Неукротимый Бастард 3 - Сергей Измайлов

После короткой паузы все поднялись со своих мест и стаканы дружно столкнулись, по комнате прокатился негромкий смех. Кто-то наконец позволил себе расслабиться, кто-то облегчённо выдохнул. Даже всегда сдержанный Никодим улыбнулся краешком губ.

Следующие несколько минут мы просто ели. После такого боя горячая еда казалась вкуснее любого деликатеса. В столовой слышался лишь звон ложек да негромкие короткие разговоры. Я допил компот в один глоток и звучно поставил стакан на стол.

— Всё, праздновать закончили, — сказал я решительно, все удивлённо посмотрели на меня. — Теперь давайте разберём бой. Пока всё ещё свежо в памяти.

— Ну конечно, — закатил глаза Марк. — Я уж решил, что хотя бы за ужином ты перестанешь быть командиром.

За столом тихо засмеялись.

— Именно за ужином и надо разбирать, — ответил я. — Завтра часть мелочей уже забудется. Итак, кто заметил за собой ошибки?

— Я слишком увлёкся, — первым заговорил Дмитрий. — Надо было не пытаться удержать сразу весь левый фланг, а отходить раньше.

— Да, — кивнул я. — Но если бы ты тогда не задержал их, нас бы просто смяли.

— Я тоже ошибался, — признался Илья. — После каждой молнии раскрывался. Если бы Никодим тогда меня не прикрыл…

Никодим лишь махнул рукой и с улыбкой произнёс:

— Для того мы и команда.

— А я поздно поняла, что Мирон специально давит именно на левый фланг, — Софья задумчиво покачала головой. — Нужно было раньше перестраивать защиту.

— Нет, — возразил я. — Это я поздно сообразил, чего он добивается. Нужно было менять построение ещё после того, как выбыла Евдокия.

Несколько секунд за столом было тихо, потом негромко заговорила сама Евдокия.

— Простите меня, — произнесла девушка виноватым голосом, все одновременно повернулись к ней. — Если бы я продержалась чуть дольше, наверное, всё было бы намного проще.

— Неправда, — сразу ответил я, Евдокия удивлённо подняла глаза. — Ты закрыла Дмитрия в самом начале боя. Если бы не ты, первым выбыл бы он. А дальше нас просто продавили бы.

— И вообще, — поддержал меня Марк, — пока тебя не выбили, нас вообще было невозможно убить.

— Спасибо, — девушка смущённо улыбнулась.

— Запомните одну вещь, — сказал я и обвёл взглядом своих товарищей. — Сегодня никто не проиграл, и никто не победил в одиночку. Если ошибся один, значит ошиблась вся команда. Если победили, то тоже все вместе.

Никто не стал спорить, каждый молча кивнул. Наверное, именно в этот момент я окончательно понял, что передо мной уже не просто соседи по блоку. Это люди, которым я действительно могу доверить свою жизнь.

За окном уже окончательно стемнело. Разговор постепенно перешёл на более спокойные темы. Марк снова начал отпускать дежурные шуточки, а Илья усиленно спорил с Дмитрием, действительно ли огонь сильнее молнии, Софья с Анастасией что-то негромко обсуждали с Евдокией, а Никодим лишь слушал их с едва заметной улыбкой. Впервые после ухода с арены я понял, что чувствую не просто удовлетворение от победы, а спокойствие.

В этот момент в дверь негромко постучали, все разговоры сразу стихли. На пороге стоял один из дежурных академии.

— Михаил Пожарский? — спросил мужчина, обведя всех взглядом и остановившись на мне.

— Да, — коротко ответил я, полностью развернувшись к нему.

— Магистр Лаврентьев Эдуард Антонович просил вас завтра после завтрака немедленно зайти к нему.

— Благодарю, — кивнул я, стараясь скрыть удивление. — Обязательно приду.

Дежурный коротко кивнул и ушёл, а за столом снова повисла тишина.

— Ну вот, — вздохнул Марк. — Даже один вечер спокойно посидеть не дадут.

Я только усмехнулся, хотя где-то внутри уже зарождалось знакомое чувство. Очень сомневаюсь, что Лаврентьев решил вызвать меня к себе просто так. Значит, сегодняшняя победа стала лишь началом чего-то гораздо более серьёзного.

Глава 22

Сразу после завтрака я глубоко вздохнул и решительно поднялся из-за стола. Предстоял разговор с магистром Лаврентьевым, и, хотя внешне я старался сохранять спокойствие, внутри всё же чувствовалось лёгкое напряжение.

— Держись, друг, — Марк хлопнул меня по плечу, пытаясь поддержать улыбкой.

— Не думаю, что случилось что-то плохое, — поддержал Никодим, подперев кулаком подбородок.

— Я тоже на это надеюсь, иначе комендант прислал бы стражников, — усмехнулся я, кивнул всем на прощание и вышел в коридор.

Пока шёл от общежития к главному корпусу, успел передумать обо всём сразу. Пожалуй, даже слишком многое. Мысли роились в голове, словно потревоженные пчёлы.

В памяти одно за другим всплывали недавние события: древний артефакт, неожиданно откликнувшийся на меня, вчерашний бой, разговор с Лаврентьевым на аллее. Всё это могло стать причиной столь раннего приглашения. Нельзя исключить и пару происшествий, что неудачно попытались списать на меня.

Адепты второго и третьего курса уже спешили на занятия, будущие первокурсники, наоборот, ещё только начинали день: кто-то неторопливо прогуливался по территории Академии, кто-то отправился на пробежку, делая это зачем-то после завтрака.

В административном крыле было непривычно тихо, перед кабинетом магистра никого не оказалось, я осторожно постучал в дверь.

— Войдите, — услышал я голос Лаврентьева.

Осторожно толкнув дверь, я оказался в просторном кабинете. Кроме самого Эдуарда Антоновича здесь никого не было. Пока магистр молча перелистывал журнал, я успел осмотреться.

Кабинет производил впечатление места, в котором время почти остановилось. Высокие книжные шкафы уходили под самый потолок, тяжёлый резной стол выглядел так, словно простоял здесь не одно столетие. На некоторых книгах с потёртыми корешками почти не было пыли, ими явно пользовались постоянно. Другие же, наоборот, казались безмолвными свидетелями смены нескольких поколений преподавателей Академии.

— Заходи, присаживайся, — Эдуард Антонович поднял взгляд и указал на стул напротив.

— Доброе утро, Эдуард Антонович, — поприветствовал я и сел, ожидая начала разговора.

Магистр закрыл журнал, убрал в сторону и несколько секунд молчал, внимательно рассматривая меня.

— Снова что-нибудь случилось? — спросил я первым.

На губах Лаврентьева появилась лёгкая улыбка.

— А должно? — спросил он с иронией.

— Ну мало ли. После последних дней начинаешь ждать неприятностей на ровном месте уже автоматически, — усмехнулся я. — Меня здесь по странному стечению обстоятельств слишком любят обвинять во всех смертных грехах.

— Это действительно так, — хмыкнул магистр. — Но теперь можешь успокоиться, виновника мы нашли. И, поверь, поговорили с ним весьма обстоятельно.

— И давно оно всплыло? — спросил я, но потом решил немного скорректировать вопрос: — Давно нашёлся провокатор?

— Буквально вчера вечером, — сказал магистр и поморщился, словно вспомнил о чём-то неприятном. — Если честно, могли бы разобраться намного раньше. Ответ всё это время лежал буквально перед глазами, просто у всех хватало других забот.

— Странно, — тихо произнёс я, пожимая плечами. — Комендант показался мне очень внимательным человеком,