Роанна Аньер. Путь на Север - Виктор Постоенко

Через некоторое время горы расступились, и мы оказались в огромной долине, окаймлённой горными хребтами. Показался первый город. Он располагался на обеих сторонах реки, через которую был перекинут большой каменный мост с множеством арок.

В центре попарно стояли четыре небольшие башни. А между ними как раз поднимался для нашего прохода мост. Прошли мимо главной пристани, где выстроились воины, местная власть. Ронер и Нанке, прижав правую руку к груди, раскланивались с ними, в ответ неслись ликующие возгласы.

Да, парня, видимо, местный люд не просто любит, а обожает. Я смотрела, как он рассылает воздушные поцелуи местным девицам, кидавшим в воду реки букеты из цветов.

Дорога тут как раз подходила к мосту и затем продолжалась на противоположном берегу. Вдали виднелись леса, деревни, паслись стада овец и коров, табуны лошадей. Мы проплыли ещё мимо нескольких крупных сёл и ещё одного города. Всё повторялось. Праздничное население собралось на берегу, махали руками, что-то кричали.

Всё внимание было на Ронере и Нанке. В одном из сёл их галера пристала ненадолго к берегу. Они сошли на пристань, приняли от людей подарки, Ронер что-то говорил, кого-то обнял, кому-то пожал руки.

Женщины обступили Нанке, она получила отдельные подарки и выглядела очень смущённой.

Мы к берегу не приставали. Я вообще сошла вниз и смотрела на всё происходящее из окна каюты. Ило с моего разрешения спала, Нора сидела вверху на палубе с моей трубой, рассматривая всё — начиная от птиц и заканчивая дальними пиками гор.

Ещё через несколько часов вдали показался большой город. Капитан указал на него и сказал, что это сам Дюссен. Город так же, как и предыдущие, раскинулся по обеим берегам реки. Их связывали между собой даже два каменных моста с подъёмными частями.

Галера Ронера пристала первой. На пристани выстроились войска, собрались горожане, вельможи. Их маленькая герцогиня возвращалась домой. Мы пришвартовались немного в стороне.

Я наблюдала с палубы, как старый герцог с супругой заключили мою Нанке в свои объятия, как подходили военные, вельможи, представляясь и знакомясь. Настало время и мне спускаться.

Девушки меня заранее одели в тот же наряд, в котором я была на собрании, и надели на меня те же украшения. На голове — лёгкая шляпка с фиолетовой вуалью. Так решила бабушка.

По какой-то причине она посоветовала пока не показывать мне своё лицо широким людским массам. Ей виднее.

Сами девушки мои одеты были по-парадному, так же украшены серёжками, заколками и нашейными украшениями. Это уже я настояла, хотя они упёрлись обе сначала ни в какую: мы так не можем, мы же простые служанки.

На что я ответила:

— Вы теперь мои служанки, а потому теперь я буду решать, как и что вы будете носить и надевать.

Увидев подошедший слева наш небольшой отряд, который замыкал возвышающийся Дерек, Ронер воскликнул:

— Прошу всех поприветствовать Её Светлость герцогиню Андольскую Роанну де Анн!

Но вместо слов приветствий люди по какой-то команде, склонив головы, стали опускаться на колени. Воины тоже стали на одно колено. К моему удивлению, старый герцог кивнул внуку, и Ронер тут же опустился на одно колено, а герцогиня и Нанке по её знаку склонились в почтительном поклоне.

— Подданные приветствуют наследную принцессу королевства Энгер Её Высочество Роанну Давиль Энгерскую!! — торжественно произнёс герцог и почтительно склонил обнажённую голову.

У меня защипало в глазах, почему-то задрожала левая коленка.

Внезапно раздался грохот. Это с башен ударили крепостные пушки. Я отвыкла уже от этого звука. Мои служанки даже пискнули от испуга. Всё-таки чем дальше на север, тем он удивительно отличается от юга.

Я подошла к старому герцогу и обняла его за плечи. Старик поднял мокрые глаза:

— Ваше Высочество, я плачу от радости. Ваша мама и моя дочь были лучшими подругами, мама часто гостила у нас, и я не могу передать словами, как я рад Вас увидеть.

Я повернулась ко всем и громко произнесла:

— Прошу всех встать, всех!

А потом был пир, тосты, и даже музыка. Чем-то напоминавшая мне шотландские волынки из моего прежнего мира. Люди танцевали, но я не рискнула. В моём платье два шага в сторону — и можно было расшибить лоб.

Подозвала Дерека, спросила, что там с командой. Он сказал, чтобы я ни о чём не волновалась. Команда вся размещена на берегу, и по приказу Ронера им подали и жареное мясо, и вино. Служанки мои ели за отдельным столиком. Дерек сидел вместе с воинами — у него тут было много знакомых.

Спать Нанке пришла ко мне. Мы долго не могли уснуть, она делилась впечатлениями. Видимо, почувствовала некоторое неудобство, что вынуждена оставить меня. Я её успокоила:

— Так надо. Наоборот, вникай, учись, ты мне потом будешь нужна. Перенимай у своей бабушки всё, что можно, попроси обучить тебя изысканному дворцовому этикету, соверши поездки на рудники, посети ремесленные мастерские.

Утром после завтрака, попрощавшись с супругами, отошли от пристани, развернулись и пошли к устью Серебряной, где она впадает в Роон. Ронер и Нанке сопровождали нас до него на своей галере. Попрощавшись с братом и сестричкой, я отправилась дальше.

До Донгара против ставшего сильнее течения шли ещё почти два дня. Деревни, малые и большие сёла, рыбацкие лодки и целые флотилии, несколько городов примерно по пять-десять тысяч населения.

К четырём часам вечера вдали показались сначала предместья, а потом и сама столица королевства — город Донгар, имевший примерно тысяч пятьдесят-шестьдесят населения. Гонец в город был отправлен несколько часов назад из последнего села. Дерек сказал, что часа через два верхом он будет в столице, а нам ещё часа четыре идти. Так и вышло.

Я почему-то нервничала. В Дюссене меня назвали принцессой и воздали соответствующие почести. Но я не хотела быть самозванкой. Галера прошла под большим разведённым мостом, свернула налево в широкую протоку. Конец моего путешествия.

Протока закончилась большой гаванью, где стояли несколько разных галер и другие речные суда. На широкой каменной пристани стояли люди.

Огромная толпа. Головы виднелись не только из многочисленных окон, но люди сидели на крышах, на деревьях. Стоял шум и людской гомон. Виднелся лес копий выстроенных войск. Корабль плавно пришвартовался, спустили трап. На него сначала ступил Дерек, потом повернулся ко мне и с улыбкой подал руку.

Я осторожно вступила на трап, приняла его руку, и мы стали спускаться. Внизу стояли в полном парадном облачении король и королева — мои бабушка и дедушка.

Кто-то скомандовал, опять ударили пушки, а потом раздался звук труб и барабанов. Дерек, ведя меня за руку, спустился к трапу и подвёл к королевской чете.

— Ваши Королевские Величества! — громко и торжественно