— Тот, который всегда.

— Принято.

На экранчиках отобразилась карта, прочертилась толстой жирной линией трасса, мягко заурчал мотор, и машина тронулась с места, без моего участия.

И я даже не понял, почему мы оказались около огромного комплекса высотных