Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ - Оливер Ло

понял. Его глаза сузились, и багровое сияние в них вспыхнуло ярче. Энергия, которую я расходовал на щит вокруг команды, хлынула обратно в мышцы, в каналы, в клинок. Тело отозвалось мгновенно, и привычная лёгкость вернулась в каждое движение. Владыка тоже понимал, что значит бой один на один с человеком, который больше не сдерживается.

Я атаковал первым, вложив в Стиль Расколотых Небес всю массу тела и божественную энергию. Клятвопреступник обрушился сверху, и Феррус принял удар на клинок, но левая рука дрогнула под давлением, и его колени согнулись. Обсидиан под его ногами лопнул, и он провалился по голень.

Я не дал ему выпрямиться. Стиль Буревестника, электрический разряд через лезвие, прямо в его клинок. Ток прошёл через металл в руку, в тело, и Феррус дёрнулся, оскалив зубы. Стиль Огненной Геенны, горизонтальный росчерк пылающим лезвием по рёбрам. Хитин лопнул, плоть обуглилась, и Феррус заревел, отмахиваясь мечом.

Его удар был медленнее, чем раньше. Я ушёл от него перекатом, вскочил на ноги и ударил снова. Стиль Пронзающей Молнии, концентрированный луч в грудную пластину, в ту самую воронку, которую я пробил ранее. Удар расширил рану, углубил её, и Феррус захрипел, отступая.

Тень атаковал одновременно со мной. Три головы вцепились в левую ногу Ферруса, клыки прогрызли хитин и мышцу. Пёс, выросший вдвое за время боя на мосту, тянул Владыку вниз, не давая ему набрать дистанцию. Феррус пнул Тень, отбрасывая пса на несколько метров, но раны на ноге остались, хромота замедлила его ещё сильнее.

Мы кружили по залу, обмениваясь ударами, и с каждой секундой баланс смещался. Феррус бил левой рукой мощно, но неуклюже, лишившись ведущей правой. Его замахи стали шире, предсказуемее, и я читал каждый за два движения до начала. Стойка Хрустального Цветка превращала его атаки в пустые усилия, каждый замах уходил в воздух, а мои контратаки находили цель. Я чувствовал ритм его усталости и подстраивался под него, ускоряясь с каждым обменом ударами.

Я резал его шею, колол в бедро и рубил по культе, расширяя зону поражения Пустоты с каждым ударом. Феррус хрипел, истекая кровью, и его регенерация захлёбывалась, не справляясь с количеством ран и чужеродной энергией Войда, разъедающей плоть изнутри.

Он попытался раздавить меня аурой. Давление обрушилось сверху, вжимая в пол, и я почувствовал, как трещат кости в ступнях. Но теперь мне не нужно было защищать команду. Вся моя божественная энергия сконцентрировалась в теле, укрепляя мышцы, кости, сухожилия, и давление Ферруса разбилось о мою ауру. Я выпрямился, посмотрел ему в глаза и шагнул вперёд.

Феррус замахнулся. Широкий, отчаянный удар слева, целящий снести мне голову.

Стойка Горизонт Событий. Я ударил в точку пересечения его клинка и пустоты, в тот единственный момент, когда кинетическая энергия замаха достигала пика. Клятвопреступник встретил его меч точно в нужной точке, и демонический клинок разлетелся на куски. Осколки чёрного металла брызнули во все стороны, изрешетив ближайшие колонны.

Безоружный Феррус отступил на шаг, и я вложил всё, каждую каплю божественной энергии, что еще оставалась у меня, и тысячу лет мастерства. Клятвопреступник засветился золотым огнём, и я вогнал его в грудь Ферруса по рукоять.

Лезвие прошло сквозь хитин и рёбра до самого сердца. Я провернул клинок, разрушая орган, и Феррус замер. Его глаза расширились в удивлении, багровый свет в них дёрнулся и начал гаснуть. Чёрная кровь хлынула из его пасти, заливая мой наруч.

Он посмотрел на клинок, торчащий из его груди, и усмехнулся, обнажив залитые кровью зубы.

— Ты… сильнее, чем я думал, Торн, — его голос булькал кровью. — Но… это… ещё не конец…

Он упал на колени, грузно, тяжело, обрушившись всей массой на обсидиан, который треснул под весом. Рога на его черепе раскололись, осыпаясь чёрными осколками на пол. Хитиновые пластины отваливались одна за другой, обнажая серую, истлевающую плоть.

Тело начало рассыпаться от центра, от клинка, расходясь волнами распада к конечностям. Плоть превращалась в пепел, кости обнажались и крошились, и тысячелетнее существо уходило из мира медленно, цепляясь за каждую секунду жизни когтями левой руки, скребущими по обсидиану и оставляющими глубокие борозды в камне.

Глаза погасли последними, два угасающих угля в рассыпающемся черепе, и даже в последний момент в них горела ненависть ко мне.

Феррус, Владыка Бездны, Всеотец демонов, был мёртв.

Я выдернул Клятвопреступника из рассыпающегося тела и выдохнул. Воздух вырвался из лёгких вместе с кровью. Рана на груди болела, мышцы горели от перенапряжения, и каждый сустав ныл, но Феррус лежал у моих ног грудой пепла и костей. И это не было иллюзией.

Затем боль ударила, и второе сердце, демоническое, полученное за столетие жизни в Бездне, сжалось в грудной клетке. Спазм выгнул мне спину дугой. Энергия умирающего Ферруса неожиданно хлынула внутрь, втянутая моим демоническим сердцем, и от этого потока мне показалось, что грудную клетку разрывают изнутри раскалёнными крюками. Сила Владыки, копившаяся тысячелетиями, вливалась в моё тело, сжигая каналы и переполняя ядро.

Я упал на колени, схватившись за грудь обеими руками, и Клятвопреступник лязгнул о камень. Вдохи обжигали лёгкие, сердце било в рёбра изнутри. Божественная энергия и демоническое сердце столкнулись с силой Ферруса, и конфликт потоков рвал каналы и жёг нервы.

Из тени трона вышел Энигма, о котором, казалось, в пылу сражения все забыли, и зашагал к останкам Ферруса, спокойно, с улыбкой на губах Зеро. Чёрная рука вытянулась к рассыпающемуся телу Ферруса, и пальцы сомкнулись вокруг потока энергии, который ещё хлестал из останков.

Энигма начал поглощать эту энергию. Его деформированная рука вспухла от вливающейся силы, чёрные вены побежали по предплечью вверх, к плечу, к шее. Аура Зеро расширилась, загустела, и давление в зале подскочило. Бог пожирания ел, и с каждой секундой становился сильнее.

Я забирал больше. Демоническое сердце работало на пределе, затягивая в себя основной поток, две трети энергии Ферруса втянулись в мой организм прежде, чем Энигма успел перехватить остаток. Треть досталась ему, и этого хватило, чтобы его аура удвоилась, потом утроилась.

Энигма засмеялся, и от его смеха задрожали колонны.

— Благодарю, Торн. Ты сделал за меня грязную работу. Феррус мёртв, а с его силой мы оба стали сильнее. Прекрасная сделка.

Боль скручивала мне внутренности. Энергии внутри меня бились друг с другом, отказываясь сливаться и устраивая внутри настоящий хаос. Божественная сила выталкивала демоническую, а наследие Ферруса давило на обе, разрывая каналы на стыках. Меня выворачивало наизнанку, и по телу бежали судороги.

Энигма сделал шаг вперёд. Чёрная рука поднялась, пальцы