Майор. Назад в СССР. Книга 18. Часть 3 - Максим Гаусс

Однако я тут же засомневался в своей идее. Нужно было действовать по горячим следам.

— Куда? — не понял Бондаренко. — Куда вы меня отвезете?

— Тихо! — оборвал его я, склонившись над телом убийцы. Принялся его осматривать, вдруг при нем есть что-то ценное?

Обшарил карманы плаща, затем брюк. Удалось обнаружить удостоверение на имя лейтенанта Ивана Белова, сотрудника КГБ СССР. Почти сразу же, по печати, я определил, что это фальшивка. Помимо него у убийцы был запасной магазин к Макарову, кошелек со ста десятью рублями, ещё пачка денежных купюр, перетянутых резинкой. В нагрудном кармане нашлась бумажка с написанным от руки номером телефона и фотография самого Бондаренко. Последнее, что я нашел — ключи от наручников. Их я снял почти сразу же.

Что же, теперь все более-менее ясно. Это действительно нанятый киллер, получивший задание на устранение Бондаренко за отдельное вознаграждение. Надо же, до чего дошло! Не думал, что столкнусь с подобным здесь, в столице. Впрочем, по сути, девяностые-то уже начались… Однако, это не совсем киллер — что-то сильно много он знал, учитывая те немногие фразы, что мне удалось из него вытащить. Он как будто бы за что-то мстил! Быть может, это какой-то соучастник?

Что ни думай, а конкретики произошедшее не добавило. Почти.

Фальшивое удостоверение на имя Белова тоже ни о чем не говорило, такое можно изготовить за несколько часов, вписав туда чье угодно имя или фамилию. Подтверждающая печать — подделка, хотя и приближенная к реальности. Такое удостоверение способно испугать только гражданского человека, кто не разбирается… А если подумать, ведь это большинство населения Союза!

— Поедем в «Спектр», — задумчиво повторил я. — Я передам вас под охрану. Там же вам окажут медицинскую помощь, пока мы во всем не разберемся. Это единственный способ сохранить вам жизнь. Вы в курсе, что из всех офицеров участвовавших в операции «Фантом», вы последний, кто ещё дышит?

— Как, последний? А Степанов? Морозов?

— Степанов уже двое суток как пропал с радаров, а Морозов не выдержал, пустил себе пулю в голову! Но перед этим дал понять, что ситуация очень сложная! Пока едем, я буду задавать вопросы! Ясно?

Он кивнул.

Я быстро перевязал ему рану, воспользовавшись бинтом из аптечки. Через пять минут мы уже вышли из квартиры.

Пара самых любопытных соседей испуганно топталась в коридоре — ну, еще бы. Это мой пистолет был с глушителем, а Макаров Белова без.

— Константин Александрович, что у вас случилось? — спросил какой-то небритый мужик в семейных трусах и рубашке. — Что за стрельба?

— Вор залез! — коротко отозвался тот, кивнув на меня. — Благо, коллега помог! Сейчас в больничку поедем!

— Вот твари! А мы как раз милицию вызвали!

— Это лишнее! — бросил я, показав фальшивое удостоверение Белова. — Я сам из милиции!

Прокатило. Лишних вопросов, как ни странно, никто больше задавать не стал.

Я прикрыл дверь в квартиру — замок-то был выбит. Тело убийцы осталось внутри — с этим потом разберутся специальные люди, милиции все объяснят. В машине Бондаренко молчал, только смотрел в окно, и я видел, как он медленно приходит в себя, пытаясь осознать, что только что произошло.

— Рассказывай! За что тебя хотели убрать? — спросил я. — Только давай без сказок! Как есть, так и говори!

— Хорошо, хорошо…

— Предлагаю тебе начать с того, зачем ты ездил на Лубянку после нашего приезда?

— Вы что, следили за мной?

— А как же! Думаешь, почему я рядом оказался?

Тот на несколько секунд замолчал, затем начал говорить.

— Тогда в 1985 году, когда проходила операция «Фантом», у нас был куратор из военной контрразведки. Майор Захаров. Он тоже участвовал и именно он был тем, кто заставил командира группы устранить мирных… Ну, жену и детей Варисхали. Все потому, что были доказательства того, что Варисхали работает с английским Ми-6. В результате операции, было накрыто гнездо, где погиб родственник Варисхали и много офицеров афганской оппозиции, в том числе и кто-то из Ми-6. Захаров решил, что дома у Варисхали есть доказательства. Мы приехали в удаленный кишлак, где у него была семья. Там же у него было много денег, золота и драгоценных камней. Очень много. Так получилось, что его старший сын оказал сопротивление ну и… Захаров его застрелил. Дал команду убить всех. Самого Варисхали там не было. Пришлось выполнять, иначе он пообещал нам больших проблем. Со всех взял слово — молчать. Золото, деньги и камни мы забрали, разделили все. Ну и постарались забыть. Пока не началось все это!

— Твою мать! — выдохнул я. — Ну и история!

История была скомканная, сбивчивая. Но она меня совершенно не удивила.

— А этот Захаров, он сейчас кто?

— Подполковник КГБ! Важная шишка, хотя сейчас ушел в тень. Я к нему ездил. Хотел сообщить, что вы копаете глубже, чем остальные. Он пообещал все уладить, если я буду молчать!

Я слегка рассмеялся. Вот как он хотел все уладить.

— Захаров нанял киллера, чтобы тот ликвидировал всех свидетелей той операции?

— В операции участвовали все. Но в кишлаке Варисхали ездило только шестеро. Трое не при делах.

— Ясно! — отозвался я. Нужно было проанализировать новую информацию, а уже позже допросить Бондаренко подробнее. — Тогда получается, этот Захаров и устраивал террактры на станциях метро, убивая тех, кто был в ту ночь в доме Варисхали?

— Я не знаю… — Бондаренко тяжело дышал, был бледный. Но держался. — Я правда, не знаю!

* * *

Когда мы приехали в «Спектр», я передал Бондаренко дежурному, где имелся свой медпункт. Дальше они сами разберутся, что с ним делать и какую помощь оказывать.

— Пусть он будет здесь под охраной до моего распоряжения! — строго указал я, сославшись на генерала. — Никого постороннего не впускать, не выпускать! Еда, вода, все через дежурного! Никаких офицеров КГБ, никакой милиции! Ясно?

— Понял, товарищ майор! Сделаем!

Я быстро направился в технический отдел, где уже почти никого не было, кроме молодого лейтенанта. Кажется, его фамилия была Кузнецов. Он сидел за столом, заваленным справочниками и техническими журналами, и что-то писал в блокноте. Вокруг аппаратура, компьютеры, телефонные аппараты.

— Лейтенант, — сказал я, протягивая ему бумажку. — Мне нужно узнать, кому принадлежит этот номер. Срочно. Чем быстрее, тем лучше!

Кузнецов взял бумажку, посмотрел на номер, затем открыл телефонный справочник, закрыл. Отдельно сверился с закрытой внутренней базой, нахмурился. Подошел к старому аппарату, который использовался для отслеживания внутренних линий, в том числе и КГБ. Через несколько минут он вернулся с листком бумаги.

— Номер зарегистрирован на подполковника Захарова, — сказал он. — Он работает