По обе стороны времени - Станислав Петрович Федотов

снимая с верёвок на балконе высохшее постиранное белье. Засёк и двух качков в спортивной форме, парившихся на передних сиденьях. Подумал: кого-то пасут. Впрочем, может, просто назначено – ждать, вот и маются, даже стёкла не опустили.

Он направился по дорожке мимо машины, мотор которой вдруг заурчал, боковые двери открылись так, что Сева оказался между ними, из салонной двери высунулись длинные руки, ухватившие Севу за рубашку, он почувствовал толчок в спину и мгновенно очутился в салоне.

Двери захлопнулись, и «тойота» рванула к выезду со двора.

Всё произошло за какие-то секунды.

В салоне было жарко и душно.

– Задохнуться можно, – сказал Сева.

– Кондёр не работает, – буркнул водитель.

– Тогда хоть стекло опустите.

Он сидел позади переднего пассажира, рядом глыбой полулежал молодой парень со сломанным носом – видимо, бывший боксёр. Как ни странно, Сева ничуть не испугался. Он давно заметил в себе такую особенность – в минуты опасности не раскисать, не поддаваться панике. Первый раз она проявилась лет пять назад. Сева с мамой возвращались в Благолепинск с отдыха на севере области, летели на «кукурузнике», биплане Ан–2. И уже на подлёте к аэропорту, но ещё на большой высоте, вдруг заглох двигатель. Наступила какая-то звенящая тишина. Все места в самолёте, кроме Севиного кресла, были заняты взрослыми людьми, и эти мужчины и женщины одновременно запаниковали: зашумели, кто-то закричал, кто-то заплакал… Севина мама съёжилась в своём кресле, побледнела, закрыла глаза. Севе стало её жалко, и он громко сказал:

– Не бойся, мама. Эти самолёты хорошо планируют и могут сесть на любое поле. Лишь бы носом не клюнул.

Его спокойный голос услышали и мгновенно замолчали. А тут ещё в салон вышел пилот и попросил всех хорошо пристегнуться. В результате никто не пострадал, а Севу спутники и спутницы даже благодарили.

Вот и сейчас Сева почувствовал внутри холодное спокойствие, и оно, видимо, оказало на похитителей нужное воздействие: стекло с его стороны уползло вниз.

– Я могу своей тёте позвонить? – спросил он. – Я должен был племянников забрать из детсада.

– Звони, – сказал сидящий впереди него качок. Но сказал столь равнодушно, что Сева внутренне вздрогнул и напрягся: настоящие похитители вряд ли так себя ведут! По крайней мере, в кино он видел не раз, как жестоко обращаются с похищенными, связывая и заклеивая скотчем рот, как звонят сами, требуя выкупа или каких-то действий ради возвращения жертв, ну и так далее. А тут всё более-менее вежливо, никакого насилия, никаких условий…

Ладно, об этом можно подумать потом, а сейчас надо позвонить.

Он сообщил тёте о неожиданных обстоятельствах и невозможности выполнить её поручение. О похищении говорить не стал, понимая, что она не только не поверит, но и сочтёт это глупой шуткой. Впрочем, тётя относилась к умному племяннику с доверием и уважением и могла поверить, но тревожить её раньше времени тоже не стоило.

Машина остановилась на красный свет. Сева автоматически глянул в окно и увидел Рамона. И вспомнил, что должен был с ним встретиться.

– Рамон! – окликнул он друга, высунув голову наружу. Тот увидел, подскочил к машине. Севка быстро, чтобы не прервали, проговорил: – Рамон, форс-мажор, меня умыкнули. Куда и зачем, не знаю, жди звонка. – И откинулся на сиденье.

Он думал, что Ромка остолбенеет и останется на обочине, но тот ухватился за ручку двери и стал отчаянно дёргать, невзирая на то что машина уже тронулась, и даже кричать типа «Стойте! Пустите!». Но дверь была заблокирована и не поддавалась. А когда миновали перекрёсток, сидящий рядом с Севкой качок перегнулся и стукнул Рамона по лбу. Да так, что тот моментально оторвался от двери и упал на траву газона.

– Вы что, с ума сошли?! – взвился потомок йонов.

Качок ухмыльнулся и ничего не сказал. Даже отвернулся.

Севка успел оглянуться и заметить, что Рамон сел и помотал головой.

Слава богу, жив!

Глава 9,

в которой Варя и Даша начинают квест по очагам культуры

За три часа до этих событий подруги сидели на скамейке-качелях под навесом-перголой в саду при доме Беловых.

– Жарко! – потянулась Даша. – Варь, у нас квасу холодного нет?

– Квас есть, но, может, лучше йогурта черничного?

– Ой, йогурт, да ещё черничный! Спрашиваешь!

Варя сбегала в дом, вернулась с большим пакетом йогурта и двумя пластиковыми стаканчиками. Разлили по порции густой белой с сиреневым отливом жидкости и стали наслаждаться мелкими прохладными глотками.

– Интересно, а как эти сущности воспринимают жару и холод? И чем питаются? – задала Варя пространству задумчивые вопросы. – Ведь если мы их увидели, значит они материальны, а если двигаются, то – живые. Значит, должны что-то есть и реагировать на изменения температуры. Так?

– Так, – кивнула Даша и заглянула в опустевший стаканчик. – Давай ещё по одному. Для изменения температуры.

Возражений не последовало, стаканчики снова наполнились, и йогурт показался ещё вкуснее.

– Севка сказал бы, что они питаются энергией, – сказала Даша. – Птицы – белой, драконы – чёрной. А вот почему мы не видим ни птиц, ни драконов у простых людей – на улице, на пляже, в магазине? Ведь, говорят, у каждого человека есть какой-нибудь талант, а кто-то кому-то завидует, и бывает, что ненавидит.

– Я думала об этом, – откликнулась Варя. – Насчёт нас с тобой – не знаю, а у Севки же талант – весь на виду! Такие изобретения клепает! Но, сколько ни вглядывалась, даже птенчика малого не заметила.

– И ещё одна странность, – продолжила Даша. – Если птица из развалин – дух таланта Чумакова…

– Ну не только Чумакова, других артистов тоже. Одна на всех. Недаром она такая большая.

– Пусть – и других. Главное не меняется: почему она осталась в театре? Чумакова сто лет как нет, артисты перебрались в другое место, а их талант тут прозябает? А дракон? Это чья такая огромная ненависть? Не понимаю!

– Я тоже не понимаю. Надо будет при случае у Якова Иваныча спросить…

– Якова Иваныча мы теперь нескоро увидим… – Даша вдруг замолчала и тут же расхохоталась.

– Ты чего? – удивилась подруга.

– А ты не поняла? Мы его вообще ни разу не видели и, наверно, никогда не увидим.

Варя тоже хихикнула. И тут же посерьёзнела:

– Давай всё-таки прикинем, где эту птицу искать.

– А ты уверена, что её надо искать?

– Я уверена, что она в опасности.

– Ну хорошо, допустим, найдём. И чем поможем? Ты знаешь, как её защитить от дракона? Нет! Между прочим, дракон может угрожать и нам.

– Из-за наших способностей? Тогда нам тем более надо искать птицу. Вместе мы куда лучше справимся