Сестра моя - Иви Тару

Мужики попятились, давая место для боя и чтоб самим под удар не попасть. Рада опустила голову, ей бы минуточку в себя прийти, смогла бы глаза мужикам отвести. Не часто, но у нее иногда получалось пройти незаметно мимо людей. Сейчас же слишком сильно колотилось ее сердце, разгоняя кровь по венам, так что аж в ушах шумело. Все же она попыталась, сделала шаг назад, другой, вот и кустик ее скрыл, даже веточка не дрогнула.

Сейчас ее скрывало уже несколько деревьев, но бежать она и не думала. «Яр, ‒ продержись хоть сколько-нибудь», ‒ взмолилась она, поднесла сложенные лодочкой руки ко рту.

‒ У-ух, у-у-х, у-ух, ‒ разнесся крик совы по лесу. Рада опустила руки и замерла.

‒ Ишь, ты! ‒ сзади ее дернули за одежду, она покачнулась. Тот самый разодранный ею мужик схватил ее за руку и подтянул к себе. ‒ Пока эти там бьются, мы с тобой тоже поединок устроим. Полежим на травке.

Рада посмотрела ему в лицо.

‒ Давай, ‒ сказала она, ‒ я ж разве отказываюсь. Ты бы порты заранее снял, а то, как в прошлый раз, в гашнике запутаешься.

Мужик от неожиданности и правда потянулся свободной рукой к завязкам порток, но для этого ему пришлось бы задрать всю одежу, и одной руки явно не хватало.

‒ Помочь? ‒ Рада наклонила голову, осматривая его штопаные-перештопаные рубаху и зипун. ‒ Подожди, сначала я свое сниму.

Она потянулась к подолу шушки, залезла под него, мужик задышал чаще, глаза вытаращил, но увидеть ничего не успел. Нож вонзился ему в бедро и провернулся там два раза. Мужик заорал диким голосом, упал на землю, зажимая рану руками.

Рада отскочила ‒ брызги летели во все стороны. Она знала куда бить. Эту рану не зажмешь. Мужик, еще живой, но уже, по сути, мертвый сыпал проклятиями. Рада подобрала его дубину. На толстом навершии были вбиты куски железа с острыми краями. Тяжелая, но Рада ухватилась обеими руками и побежала туда, где все еще звенело железо о железо. Раз звенит, значит, не поздно, значит, она успеет.

Глава 21. Расплата

Противник Яру достался опытный, и скрам в его руке оказался не просто так. Яр узнавал выучку, которая достигается воями за много лет, начиная с малолетства. Исход битвы казался предопределен, но об этом он сейчас не думал, просто отмечал знакомые приемы и старался продержаться как можно дольше. Он видел, что Рады на поляне нет, значит, сообразила убежать, и пока он на ногах стоит, эти за ней не кинутся.

Хват, который сперва бился, словно играя, начал уставать и злиться на парня, который никак не хотел подставиться под удар. Тело, давно не евшее досыта, уставало с каждым выпадом. Меч парня, совсем простой на вид, все же был длиннее на вершок, а сам парень выше и ловчее. Даже когда Хвату удалось провести обманный прием и сделать колющий выпад прямо в живот, парень как-то изогнулся, вывернулся ужом, и лезвие всего-навсего распороло ему рубаху, слегка взрезав кожу. Тем не менее, бок парня окрасился кровью, и ватажники заулюлукали, поддерживая своего главаря. Хват бросил на них недовольный взгляд. Купырь, пожалуй, самый толковый из всех, тоже посмотрел на Хвала и потянул из-за пояса топор. Хват одними глазами разрешил.

Вообще-то Яр ожидал чего-то подобного. В честность поединка он не поверил сразу, вопрос был только когда они нападут: сразу или погодят, скопом или по одному, поэтому удар топора не застал врасплох, он присел, лезвие пронеслось совсем низко над головой. Он не удержался и упал на спину, но успел выставить над собой меч, отражая удар. Топор сверкнул еще раз, но не опустился, а завис в воздухе, Яр воспользовался, перекатился, ушел еще от одного удара, вскочил. Лишь тогда поняла причину оторопи второго противника. На него с боку наседала Рада с дубиной в руках. Мужик с топором, отступил, но не потому, что испугался грозного вояки, а от удивления. Потом опомнился и ударил, ударил сильно ‒ ни одна девка не удержала бы дубину в руках, но Рада удар приняла и даже отбила.

Мужик хмыкнул, теперь ему стало интересно. Он замахнулся вдругорядь, Рада не стала дожидаться удара, отскочила на безопасное расстояние. Яр понял, что она просто отвлекает от него второго противника. С досады на глупую девку, что не стала бежать, спасаться, он бросился вперед, надеясь, что Хват, который порядком устал, судя по мокрому лбу, и темным кругам под подмышками, рано или поздно ошибется и пропустит удар.

Сзади послышался стон и хрипение. Яр скосил глаза, увидел, как на поляну ползет человек, цепляясь скрюченными пальцами за траву, оставлял за собой красный след. Этого мимолетного взгляда оказалось достаточно, чтобы Хват зацепил его меч своим клинком, закрутил, выбил из руки, победно зарычал.

‒ А вот теперь я тебя на куски-то и накрошу.

Яр не стал тратить силы на ответ, присел, вытянул ногу, пытаясь зацепить противника за лодыжку ‒ удалось ‒ Хват шлепнулся на землю.

‒ Давайте, ребя, хватайте его! ‒ прохрипел он, пытаясь встать.

Мужики кинулись на Яра, завизжала Рада, когда один из них схватил ее за руку, потом заорал мужик ‒ Рада резанула его по запястью ножом.

На Яра уже навалилось трое: два за руки держали, третий ударил в живот кулаком. Рада сцепилась с пятым, он вырвал у нее нож, а когда она метнулась в сторону, схватил за косу, стал на руку накручивать. Рада заскрипела зубами, лягнулась, схватилась за косу у затылка, чтоб уменьшить боль.

Хват подошел, сплевывая через дырку в зубах, размахнулся, целясь Яру в голову, но ударить не успел. На поляну с гиканьем вылетели Яровы парни, вместо оружия у них были длинные гладкие слеги, которыми они, ловко орудуя, разметали мужиков. Рада никогда не видела, чтоб палкой так ловко махали. Один вообще так вертел, что лишь круг в воздухе мелькал. Мужик, который держал Раду, выпустил ее косу из рук и тоже ринулся в бой. Нельзя было понять на чьей стороне сила. Мужики были с топорами и дубьем, но парни длинными слегами просто не давали им подойти на расстояние удара. Раздался свист.

‒ Эй, все! Кончай, ребя! Валим.

Мужики остановились, подобрали с земли кто что