Ликвидация 1946. Том 2 - Петр Алмазный

Тормозим.

— Ребята, готовность номер один, — скомандовал я. — Оружие при себе. В любую секунду по нам могут открыть огонь. Иметь в виду.

— А зачем? — удивился Саша-2. — Огонь-то открывать⁈

— Да вроде бы и незачем, но кто знает. Глупость противника нельзя недооценивать. Так же как ум.

Скорость снизилась километров до двадцати в час. И еще немного.

— Пора!

Виталий и Сергей с усилием откатили влево тяжеленную дверь. В вагон ворвался ветер с угольной гарью. Я выглянул — колея чуть заворачивала вправо, а с нашей, левой стороны метров через сто начинался довольно густой перелесок.

— Приготовиться к сбросу!

Сергей с Виталием подтянули один ящик к порогу. Лица у парней сделались суровые, даже тревожные.

— Сброс!

Натужась, ребята спихнули ящик. Вышло неудачно, он как-то нелепо крутанулся в воздухе, треснулся в насыпь углом и…

И раскололся. И в жухлую траву, кувыркаясь, полетели два сверкающих на солнце золотистых слитка в форме «гробиков».

— Золото! — ахнул Виталий. — Черт, как же так⁈

Мгновенный шок. Но тут же я все смекнул.

— Тише! — цыкнул я на парней. — Тише, балбесы. Не понимаете, что ли⁈

Все это яростным шепотом.

Из подлеска вдруг выскочил человек, бросился к месту падения «золота».

— Стой! — долетел отдаленный голос. — Стой!

— Сброс! — скомандовал я.

Второй ящик полетел из вагона. И сразу третий.

Эти плюхались удачнее, не разбиваясь. Но первый — все-таки самая большая наша удача! Я мысленно успел выругать себя за то, что не поинтересовался, что в них. Думал — ну так, какую-то тяжесть сунут для проформы. Но оказалось, что умельцы имитировали золотые слитки один в один!

И эта предосторожность оказалась как нельзя кстати. Похоже, кто-то из бандитов при виде «драгоценностей» ошалел настолько, что потерял всякий разум, бросился к ним, а там будь, что будет.

Захлопали выстрелы.

Поезд еще замедлил ход. Сейчас он катил со скоростью километров двенадцать-пятнадцать.

— Сброс!

Полетел четвертый ящик. И пятый.

А вот теперь самое трудное.

Приступить к ликвидации!

По плану операции к моменту сброса ящиков к точке должна подойти из Коломны автомотриса — небольшой вагон для перевозки путейских рабочих. Конечно, там будут наши бойцы. И бандгруппе конец.

Задумка требовала ювелирной точности и полной секретности. Нужно сработать секунда в секунду, метр в метр. И так, чтобы слухов никаких не было.

Это почти удалось. На минимальной скорости мы попрыгали на насыпь, сруппировались, все отлично. Только Саша-2 не удержался на ногах. Упал, матюкнулся, но тут же вскочил.

Вагон наш был третий с конца. Поезд прогрохотал мимо, вот-вот должна была показаться мотриса…

А она что-то не показывалась.

Из лесополосы уже выбегали пригнувшиеся фигуры, одна из них вскинула руку с пистолетом.

Выстрел!

Бандиты что-то заголосили, всяк свое, и я смекнул, что у них что-то пошло не так.

Ну и ладно, нам на руку.

— Ребята, огонь! — выкрикнул я. — Бить только по конечностям!

Трава высокая, она в какой-то степени нам помогала, хотя вообще положение у нас было невыгодное. А бой надо было принимать, тянуть нельзя.

Я краткой очередью шарахнул по фигуре с пистолетом, целясь примерно на уровне колен. Та, взмахнув рукой, полетела в траву.

— Атас! Засада! — глупо взвизгнул кто-то.

Выстрелы одиночные и очередями огласили окрестность.

Мои парни действовали вполне умело, используя особенности местности, но в целом бой в высокой траве — нелепый, слепой, пальба в белый свет, не видя противника.

Я сманеврировал вправо и продвинулся вперед — здесь меня было почти не видно, а у меня самого хоть какой-то обзор был. Я слышал беспорядочную стрельбу, мысленно ругался, понимая, что без поддержки нам сейчас будет худо.

Главное — я не мог внятно руководить боем, не зная сил противника и не видя его. Атаковать? Напорешься на встречный огонь. Отступать? — значит выбегать на насыпь, на рельсы, становясь мишенями. Занимать оборону? Ну какая тут, к черту, оборона в траве, без надежных укрытий!

Теперь я не сомневался, что у бандитов был план уничтожить нас — они рассчитывали на троих, выпрыгнувших из вагона. Противнику нужно было создать численное преимущество и подавить этих троих. То есть нас.

Но лидер группировки, во-первых, не рассчитывал на пятерых, а во-вторых, я угадал, что у них там нечто не то. Некая суматоха, причины которой мне еще не ясны.

Тем не менее я вмиг осознал это как плюс. И еще: все же нам надо было продвигаться вперед. Не стоять, не отступать. Только вперед! Это опасно, да. Но остальное было хуже.

— Вперед! — крикнул я. — Ребята, вперед, действуем по обстановке!

Обстановка была неясной, а прояснить ее могли только мы сами и только так: атакуем и валим любого, кто возникнет перед стволом. Желательно не насмерть, но здесь уж как получится.

Я понимал, что риск высок. Но долг сильнее риска. Пригибаясь, маневрируя в траве, я устремился вперед.

Правее мелькнула фигура в темном. Не наш! Я хлестнул очередью — фигура рухнула со злобным воплем.

Минус два! Уже что-то. Вряд ли их тут рота. Да и парни мои, надеюсь, успели кого-то подстрелить.

Тут я заметил земляной холмик и ямку. Не ахти что, но хоть какая-то позиция. Бросился туда, залег. Осмотрелся.

Да, уже что-то. С флангов незаметно не обойдут. Не напороться бы на шальную пулю! Ну, будем надеяться.

Конечно, позиция годится лишь на то, чтобы осмотреться и принять решение. Я осмотрелся. А решение принять не успел.

Оно само пришло к нам.

Сквозь злые звуки выстрелов я различил поспешный стук колес по рельсам. Бросил взгляд вправо.

Есть! Есть!

Со стороны Коломны мчался во весь дух зелененький неказистый вагончик — автомотриса.

У меня как гора с плеч рухнула.

Глазеть назад мне было некогда — бой есть бой. Однако среди бандосов нашелся некто умный, заорал истеричным голосом:

— Отходим! Отходим!

Сообразил, что это к нам спешит подкрепление.

Раздался визжащий звук — вагончик отчаянно тормозил. Я перевел дух: противнику теперь не до активных действий, ноги бы унести.

Раздался лязг, звуки прыжков, топот, крики:

— Руки вверх! Сдавайся! Бросай оружие!

И прогремела автоматная очередь.

Глава 23

Топот, хруст щебня под сапогами.

— Эй, вохра! — озорной голос. — Подъем, окончен бой!

Солдаты пробежали мимо меня, а я подумал, что не так все просто, вряд ли бой окончен.

И верно. Со стороны перелеска ударила длинная очередь. Бойцы метнулись в разные стороны.

— … мать! — долетела до меня ожесточенная матерщина. Я увидел, как один из солдат, сильно размахнувшись, швырнул гранату в сторону вражеской огневой точки. Крикнул:

— Ложись! — и сам