Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

— Мо-о-оска-а-ау… — затянули все хором, в то время как плащеносец ещё больше ускорился и теперь буквально летал по сцене, маневрируя между своими коллегами.

Я слушал музыку, чужой язык, и это, в общем-то, было нормально, тем более что я понимал слова типа «Москва», «чародеи», «господа», но затем я забрал у Хельги выданный нам при входе в зал буклет и, найдя нужную песню, вчитался в перевод, после чего у меня глаза на лоб полезли. Один только пассаж о том, что чародеи: «…Ха-ха-ха-ха-ха — поднимают бараньи рога с водкой!» — чего стоил.

Впрочем… Я посмотрел на свою девушку и улыбнулся, даже зная о том, что текст песни, собственно, ни о чём, Громова была довольна, а потому я махнул рукой и не стал придираться к пустякам, тем более что звучало вполне мелодично, да и пели берлинцы на своём родном языке очень даже хорошо.

После первой песни до антракта группа успела исполнить ещё штук шесть своих произведений, которые в основном назывались именами чужих полисов. Когда же включили свет, и мы вышли отдохнуть, Хельга повела меня не в кафетерий, посетовав, что покуда в нем не уберутся половые, там делать нечего, а в зимний сад, расположенный в галерее на первом этаже гостиницы «Астралѣ». Там имелась своя небольшая «какавная», и пусть ничего, кроме мороженного, там не продавали, а саму какаву я как считал бурдой, так и продолжаю считать, всё же посидеть там под журчание фонтанов и стук капель о стекло над головой было довольно приятно.

Второй акт концерта был, в общем-то, похож на первый, разве что исполнители переоделись в другие наряды, но всё так же пели про разные полисы. Заканчивали же они своё выступление, сорвав довольно скромные аплодисменты полупустого зала песней про свой Берлин. В общем-то, я даже не стал даже вчитываться, пытаясь узнать, о чём они голосят. Просто наслаждался музыкой и словами чужого мне языка, воспринимая их на звук и более не пытаясь вникнуть в смысл, потому как, на мой неискушённый поэзией взгляд, его в песнях практически не было.

— Я вот только чего не могу понять, — произнёс я, когда мы, обойдя раскрасневшегося студента Сеченовки вместе с его барышней, который в этот момент что-то возмущённо отвечал девушке в форме служащей концертного зала, вместе с остальными зрителями вышли в фойе и направились к гардеробной. — Концерт же организовали Морозовы?

— Ну да… — Хельга с удивлением посмотрела на меня. — А что?

— Да вот интересно, — задумчиво продолжил я, краем глаза замечая, как ещё к нескольким студентам из разных академий подходят люди, одетые в форму сотрудников концертного зала, — почему сегодня за весь день я никого из них не видел…

— А зачем им здесь быть? — удивилась девушка, ловко увернувшись от хмурого одарённого в штатском платье, который пёр буквально напролом следом за ещё одним работником заведения, в то время как за ним едва поспевала взволнованно выглядевшая спутница. — Они же именно организаторы… Так что для них это всего лишь способ повысить свою популярность, так что, если среди них никто такой музыкой не интересуется…

— Это ладно… — тряхнул я головой. — Но ты сама сказала, что появиться здесь — один из способов «посветить лицом»! И я путь плохо… очень плохо знаю Александра Морозова, наследника клана, но даже так я уверен, что он не тот человек, который откажется от того, чтобы лишний раз появиться на публике… Особенно после позапрошлогоднего фиаско.

— Саша… — Хельга нахмурилась, остановившись вместе со мной в конце на удивление большой очереди в гардероб, куда мы при входе сдали мой плащ и её зонтик, а затем кивнула. — Да, он, насколько я знаю, после ранения стал особо охоч до славы. Кстати… Если так подумать. Антон, а ты видел сегодня здесь хоть одну камеру или хотя бы журналистов?

— Нет, — ответил я, и в этот момент нас прервали.

— Громова, Хельга Александровна? — спросил быстро подошедший к нам ещё один человек в форме работника концертного зала, которую здесь носили все служащие за исключением половых, неизменно для респектабельных заведений одетых в ослепительно белые рубашки, штаны и ливреи с чёрными галстуками и сверкающими ваксой ботинками.

— Да, это я, — спокойно ответила девушка, в то время как я незаметно напрягся.

— Не могли бы вы проследовать за мной? — с поклоном попросил мужчина, но прежде, чем Громова хоть как-то ему ответила, я уже встал между ними.

— Во-первых, вы не представились, — холодно произнёс я, разжигая свои зелёные глаза, в то время как в спину меня слегка ткнули кулачком, таким образом незаметно для окружающих демонстрируя своё недовольство. — Во-вторых, вы проигнорировали тот факт, что барышня не одна. В-третьих, куда вы приглашаете мою спутницу и зачем. Объяснитесь… милейший.

— Ах да… Прошу прощения, князь Бажов, — без капли реального сожаления в голосе, но с глубоким поклоном ответил мне служащий. — Замотался-с! Сегодня, знаете ли, такой трудный день… такой день! Наши иноплолисные гости после своего концерта хотели бы встретиться со своими фанатами, проживающими в нашем полисе и являющимися одарёнными, как и наши исполнители. Нам порекомендовали именно Хельгу Александровну как самую большую поклонницу Säbelzahnwölfe.

— Кто порекомендовал? — всё тем же тоном спросил я, пристально сверля человека горящим взглядом.

— К сожалению, этот господин хотел бы остаться анонимным…

— Вы понимаете… — Мне в спину вновь прилетел кулачок, на этот раз чувствительнее.

— Я не очень понимаю, зачем мне могла бы понадобиться подобная встреча, — ответила уже сама Хельга, чуть отойдя в сторону, чтобы видеть лицо нашего собеседника. — Но если князь Бажов согласится меня сопровождать…

— Что вы! — тут же перебил её служащий, как-то наигранно всплеснув руками. — Подобного никак нельзя! Уважаемые гости готовы принять только вас, госпожа Громова! Как вы не понимаете, это же такая честь…

— Честь? — гордо вскинув голову, переспросила девушка и слегка прищурилась. — С каких это пор в «нашем» полисе какой-то простец решает, что будет «честью» для меня, клановой наследницы Громовых?

— Тем более что это обычные песельники, к тому же ещё и инополисные, — буркнул я и вместе с Хельгой, развернувшись, направился к выходу, на ходу накидывая