Виконт де Ривен - whale

— Ворон, ты чего? — удивился я. — В прошлый раз ты все прекрасно понял. Давай, раскрывай клюв и выдавай искру.

Ворон даже не пошевелился. Я повторил команду. Потом произнес ее другим тоном. Попробовал попросить. Потом начал понукать. В конце концов даже пригрозил, что ощиплю его собственноручно, если он будет продолжать издеваться.

Результат оказался одинаковым. Ворон оставался совершенно безучастным. Наконец я сдался и уселся на привычное место, прислонившись спиной к ящику. Надо было подумать. Стоило мне устроиться поудобнее, как Ворон вдруг разинул клюв и выдал искру.

Только это была уже совсем не та искра, которую я видел в первый раз. Из клюва вылетел настоящий крохотный сгусток пламени. Небольшой, но вполне себе огненный. Он пролетел пару метров и упал на деревянный пол.

Я даже испугался, что сейчас загорится весь трюм, и бросился вперед, чтобы затоптать воображаемый пожар. Но ничего подобного не произошло. Пол не загорелся. Он просто оказался прожжен.

Опустился на колени и потрогал место удара пальцами. Потом присмотрелся. Хорошо прожгло. Почти на полсантиметра.

— Ворон, какой же ты у меня молодец, — тут же простил я ему непонятную задержку. — А теперь пошли жечь решетку. Надо немного постараться, и все получится.

Ворон послушно подлетел к решетке, уселся на прут и снова застыл.

— Да что с тобой не так?

Я уже собирался снова начать ругаться, но вовремя остановился. Может, я зря на него ору? Может, ему просто нужно время? В конце концов, он же не пулемет, чтобы стрелять очередями. Скорее винтовка. Ему нужна перезарядка. Надо посмотреть в интерфейсе. Наверняка там такая информация есть.

Я открыл интерфейс и начал искать. Никакой информации об откате заклинания не нашел. Зато обнаружил кое-что другое. Все дело было в мане. Заклинание «Искра» первого уровня стоило десять единиц маны. Второго — уже двадцать.

Еще раз посмотрел на характеристики Ворона. Интеллект — два. Это значит, двадцать единиц маны.

Вот оно как…

То есть все то время, пока я уговаривал его выдать искру, он просто ждал, пока восстановится мана. Как только шкала заполнилась, Ворон и пульнул. А сейчас снова ждет. Осталось только понять, с какой скоростью у него восстанавливается мана.

Выяснил я это довольно просто. Уставился на шкалу в интерфейсе и одновременно начал считать секунды. Сто один. Сто два. Через некоторое время стало понятно, что восстановление идет примерно со скоростью одна единица маны в минуту.

Я быстро прикинул в уме. Двадцать минут на одно заклинание. Слишком долго.

Если каждая «Искра» второго уровня будет требовать столько времени на восстановление, то решетку мы будем жечь до самого конца плавания.

У меня оставалось сто осколков восхождения. Значит, я мог повысить Ворону уровень до третьего. А это даст еще два очка таланта.

Вопрос только — куда их вложить?

Если снова вложить их в «Искру», получу более мощное заклинание. Это хорошо. Чем сильнее огонь, тем быстрее мы прожжем решетку. Но и маны такое заклинание наверняка потребует больше.

Больше — это сколько?

Допустим, тридцать единиц. У Ворона сейчас двадцать. Значит, он вообще не сможет использовать заклинание. Получается, сначала нужно увеличить запас маны. А для этого — интеллект.

Я снова открыл интерфейс и проделал необходимые манипуляции. Интеллект Ворона вырос до трех. Запас маны увеличился еще на десять единиц.

Кроме того, пока я возился с интерфейсом, Ворон успел восстановить еще семь единиц маны. Итого — семнадцать. Решил подождать, пока шкала заполнится до двадцати.

Восстановления пришлось ждать недолго. Даже немного меньше, чем я ожидал. Как только нужная цифра появилась в интерфейсе, я тут же дал команду:

— Ворон, искру!

На этот раз он понял меня правильно. Ворон разинул клюв, и в деревянную решетку ударил знакомый сгусток пламени. Я тут же подскочил к прутьям и попробовал их расшатать. Решетка даже не шелохнулась.

Ладно. Значит, одного раза недостаточно. Придется прожечь еще раз. Причем примерно в том же месте. Если ослабить один участок, потом можно будет попробовать выломать прут.

Выбрал подходящее место и решил подождать, пока восстановится мана. От нечего делать начал считать секунды. На этот раз получилось странно. Двадцать единиц маны Ворон восстановил примерно за пятнадцать минут. Точно. Мне не показалось. С увеличением интеллекта выросла не только максимальная мана, но и скорость ее восстановления.

Значит, последнее очко таланта лучше вложить туда же. Чем больше интеллект, тем быстрее Ворон сможет использовать заклинание. А если я хочу выбраться отсюда, скорость сейчас важнее всего.

Я открыл интерфейс и вложил последнее очко. Интеллект Ворона вырос до четырех.

— Видишь, теперь ты самая умная птица в этом мире, — обратился я к своему фамильяру.

Ворон посмотрел на меня и важно покивал. Неужели понял?

— Ну а теперь за работу. Зря я, что ли, столько добра на тебя извел.

Ворон послушно подлетел к решетке и принялся за работу. За следующие полчаса нам удалось выломать один вертикальный брус. Вернее, сначала Ворон прожег его дважды — примерно у каждого конца. После этого я ухватился за брус обеими руками и повис на нем всем весом. Дерево жалобно хрустнуло. Я дернулся, и брус поддался. Еще рывок — и он наконец выломался, освободив в решетке достаточно широкий проем.

Несколько секунд просто смотрел на него. Потом посмотрел на Ворона.

— Ну что, умная птица? Кажется, мы почти выбрались.

Ворон важно каркнул.

Мы начали работу. Время уже начинало поджимать. Чем дольше я здесь торчал, тем выше становилась вероятность, что кто-нибудь спустится в трюм. А объяснять касталийским морякам, почему их пленник внезапно оказался на свободе, мне совершенно не хотелось.

На каждый брус мы тратили примерно сорок минут. Ворон прожигал дерево, ждал восстановления маны, потом снова прожигал. Я в это время пытался расшатать ослабленный участок и помогал ему, чем мог. В итоге на всю решетку ушло около двух часов.

Когда последний брус наконец поддался, я несколько секунд просто смотрел на образовавшийся проем. Свобода. Я запрыгнул на окно и начал протискиваться наружу. Получалось не слишком удобно, но, к счастью, я действительно оказался достаточно худым, чтобы пролезть.

Снаружи плескалось безбрежное ночное море. Темная вода почти сливалась с небом, и только редкие блики луны серебрили поверхность. Корабль мерно покачивался на волнах, а за бортом не было видно ничего, кроме воды.

В принципе, уже можно было прыгать. Вот только мне снова хотелось пить. И есть тоже хотелось. Я посмотрел вниз, на темную воду. Посреди океана. Чертов знает где.