Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти - Вероника Шэн

– И что же? – полюбопытствовала Нахи, садясь на пол рядом со мной.

– Я видел… мужчину, – негромко ответил Сончхоль. – Точнее, его труп. Место преступления. Там было так много крови…

Он прервался и нервно сглотнул.

Убийства, кровь, трупы… Неужели нам предстоит иметь дело с убийцами… которые уже даже не люди?

У меня не находилось подходящих ругательств.

– И это все? – Нахи приподняла брови, не скрывая пренебрежительного разочарования.

– Нет, – резко ответил Сончхоль. И смягчившимся голосом обратился ко мне: – Я видел все со стороны, слышал голоса людей, но сложно было разобрать, что они говорят. Да и картинки не такие четкие, как когда смотришь дораму… Туманно. Но я огляделся и сумел увидеть улицу, на которой появились полицейские, и вывеску с ее названием, а еще автобусную остановку.

– То есть ты знаешь, как туда добраться? – приободрилась я.

– Примерно, – качнул головой Сончхоль. – Было бы обидно, если бы видение заставило нас бегать по всему Сеулу в поисках подходящего места… Увиденных мной образов и так недостаточно, чтобы понять, что нам теперь делать.

– Разберемся на месте! – заявила я, подскакивая на ноги. – Давайте-давайте, быстрее! Нельзя опоздать!

– Человек уже мертв, куда мы можем опоздать? – не поняла Нахи.

– Мы должны осмотреть место преступления, – пояснила я. – Это пока единственная наша зацепка. Что говорят живые, мы разобрать не сумеем, но можем за ними понаблюдать и что-то понять. По крайней мере, попробовать.

– Если повезет, рядом с местом убийства покажется злой дух, – добавил Сончхоль.

– Сомнительное везение, – заметила Нахи.

Я пожала плечами:

– В таких уж мы условиях.

Глава 15

Нам бы не помешал шаман

Хван Йерим

Выйдя из автобуса, в котором, к счастью, я ни с кем не столкнулась, мы оказались на одной из улиц Панбэдона[56] – к моему сожалению, довольно оживленной. Я старательно не обращала внимания на лица прохожих, вернее, на отсутствие лиц: мой взгляд блуждал по стеклянным фасадам многоэтажек, раскидистым деревьям вдоль тротуара и вывескам ресторанов и бутиков.

Радовало, что видение застало Сончхоля, когда в мире людей был день. Пусть даже для нас этот день не отличался от ночи. Вид двух лун не мог стать рутиной, не так быстро, но в двойном объеме полупрозрачные лучи хотя бы разбавляли густые тени, превращая их не более чем в сероватый полумрак. Разве что под крышами и деревьями и в особенности внутри зданий темнота вновь заволакивала все непроницаемой пеленой.

Задумавшись, я едва не столкнулась с девушкой без лица и дернулась вбок, врезавшись в Сончхоля.

– Ты бы все равно ничего не почувствовала.

– Плевать. Видеть их не могу. – Я поежилась. – В смысле как раз могу, и мне это тяжело. На самом деле я бы предпочла не видеть этих людей совсем. Либо целиком и полностью, либо никак…

Сончхоль молча слушал мои возмущения, а на его губах играла легкая улыбка.

На самом же деле я просто пыталась отвлечься. Заглушить одними мыслями веющие страхом другие. Потому что безликие люди казались подарком по сравнению с убийствами, злыми духами и предстоящим экзорцизмом.

К счастью, долго идти не пришлось. Сончхоль не зря разглядел в своем воспоминании автобусную остановку: она оказалась совсем рядом с нужным нам местом.

Участок улицы рядом с кофейней оградили желтой лентой, у которой сгрудились любопытствующие прохожие и, судя по всему, журналисты.

Замерев на долю мгновения, я ускорила шаг и проскользнула между несколькими безликими, оказавшись вплотную к ограждению, за которым стояли детективы и криминалисты. В этот момент один из полицейских поднял ленту, намереваясь покинуть оцепленный участок, и я тут же поднырнула под нее, оказавшись куда ближе к месту происшествия.

Два шага в сторону, чтобы криминалист не закрывал мне обзор… и я резко отвернулась.

Меня затошнило.

– Нуна… – Я услышала голос Сончхоля, с легкостью разобрав тихо звенящее в нем волнение. – Может, тебе не стоит…

Но я все же вновь посмотрела на мертвое тело.

На залитом кровью асфальте в паре шагов от стены кофейни, покрытой не менее подозрительными пятнами и брызгами, на спине лежал мужчина. И впервые за последние дни я пожалела, что смогла увидеть его лицо.

Вернее, то, что от его лица осталось.

Стоило уточнить у Сончхоля, как умер человек из его видения…

Голова мужчины была разбита, так что треснул и искривился череп, будто смятый мяч для пинг-понга. Удары, а их точно было несколько, явно были жуткой силы… Кожа на лице оказалась ободрана до мяса, а один из глаз залит кровью из разбитого лба. Дорожки крови тянулись и из сломанного носа. И хотя я была далека от медицины, по тому, как выглядело лицо мужчины, поняла, что сломаны были и другие его лицевые кости…

Я снова отвернулась. Что здесь произошло?..

И почему я смогла увидеть лицо этого человека? А еще его тело… Оно выглядело слишком странно – помимо жутких травм, конечно, – словно подернутое черной дымкой.

Осторожно повернувшись, я постаралась оглядеть труп, не смотря на его голову, и тогда замеченная мной странность стала еще более явной. Будто прилипший к телу туман становился все плотнее.

– Скоро исчезнет, – скучающе заметила Нахи.

– Что?

Я едва не подскочила от неожиданности. Нахи двигалась бесшумно, так еще и ее пустой голос, озвучивающий такую жуткую картину…

Мрачноватое сочетание.

– Скоро он исчезнет, – повторила она, безразлично смотря в ту сторону, которую старательно избегал мой взгляд.

– Ты про тело?

– Тут нет тела. Лишь его фантом. И скоро он исчезнет.

– Да, точно, тело же должны были уже увезти, – тихо согласился Сончхоль.

Тогда я все же посмотрела на изуродованный труп. Точнее… на то, что приняла за труп, – тот стал уже почти полупрозрачным.

– То есть другие этого не видят? – Я удивленно посмотрела на Сончхоля.

– Не знаю! – так же сильно удивился он. – Почему ты меня спрашиваешь?

Нахи холодно покосилась на него, но затем вновь словно забыла о его существовании.

– Живые его не видят, – добавила она. – Смерть была слишком темной, поэтому оставила после себя след.

Темной… Ну да, этого мужчину ведь убил какой-то злой дух.

– Смотрите! – Я указала на стену кофейни, только сейчас поняв, что ее покрывают не только беспорядочные капли и потеки. – Это… имя?

На стене резкими линиями было выведено «Ли Хён».

– Имя, написанное красным… – протянул Сончхоль. – Так поступают только с именами мертвых[57].