Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ - Оливер Ло

Войд теснил его. Шаг за шагом, удар за ударом, Пустота расширялась вокруг обоих, поглощая камень, воздух, энергию. Феррус отбивался мечом, но Пустота искажала его траектории, замедляла клинок, уводила удары в пустоту.

Плоть Войда трескалась. Его кожа лопалась чёрными линиями, из которых сочился фиолетовый свет. Глаза затопила чернота, зрачки растворились, и из его горла вырвался смех, тот самый смех, который я слышал на мосту. Безумный, чужой, лишённый всего человеческого.

Пустота пожирала своего хозяина, одновременно давая ему силу, за которую платить приходилось собственным телом и, возможно, чем-то большим.

Войд вцепился в правую руку Ферруса обеими ладонями. Пустота хлынула в конечность, пожирая мышцы и кости от запястья вверх, к локтю, к плечу. Феррус заревел, рванулся, попытался оторвать Войда от себя. Его левый кулак обрушился на голову Александра, вмяв ему скулу и разбив бровь, но Войд держал, вцепившись мёртвой хваткой.

Рывок. Хруст. Влажный, отвратительный звук рвущихся сухожилий и мяса.

Войд оторвал правую руку Ферруса вместе с куском плеча. Пустота мгновенно поглотила конечность, растворив кости и плоть в чёрной воронке, и Феррус отшатнулся, оставляя на полу широкую полосу чёрной крови. Культя на месте правого плеча дымилась, по ней расходились серебряные прожилки Пустоты, пульсирующие холодным светом, и новая плоть не нарастала. Пустота запечатала рану, не позволяя регенерации запуститься.

Меч Ферруса лежал на полу рядом с культёй. Левой рукой Владыка стремительно подхватил оружие, перехватил рукоять, и клинок пронзил грудь Войда насквозь до того, как тот успел что-то сделать. Вошёл спереди, под рёбра, и вышел из спины, дымясь чёрной кровью.

Смех оборвался, и Войд замер с лезвием в груди. Чернота медленно отступала из его глаз, возвращая осмысленный, человеческий взгляд. Александр Войд смотрел мимо Ферруса, туда, где за колонной Леон держал Касс. Губы его беззвучно шевельнулись, складывая имя, и уголок рта дёрнулся вверх в последней кривой полуулыбке.

Феррус выдернул меч, расширяя и без того ужасную рану. Войд упал на колени, потом лицом вниз на обсидиан, и звук удара тела о камень разнёсся по залу громче, чем рёв Владыки демонов. Фиолетовая дымка погасла вокруг его тела, и он замер, лёжа в луже собственной крови, с дырой в груди, через которую было видно пол.

Александр Войд, повелитель Пустоты, по сути, боевой лидер клана Мерсер, человек, который любил одну девушку и ради неё вырвал руку Владыке демонов, был мёртв. И это уже нельзя изменить.

Полсекунды в зале стояла мёртвая тишь, а потом в него хлынули демоны. Элитная гвардия Ферруса, десятки тварей, каждая — уровня лорда, ворвались через боковые проходы, окружая команду. Зал заполнился рёвом, лязгом когтей по обсидиану и запахом серы. Кто знает, где они задержались до этого, но сейчас ситуация точно ухудшилась.

Я бросился к своим. Клятвопреступник описал широкую дугу, срубив двух демонов на подходе, и я встал между командой и наступающей ордой. Леон, Хлоя, Зара и Брина встали за моей спиной. Реккар, пришедший в себя, поднялся у колонны, покачиваясь, и перехватил кувалду. Все ранены. Все, к сожалению, на пределе.

Я рубил демонов, не считая. Клятвопреступник пел, и чёрная кровь заливала пол вокруг меня. Леон прикрывал левый фланг, замораживая тварей и раскалывая их ледяными копьями. Зара жгла правый, но её пламя слабело с каждой секундой. Брина стреляла, но болты заканчивались, и после очередного щелчка арбалет замолчал. Хлоя держалась на чистом мастерстве, лепестки Немезиды резали демонов на подступах, но их приходило больше, чем она успевала уничтожать.

Касс открыла глаза, и я увидел это боковым зрением, в разгар боя, когда отрубал голову очередному элитнику. Она лежала за колонной, где оставил её Леон, и безотрывно смотрела на тело Войда. На его вытянутую руку, на кровь, на лицо с застывшей полуулыбкой.

Чёрные густые тени вырвались из неё, хлестнули во все стороны одновременно, пронзая демонов десятками, разрывая хитин и плоть, пробивая тела насквозь. Элитники, которых я резал по одному, разлетались на куски. Пять секунд, и пространство вокруг неё очистилось от живых демонов на двадцать метров.

Касс рухнула обратно на пол без сознания, и тени погасли.

Я посмотрел на команду. Леон, бледный, с кровью на лбу. Хлоя с разорванным рукавом. Зара прижимала ладонь к обожжённому боку. Брина разрядила последний болт. Реккар едва стоял на ногах. Войд лежал мёртвый.

Я вложил всю оставшуюся божественную энергию в одно усилие и разорвал пространство. Портал раскрылся за спинами команды, золотистый разлом в ткани реальности, ведущий обратно, на ту сторону к Ориату.

— Уходите, — мой голос разнёсся по залу, перекрывая рёв демонов. — Все. Сейчас.

Леон посмотрел на меня, задержал взгляд на секунду и подхватил Касс на руки.

— Ты идёшь с нами, — бросил он через плечо.

— Нет. Двигайся.

Он сжал челюсти и, не став спорить, все же шагнул в портал, унося Касс. Брина подхватила Реккара, закинув его руку себе на плечо, и потащила к золотистому разлому. Хлоя обернулась ко мне, и в её глазах мелькнуло выражение, которое я видел у неё впервые.

— Дарион…

— Хлоя. Уходи.

Она стиснула зубы и развернулась. Зара шагнула рядом с ней, обе поддерживали друг друга, и прежде чем войти в портал, Зара оглянулась. Открыла рот, попыталась что-то сказать, но я покачал головой. Их лица исчезли в золотистом свечении.

Портал закрылся, и зал опустел. Тела демонов, чёрная кровь на полу, тело Войда. Тень стоял рядом со мной, все три головы ощерены, шерсть дыбом, и басовитый рык вибрировал в его грудной клетке.

Феррус стоял в двадцати метрах. Левая рука сжимала меч, правой руки больше не существовало. Культя на месте плеча пульсировала серебряными прожилками Пустоты, и новая плоть там нарастала рвано, неравномерно, отторгаемая чужеродной энергией. Регенерация работала вполсилы, и Феррус впервые выглядел ослабленным. Кровь стекала по его боку из незатянувшихся ран, тех, что я нанёс в бою, и его дыхание было тяжёлым, хриплым. Жертва Войда сделала своё дело. Жаль, что за это пришлось заплатить такую цену.

— Твои щенки сбежали, — Феррус перехватил меч покрепче. Чёрная кровь капала с его подбородка и разбивалась о пол тяжёлыми каплями. — Ты остался один.

— Именно так, — я поднял Клятвопреступника. Ладони были мокрыми от крови, своей и чужой, но хватка оставалась мёртвой, пальцы вросли в рукоять за тысячу лет. — Теперь мне не нужно тратить силы на их защиту.

Феррус