В западне - Максим Шторм

Двинувшийся к дверям человек в плаще обеспокоенно спросил:

— Надеюсь, до проблем не дойдёт?

— Да какие проблемы? Кречета с Безродным подставили так, что во век не отмоешься. Единственное, что Кулагину пока не хватает, это личных показаний беглеца.

— Возможно, даже и к лучшему, что он исчез, — задумчиво пробормотал человек в плаще. — Насколько знаю, Бестужев далеко неглуп и язык у него подвешен. Не исключено, что он смог бы заставить старшего следователя сомневаться… Жаль, что Рыкову не удалось его прибить прямо в Имении.

Перед тем как выйти за дверь, его гость коротко хохотнул:

— Это точно! Ты бы видел барона сегодня вечером, когда он вернулся в город. В выражениях точно не стеснялся. Так что слухи о побеге вашего Часового уже по всему замку разошлись.

— Поговаривает, что он ценного свидетеля приволок.

— Сестру Безродного в цепях притащил. Кулагин чуть не поседел, когда ее увидел.

Пропуская собеседника перед собой, человек в плаще задумчиво пробормотал:

— А вот это он зря. Как бы Рыкову его самодеятельность в конце боком не вышла…

* * *

— Кого они привезли⁈ — временно лишенный статуса командующего Корпусом Тринадцатой Стражи капитан Кречет недоверчиво уставился на вошедшего к нему сержанта Корнедуба. — Этот псих ненормальный сестру Алексея арестовал⁈

Корнедуб мрачно кивнул, проходя к столу и наливая себе из кувшина полную кружку воды. Жадно выпил и вытер длинные седые усы.

— Уф, Ярик, вот уж не думал, что на старости лет столько бегать придётся. Да в основном по замку, с этажа на этаж, да из зала в залу. И по лестницам, да по лестницам, язви их… Алиску этот ирод притащил, в кандалах и цепях. И с видом великого триумфатора поволок к графу. Ублюдок. А мне теперь ещё и быть хрен знает сколько времени у него собачкой на побегушках!

Обескураженно покачав головой, Кречет опустился в стоящее возле разведённого камина кресло. Они находились в личных апартаментах капитана. Свой рабочий кабинет Кречет покинул, оставив его во владения временно исполняющего обязанности командующего барона Вениамина Рыкова.

Спальня Кречета была обставлена просто, практически по-солдатски. Ничего лишнего и ненужного, и ни одного предмета роскоши, чтобы указывал на значимый статус её хозяина. Собственно, эти комнаты практически не изменились с той поры, когда их занимал прежний глава Корпуса, Алесандр Бестужев.

— Я же предупреждал Кулагина, — сжимая огромные кулаки, прорычал Кречет, с ненавистью глядя на закрытые двери, за которыми дежурили двое закованных в силовую броню бойцов из Второй Стражи. — Рыков неконтролируемый безумец. Он ещё таких дел здесь наворотит, дай ему волю…

Корнедуб, звеня кольчугой, поправил портупею и усмехнулся:

— Не знаю, что он там в имении Бестужевых творил, но пока ясно только оно. Наш мальчонка успел получить письмецо и благополучно ушёл. Да так скрылся, что и следов не оставил, Рыков и погоню не стал организовывать. А ишо Алексей успел перед побегом Рыкову морду набить!

В голосе ветерана стражи звучало столько неприкрытой гордости, словно это он сам накостылял барону по шее. Кречет одобрительно хмыкнул.

— Молодец… Я бы его вообще убил. Однако ты не прав, Федя. Рыков, конечно, псих, но не полный идиот. Он не стал Лёшку преследовать не только потому, что считал это дело заведомо гиблым, но и по другой причине. Которую он столь предусмотрительно привез в Цитадель.

Корнедуб угрюмо кивнул:

— Да уж, об этом никто из нас не подумал. Алиска-то как заложница тепереча выходит. Узнает про то Бестужев, сам прибежит ее выручать.

— И последним дурнем будет! — вскинулся Кречет. И тут же поник широкими могучими плечами, огромными, как каменные валуны. — А ведь прибежит, стервец…

— Прибежит, — подтвердил сержант. — Но будем надеяться, что позже, чем раньше. Чую я, что покамест бежит наш парень в другую сторону, да так, что и все демоны ада за ним не угонятся. И не просто так бежит, а с умыслом.

Кивая сержанту на второе кресло, капитан Стражи с сомнением произнёс:

— Хоть и обширна наша земля, а все оно, как ни прячься, захотят — найдут. А Кулагин очень хочет с Алексеем погутарить. Очень. Да я бы и сам против того не возражал. Но ты ж пойми, Федя, как только откроется имперским колдунам, что более не действует Запретная печать на теле Бестужева, так это враз всё похерит. Пацана и слушать после этого никто не станет. Вот тебе и ноша проклятого наследника проклятого рода. Ты виноват уже в том, что вообще на свет народился.

С кряхтением занимая второе кресло, Корнедуб посмотрел в полыхающий зев камина и внезапно устало произнёс тихим пустым голосом:

— Эх, Ярик, стар я стал для всего этого дерьма. Стар.

— Да ты лишь на пару-тройку годков и постарше меня всего!

— Сам знаешь, в наших землях и три годика это для многих цельная жизнь.

Некоторое время они молчали. Затем Кречет так же тихо спросил:

— Девочка как, держится? Я ж ее и не видал никогда.

Корнедуб ущипнул себя за вислый ус.

— Держится. Такой палец в рот не клади. Та еще егоза. Характер — огонь. Похлеще нашего салаги будет. Что не слово, она тебе два!

Кречет непроизвольно вздрогнул.

— Тогда понятно почему Рыков в таком отвратном настроении.

— А то. Представляю, что она ему успела наговорить.

Покосившись на собеседника, Кречет уверенно произнёс:

— Девчонку не тронут. Кулагин не позволит. Даже если ее решит оставить здесь, обустроит со всем надлежанием. Ничего ей не грозит.

— Это пока вина Алексея официально не подвержена, — возразил Корнедуб. — А как только следствие признают завершённым, да еще не в нашу пользу, даже без поимки беглого, то она тут же всякую ценность потеряет. И тогда девчонку надобно будет отстоять. Слышишь, Ярик? Ежели не сбережём девчушку, Алексей нам этого точно не простит.

* * *

Алиса, потирая запястья, с вызовом смотрела на насупленного мужчину, который, сидя за письменным столом, внимательно смотрел на нее.

Для председателя специальной комиссии в Цитадели выделили отдельные апартаменты. Скромно обставленные, но удобные и довольно просторные. Кулагин лишь попросил, чтобы в комнате было побольше свечей. Теперь, с наступлением раннего северного вечера, когда за окнами уже раскинулась тьма, комната неплохо озарилась стоящим на столе большим свечным канделябром да развешанными по стенам зажжёнными масляными светильниками.

Только увидев черноволосую девушку, закованную в кандалы и прячущую от окружающих усталость и боль, Кулагин тут же отдал приказ снять с неё железо и всем выйти вон.

Триумфально доставивший ценного заложника Рыков, всеми