Сиротинушка - Квинтус Номен

выкуп таковых». И пока Саша не дочитал до этого места, он с трудом подавлял в себе желание «старого друга» поколотить больно, а затем концессию как-то отменить. Но последний пункт ему так понравился, что он лично бросился и некоторые другие пожелания Сергея Александровича выполнять. Точнее, все же осуществить одну давно лелеемую мечту, но если раньше она казалась ему пустой блажью, то теперь ее осуществление могло очень сильно приблизить и время исполнения и прочих желаний уже Валерия Кимовича. Понятно, что «точно воспроизвести» свою «машину из будущего» он не мог, но сделать что-то довольно близкое, по крайней мере по комфорту, было возможно. Тем более, что приличная часть нужных для постройки автомобиля компонент уже в каком-то виде предприятиями компании выпускались в далеко не единичных экземплярах…

Во всем этом имелась одна не очень приятная деталь: мегаваттная электростанция-то делалась для установки ее в Липецке и там, на Липецких заводах компании уже многое делалось «под будущую электрификацию», однако на спешно собранном совещании инженеры пришли к выводу, что «наиболее критические участки» можно будет обеспечить энергией «иными способами» и вчерне даже наметили, как именно. Ну а то, что «менее важные проекты» будут отложены до следующего лета, никто катастрофой не счел, включая и самого Сашу.

Поэтому он в последних числах сентября лично отправился в Москву на предмет подписания договора уже на строительства станции в «департаменте благосостояния города». Сам он с Сергеем Александровичем не встречался за ненадобностью: царский брат для согласования «технических деталей» выделил специальных людей, все же с проблематикой знакомых — и в ходе обсуждения с ними всех деталей Саша сообразил, что «все не так плохо», после чего в состоянии совершенно спокойном вернулся с подписанным договором о предоставлении компании места под постройку электростанции на Раушской набережной: там пока ничего, кроме нескольких сараюшек (да и то «незаконно построенных») и не было и московские чиновники сами это место для обустройства станции предложили. А спустя неделю в Москву «с группой товарищей» помчался Федор Саввич: Саша ему нарисовал что-то, напоминающее здание ГЭС-1 (очень примерно напоминающее) и теперь руководителю всех строительных подразделений компании нужно было «до морозов» поставить там хотя бы фундамент будущей электростанции.

Вообще-то и сам господин Терехов, и Саша прекрасно понимали, что раньше чем через год отстроить станцию будет практически невозможно, но оба (после Сашиной «накачки» строителя) так же понимали, что электричество требуется «подать в город» до Рождества. Поэтому кроме большого и красивого здания, которому впоследствии предстояло набережную украшать на протяжении веков, чуть подальше от реки быстренько ставилось и здание «техническое подсобное», по сути — кирпичный сарай с парочкой больших окон. А рядом с ним — еще и совсем уже небольшая «коробка», в представленном градоначальнику плане отмеченная как «трансформаторная будка». И будка это своему названию полностью соответствовала, а «подсобка» предназначалась для размещения первого турбогенератора станции.

Потому что турбина (ага, Вестингауза) была размерами невелика, котел для нее использовался паровозный (совсем немного «доработанный», чтобы пар выдавать не в десять атмосфер, а в двадцать), а собственно двухполюсный генератор тоже габариты имел довольно скромные: котел и генератор с турбиной ставились просто «рядом», и все прекрасно поместилось в сараюшку размерами десять на восемь метров и с потолком в четыре метра высотой. А так как сооружение изначально считалось «временным» дымовую трубу там тоже временную поставили, железную. И все закончили строить как раз за неделю перед Рождеством, а кабель в Кремль протянули уже городские службы: «чужих» на такую работу просто не допустили. Еще москвичи (на этот раз все же с помощью «приезжих специалистов») заменили электропроводку в Малом Николаевском дворце (там уже была проводка, но для «новой техники» негодная), и напротив дворца выстроили еще одну небольшую трансформаторную будку. И «кремлевская будка», хотя тоже строилась «на скорую руку» была все же выстроена в «дворцовом стиле». Так что в воскресенье, как раз перед Рождеством, «новое электричество» появилось в доме Великого князя. А еще первые лампочки загорелись в Румянцевской библиотеке в доме Пашкова: до нее кабель дотянули, но разводку по зданию только начали прокладывать. И главной причиной того, что пока что проводку так медленно прокладывали, было отсутствие изолированных проводов…

Так что потребителей электричества было пока слишком мало для того, чтобы хотя бы половину мощности мегаваттной электростанции отожрать — и мегаваттная, как изначально и планировалась, убыла в Липецк, а в Москве поставили пока небольшую, в двести киловатт мощностью, установку. И в «сараюшку» можно было при необходимости и второй турбогенератор буквально за пару дней впихнуть: там и места хватало, и котел паром мог два генератора обеспечить. Но вот нужды в этом не было ни малейшей, пока не было…

К тому же, несмотря на условия концессии, вроде бы предоставляющие право быстро электрифицировать практически весь город, технически это было проделать почти невозможно: под землей уже было закопано много всякого, гарантированно мешающего прокладке электрических кабелей. И трубы газовые (причем чугунные, и в этих газопроводах газ мог начать утекать буквально от удара о трубу заступом), и кабели постоянного тока, от которого все же довольно много потребителей «запитывались». Так что пока «Общество Электрического Освещения» усиленно мешало переходу на более современное электропитание, особой нужны в более мощной электростанции в центре города и не было. Срочной нужды, а вот постепенно «конкурента» можно и нужно было «сожрать» — и специально проинструктированная группа инженеров этим и занялись.

«Сжирать» их Саша требовал путями исключительно мирными и «экономическими», и для начала компания Розанова объявила, что «отпуск электричества потребителям будет производиться по цене в четыре копейки за киловатт-час». Вообще-то объявленная цена пока что была несколько ниже себестоимости, но у «конкурента» цена превышала гривенник за киловатт и, поскольку никаких счетчиков у них нее имелось, на самом деле заметно эту цену превышала. А новая электрокомпания в качестве первого «серьезного» клиента получила Третьякова: Андрей специально пригласил Павла Михайловича в свой клуб и показал ему, как выглядят картины на стене при «нормальном электрическом свете». После демонстрации (и еще до того, как электростанция была выстроена) в Лаврушинский переулок была протянута линия передач (пока что воздушная), а перед Рождеством электрический свет зажегся и в знаменитой галерее. Пока всего лишь в двух залах (ну да, проводов катастрофически не хватало), но Павел Михайлович был и этому несказанно рад: количество посетителей после Рождества буквально за пару дней почти утроилось. И Андрей, подсчитывая заявки на подключение к электричеству со стороны обитателей Якиманки, все рождественские каникулы убеждал старого друга