Виконт де Ривен - whale

что не уберег твою маму и сестру. Прости, что оставил тебя одного в столь юном возрасте. Прости, что взваливаю на тебя эту ношу. Но ты, сын мой — де Ривен, а значит, у тебя с рождения есть долг перед Родом.

Я никогда не говорил с тобой о том, что с нами произошло. Потому что не хотел взваливать на тебя всё это, пока ты был слишком мал. Но увы, жизнь повернулась так, что никого другого не осталось. Теперь это твоя ноша.

Знай же, Антуан, я не виновен. Все обвинения против меня — ложь и клевета.

В то злополучное утро барон д’Англе, человек, которого я считал своим другом, попросил меня подменить его. Якобы герцог Амбуазский, которому мы служили, приказал ему доставить письмо в аббатство Сен-Пьер, но барон якобы занемог. Мне надо всего лишь доставить письмо вместо него.

Я не усмотрел в этой просьбе ничего особенного. В конце концов, помощь друзьям — одна из важнейших обязанностей дворянина, поэтому я взялся выполнить поручение нашего сеньора. Письмо было запечатано печатью герцога, и его же рукой было написано имя получателя. Я был знаком с графом де Шанталем — несколько мрачным господином, с которым мы не были близки. Он также служил герцогу Амбуазскому, и мы несколько раз пересекались.

Герцог отправил с надёжным человеком срочное письмо своему вассалу, который находился в аббатстве Сен-Пьер в нескольких лье от Меровиля. Что в этом задании могло вызвать у меня подозрение?

Странности начались в аббатстве. Оно выглядело так, будто перешло на осадное положение. Ворота охраняли наёмники из роты господина де Виза. На территории аббатства я нашел несколько дворян со своими людьми, вооружёнными до зубов. Командовал граф де Шанталь — бледный и напряжённый, как перед серьёзной битвой. Он поприветствовал меня в своей обычной мрачной манере, принял письмо и прочитал. После чего обратился к собравшимся:

— Итак, господа, свершилось. Мы получили прямой приказ от нашего сеньора, герцога Амбуазского.

Он зачитал письмо, из которого следовало, что всем собравшимся здесь силам надлежит атаковать карету, которая после полудня в сопровождении сотни охраны проследует мимо аббатства в сторону Меровиля. Необходимо убить всех, кто будет находиться в карете. Граф де Шанталь должен лично убедиться, что все пассажиры кареты мертвы. И, что самое неприятное, в письме отдельно указывалось, что податель письма, то есть я, на время этой акции перехожу в подчинение графа. Что означало, что я также должен участвовать в этом сомнительном мероприятии.

То, что от этого задания дурно пахнет, я понял сразу. Граф де Шанталь, увидев мои сомнения, протянул мне письмо и позволил убедиться лично. В письме твёрдой рукой герцога был написан приказ, не допускавший двойного толкования, и я был вынужден подчиниться.

Однако после обеда ожидаемая карета не обнаружилась. Зато обнаружился полк королевских мушкетёров, которые окружили аббатство и именем короля потребовали нашей сдачи. Наёмники на воротах вступили в переговоры и вскоре перешли на их сторону. Я и несколько других дворян, которые, по-видимому, так же, как и я, не понимали, что происходит, решили сдаться. В конце концов, таков был приказ короля.

Граф де Шанталь с остальными заперлись в часовне и стали готовиться к штурму. Через два часа мушкетёры пошли на приступ. Осаждённые сражались отчаянно, и вид этого сражения недвусмысленно намекал, что я вляпался во что-то очень плохое. Граф де Шанталь погиб во время штурма, как и некоторые другие дворяне. Остальные сдались. Нас под конвоем отвезли в крепость Шатле, где держали в вонючих камерах.

Только через несколько дней начались допросы, и я наконец понял, что произошло. Оказывается, все собравшиеся в аббатстве готовились не много ни мало к покушению на короля. Это именно Франциск IV должен был находиться в карете, и именно в его смерти, согласно инструкции, должен был убедиться граф де Шанталь.

Дальше — больше. Выяснилось, что письмо фальшивка. Почерк герцога был искусно подделан — это легко доказали умельцы из следствия. Печать также была подделана, что тоже выяснилось при скрупулёзном сравнении с настоящей печатью герцога Амбуазского. Поскольку письмо привёз я, именно ко мне возник главный вопрос: где я взял это письмо? Кто мне его вручил? Ведь очевидно, что отправитель письма и есть главный заговорщик.

Я честно ответил: письмо мне вручил барон д’Англе. Однако барон заявил, что никаких писем мне не вручал, и по совершенно непонятной для меня причине дознаватели безоговорочно верили ему, а не мне. Снова и снова мне задавали один и тот же вопрос: кто вручил мне письмо? Я снова и снова отвечал одно и то же, но меня обвиняли во лжи и в попытке очернить честное имя барона. Мне так и не удалось убедить лейтенанта Люка, который вёл следствие, что письмо я получил от барона д’Англе.

Меня приговорили к смертной казни. Однако за день до казни её заменили ссылкой на остров Зангиджар. Вместе со всей семьёй.

Теперь, Антуан, ты знаешь правду. И я, граф де Ривен, поручаю тебе, моему сыну, тяжёлую миссию. Ты должен отомстить негодяям, что ввергли наш род в столь позорное положение. И ты должен восстановить честное имя нашего рода.

Сын, я бы очень хотел оставить тебе в наследство земли, дворцы и богатую казну, а не эту ношу. Но получилось так, как получилось. Именно тебе выпала эта доля. Я верю, ты справишься. Поколения твоих предков с надеждой смотрят на тебя с небес.

Отомсти!

Отомсти за меня! Отомсти за свою мать! Отомсти за свою маленькую сестрёнку! Отомсти и восстанови доброе имя де Ривенов!

И да поможет тебе Бог.

Твой отец,

граф де Ривен.