Друид Нижнего мира. Том 2 - Егор Золотарев

«Мой господин, ты выполнил задание „Паутина кары“. Тебе начислены баллы. Хочешь взглянуть на системное меню?»

«Нет, не хочу», — устало ответил я.

Слишком суматошный был сегодня день. Столько всего произошло, что в голове не укладывается. Самое лучше средство — лечь спать. А утром… Утром должны вернуться Бинокль и охотники из Дебрей. Надеюсь, им удастся добыть крата-удильщика. Обязательно нужно их встретить.

Уже засыпая, почувствовал, как Призрак взобрался на мою кровать и лег у ног. Сегодня он тоже себя проявил, задержав поджигателя. Надо завтра его чем-нибудь побаловать. А пока я занялся тем, что начал вливать в него энергию. Нужно помочь песику восстановиться после удара по голове.

* * *

С самого утра мы с Анной и Авдотьей занялись восстановлением дома после вчерашнего происшествия, а Иван ушел на поиски наместника. Меня так и подмывало сказать, что наместник мертв и даже закопан, но я понимал, что таким образом выдам себя. Одно дело находить полезные растения и совсем другое — призывать пауков и заставлять деревья вытаскивать корни из земли.

— Вот ведь сволочь, — всплеснула руками Авдотья. — Из-за этого треклятого Жилина мне весь огород растоптали.

— Не волнуйся. Поднимутся, — успокоил я ее, соскабливая со стены сажу.

— Пусть приказчик раскошеливается, раз его человек такое учудил. Это он привез его с собой, значит, должен нести ответственность.

— Вы правы. За этим я и пришел сюда, — послышался мужской голос, и мы все разом повернулись к калитке.

Фома Мытник стоял у забора. Не дождавшись приветствия с нашей стороны, он продолжил:

— Своего телохранителя я не только уволю, но и под суд отдам. Весь его заработок принес вам. — Он протянул руку, в которой были скручены деньги.

Авдотья вытерла руки о передник, подошла к нему и несмело забрала деньги.

— Надеюсь, этого хватит, чтобы возместить убытки. Вы зла на меня не держите. Если бы знал, кого на груди пригрел, давно бы избавился.

Анна по своей мягкотелости начала говорить, что ничего страшного не случилось и не нужны нам деньги, но Авдотья шикнула на нее и бросила строгий взгляд. Женщина стушевалась и опустила глаза.

Приказчик еще раз извинился, напомнив, что теперь Иван — наместник и мы с ними, проверяющими то есть, должны жить в мире, ведь от этого будет многое зависеть. Что именно будет зависеть, он не сказал.

Как только Фома ушел, Авдотья пересчитала деньги.

— Ого, целых восемьдесят рублей. Хорошо же этим лоботрясам платят.

— Может, не надо было деньги брать? — несмело спросил Анна. — Может, Ваня будет против.

— Как это не надо? — воскликнула бабка. — Еще как надо! Эх, трусиха ты, конечно. Лучше бы сходила и посмотрела, что они за лекарства привезли. Теперь ты сама со всем будешь распоряжаться.

— И то верно, — оживилась женщина, отряхнула подол платья от сажи, и торопливо вышла за калитку.

Я дочистил стены и пошел к воротам — встречать охотников. Не успел дойти до сторожки, как послышался громкий стук, и Глухарь поспешил открывать дверь. На этот раз охотники пришли довольные собой и сгибаясь под тяжестью рюкзаков.

Бинокль увидел меня и махнул рукой.

— Слушай, Егорка, а ведь твое лекарство сработало. Чувствую себя так, будто лет десять сбросил — нигде не ломит, ничего не болит.

— Да, хорошее средство, — кивнул я.

— Я не забыл о своем обещании. В следующий свой приход обязательно свожу тебя в Дебри. Но, — он поднял палец и строго посмотрел на меня, — только если разрешат твои родители. Без их ведома я тебя в Дебри не возьму.

— Не волнуйтесь. Будет разрешение, — твердо ответил я.

Охотник кивнул, двинулся вверх по дороге и присоединился к остальным. Хм, как же уговорить родителей отпустить меня в самое опасное место в этом мире — в сердце Дебрей?

Глава 20

Проводив охотников до противоположных ворот, где они сели в громоздкий автомобиль, обмотанный цепями с острыми шипами, я снова с интересом выглянул в открывшиеся ворота, но с прошлого раза ничего не изменилось. Те же пеньки, заросшая дорога, убегающая вдаль, и огромные разрушенные здания. Интересно было бы посмотреть на этот мир до катастрофы. Если тогда могли строить такие дома, то технологии у них были намного лучше, чем у нынешних жителей Нижнего мира.

— Кого ты там высматриваешь? — ко мне подошел страж ворот.

— Просто интересно посмотреть, — пожал я плечами.

— Ничего интересно. Все одно и то же, — страж начал закрывать створки.

— А вы были где-нибудь, кроме Волчьего края?

— Нет, нигде не был. И не хочу. Что мне там делать? Это кто-то думает, что хорошо там, где нас нет. Я же, наоборот, считаю, что нет ничего лучше родного дома.

— Неужели вам никогда не хотелось побывать в других местах? Увидеть какой он, Нижний мир? — удивился я.

— Нет, — дернул он плечом. — Я же сказал: нет места лучше, чем родная земля. И ты никуда не ходи. Есть такая поговорка: где родился — там и пригодился. Не нужны мы в других местах. Чужаков нигде не любят.

Я хотел было поспорить, но передумал. Здешние так привыкли прятаться за стеной, что весь остальной мир кажется им враждебным. А вот я очень бы хотел пройти по всему Нижнему миру. Особенно — побывать в столице этого мира, Высоком Перевале, и посмотреть на тот туннель, что соединяет Верхний мир с Нижним.

Страж закрыл ворота, а я развернулся и двинулся по Первой улице. Со стороны дома наместника слышались крики и какой-то грохот. Неужели до сих пор его ищут?

Зашел домой и услышал, как Авдотья гремит посудой на кухне.

— Где все? — спросил я.

— Не вернулись еще. Помой руки. Скоро обедать будем.

Как только опустился за стол, а бабка поставила передо мной глубокую тарелку с супом, вернулся Иван, а за ним и Анна.

— Ну что? Нашелся Витька? — Авдотья подвинула к сыну тарелку с тонко нарезанным соленым салом. Витькой она назвала бывшего наместника.

— Нет его нигде, — пожал плечами Иван. — Даже странно как-то. Не иголка же. Сокол предположил, что наместник через стену перебрался, но я сомневаюсь. Схоронился где-то и ждет подходящего случая, чтобы сбежать.

— Я тоже так думаю. Немолод уже Витька, чтобы через стены лазить. Да и как бы он смог?

— Крюк с веревкой, — пояснил Иван. — Но ты права — не смог бы он этого сделать. А если бы смог, то незамеченным не остался. Охотник всегда на вышке стоит.

Какое-то время мы молчали. Иван доел суп с салом и, налив себе большую кружку чая, продолжил:

— В доме Вити