Вне зоны доступа - Роман Феликсович Путилов

Двор нужного мне дома выходил на ряды кирпичных капитальных гаражей, и задворки хозяйственного двора Института точных измерений, сам же двор был маленький, спрятать мой громоздкий джип там было негде, поэтому я пристроился кормой к одному из гаражей, мол, хозяин приехал по делам, и, пустившись в удобном кресле пониже, стал ожидать дальнейшего развития событий.

То ли я разомлел от ровного гудения «печки», то ли устал в последнее время, но я очень быстро впал в какую-то дрему, борясь со сном и желанием хоть на секунду прикрыть глаза. Может быть я и прикрыл их, так как осознал себя в момент, когда какие-то мужики самого деревенского вида выгружали из распахнутого багажника автомобиля полмешка, видимо, с картошкой, а высокий худой парень с черными длинными волосами, немного богемного вида, этот мешок принимает на плечо и несет в сторону среднего подъезда. И только когда, парень скрылся за входной дверью, а мужики, захлопнув багажник, начали садиться в автомобиль, я понял, что машина перед моими глазами именно «Нива», а цвет очень похож на черный.

Не особо рассуждая, я бросил рычаг коробки-автомата в положение «Драйв», а руки вывернули руль, разворачивая джип, потому что с моей наблюдательной точки номерных знаков черной машины не было видно.

Мужики на «Ниве», видимо, были в этом адресе в первый раз, потому что спокойно покатили вперед, пока не уперлись бампером в бетонный блок, выглядывающий из кучи снега, что надежно отделяли этот двор от соседнего, нарушая существующие правила пожарной безопасности. Мужики в три действия развернули свою «Ниву» на небольшом пятачке, но, к тому времени, во двор ворвался, как разбуженный медведь –шатун, черный джип со мной за рулем и развернувшись, полностью перегородив выезд к свободе.

Пока ничего не предвещало. Мужики могли быть обычными «мирными» владельцами приусадебных соток, которые развозили картошку по покупателям, чтобы немного подзаработать — подобные объявления — «Овощи с доставкой, недорого», я видел на стенах домов постоянно, информация «бородатого» могла быть полнейшей туфтой, а появление черной «Нивы» в этом дворе — банальным совпадением. Да и я мог оказаться просто «новым» русским, который тупо не умеет водить свою дорогую машину или с утра уже успел нажраться «фирменным» алкоголем. Мы еще могли бы разойтись краями, но на черной «Ниве» не было государственных регистрационных знаков, а значит мне придется вылезать из теплого салона и идти проверять документы.

Оставив джип загораживать выезд со двора, я заглушил двигатель, щелкнул брелком сигнализации и двинулся навстречу своей судьбе в лице двух крепких молодых мужиков, одетых по-простецки, в темные фуфайки.

— Здорово, земляки. — я улыбнулся как можно искренне: — Картошкой торгуете?

— Ну…- не очень любезно подтвердил мою версию один из «коммивояжеров».

— А купить у вас можно? У меня как раз картошка дома кончилась. — я приблизился еще на пару шагов.

— Эта картошка вся расписана, ее люди ждут. Запиши номер, позвони, мы завтра тебе хоть десять мешков привезем во сколько тебе удобно.

— Мужики, ну мне сегодня очень надо. Давайте, вы из очереди кого-нибудь подвинете на завтра, а я вам доплачу, сколько скажете. — продолжал я изображать нового русского, которому просто загорелось сегодня откушать поджаристой картошки с салом, и он готов за этот каприз платить.

— Нет, мужик, у нас с этим строго. — отрицающе помотал головой мой собеседник: — Если сказали, что сегодня привезем людям, то в лепешку расшибемся, но привезем, так что только завтра.

— А посмотреть вашу картошечку можно? Вдруг гнилье одно или фитофторная она у вас.

— Смотри. — равнодушно пожал плечами «картофелевод», поднял дверь багажника, размотал веревку на одном из небольших мешков и отступил назад, приглашая меня убедиться в качестве товара, чем меня и переиграл.

Я шагнул к багажнику, увидел лежащие сбоку от мешков автомобильные номера, потянулся к горловине мешка, судорожно запоминая черные цифры и буквы на белых пластинах, когда кто-то из «продавцов» ударил меня сзади и серо-серебристый бампер «Нивы» с космической скоростью рванул мне навстречу.

Очнулся я от холода снега, в который погрузилось мое лицо. Шея и голова болели нестерпимо, сознание туманилось, и я не чувствовал своего тела. Паника, что я опять парализован ниже шеи пронзила меня и привела в чувство, я попробовал пошевелиться, и у меня получилось.

— Ты зачем это сделал? — голос человека, доносившийся сверху, был мне незнаком.

— Да это мент, что на наркоту охотится и братву, чуть ли не пачками, на глушняк валит. — а вот голос второго собеседника я узнал, я с ним про картофель договаривался.

— Я его в телевизоре пару раз видел, в новостях, и его рожу легавую запомнил. — вот она, оборотная сторона славы. Я, как говорится, стал медийной личностью, но известность, как оказалось, несовместима с моей службой.

— И че делать будем? — это снова «первый»: — Здесь бросим и поедем?

— Ты что дурак? — Рявкнул «глазастый»: — Он нас срисовал и потом обязательно найдет, вот сто пудов, а я снова на зону не хочу. Вроде никто не видел. Сейчас затащим его в подъезд и шею свернем, после чего поедем. Надо его обыскать, может что ценное есть.

Как я понял, говорить парням, что к ним я подходил с закрытыми глазами или у меня зрение «минус восемь», и я их противные рожи не запомнил, бесполезно? Физически я сейчас могу сделать только одно, но напакостить моим убийцам капитально. Как жить то хочется, просто до ломоты в зубах. Только все налаживаться стало, новые горизонты открылись, поклонники появились… Родителей жалко, второй раз они, пожалуй… Я приоткрыл глаза и сквозь опущенные ресницы сориентировался в положении моего тела, после чего, отточенным десятками повторений, единым движением вытащил ключи от машины из кармана куртки и поворотом кисти закинул их в приямок подвального окна, где они и канули, издав легкий металлический звук, слегка задев за решетку.

— Это что было? — видимо мои убийцы пропустили этот момент, выглядывая возможных свидетелей, а теперь их машина останется здесь надолго.

— Я не понял. — озадаченно пробормотал мой поклонник и утробно хекнув, рывком перевернул меня на спину.

— А! — заорал я в лицо врагу, так громко и отчаянно, что мужик в телогрейке, в испуге, отшатнулся, поскользнувшись на снегу и чуть не упал.

— Помогите! — продолжал орать я, трубно игромко, как сирена, но только недолго. Второй