Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Именно этот момент выбрали четверо простецов, вооружённых кто чем, чтобы ворваться в коридор, ведущий к кафетерию. Чтобы их тут же разметало и частично сожгло взрывом выпущенного мною огненного шара, что, наверное, было не самой удачной идеей, потому как изумрудное пламя тут же начало лизать обшитые пластиком стены, которые запузырились и потекли, испуская дым с отвратительным запахом.

Не желая задохнуться или тем паче отравиться незнамо чем от горящего материала, приравненного по весу к золоту, я на мгновение сконцентрировался и выпустил по полу в сторону быстро набирающего силу пожара полосу зелёного огня своего эго. А так как живица в набирающем силу пламени всё ещё была моей, путь теперь и не подчиняющейся мне лично, потушить его, восстановив подобным образом контроль, было легче лёгкого. После чего, видя, что с девушкой разговаривать сейчас бесполезно, я опустился на колено рядом с её раненым парнем.

Он находился в сознании, хоть и был бледным от потери крови, тяжело дышал, в то время как кровь пузырилась на его губах, что говорило о пробитом лёгком. Однако это не снимало вопросов о том, как именно простая женщина вообще смогла кухонным ножом нанести пусть молодому, но всё же чародею подобную рану. Ведь, благодаря живице, мы были быстрее и крепче, чем протецы…

— Ты можешь говорить?

— Да… — прохрипел морозовец, судя по клановому символу в виде капельки с закрученной снизу спиралькой, из Дождевых, после чего тут же закашлялся кровью и с прищуром посмотрел на мою клановую тамгу.

— Что произошло? — задал я следующий вопрос, одновременно внимательно следя за коридором, ведущим в фойе, вопли и полные боли крики откуда становились всё громче и громче.

— Эта… сучка, — он мотнул головой в сторону трупа, на эмоциях даже сплюнув вязкой красной слюной. — Подошла к нам после концерта… И сказала, что что-то не так с нашими билетами, и администрация предполагает, что мы приобрели их у перекупщиков, а потому нам следует пройти с ней к директору и уладить этот вопрос.

— И…

— И здесь она напала на меня, когда Янка выбежала вперёд и зашла в кафетерий… — ответил он, опять закашлялся, после чего объяснил, не дожидаясь моего вопроса: — Там должен был быть наследник Боровой, который и помог нам приобрести у Морозовых эти треклятые билеты. Он на кутёж со своими приятелями остался… Бажов, я никогда в жизни не видел, чтобы кто-либо, не являясь вообще одарённым, двигался так быстро и вообще был таким сильным. Я… едва-едва успел среагировать, и только поэтому удар не пришёлся прямо в сердце. Не понимаю, как такое вообще может быть… Эта и Янку-то потом почти достала, но она куда лучше меня в рукопашной.

«Кажется, я где-то слышал о простецах, способных победить чародея… — пронеслась у меня в голове мысль, а затем я вдруг вспомнил: — Точно! Наш физрук МакПрохор в школе, когда начал учить меня стилю шао-ляо, или как-то так, рассказывал, что таких уникумов готовят в одноимённом монастыре где-то на востоке. Вот только откуда бы им здесь взяться?»

Из фойе в наш коридор ворвалось сразу человек десять, но я даже среагировать не успел, когда девушки на пару буквально засыпали их дождём из метательных ножей. После чего недобитку, который умудрился вырваться вперёд, Хельга прямо с двадцати метров своим клановым эго свернула голову, раскрошив шейные позвонки, нанеся прямо по воздуху перед собой прямой удар раскрытой ладонью.

Он ещё кувыркался в воздухе, когда появились новые нападающие и тут же попали под разрыв массивного бетонного ядра. Которое, повинуясь чарам, быстро наложенным Земельской, словно выставленное из пушки, вырвалось из ближайшей стены, оставив за собой развороченную обшивку и огромную рытвину.

— Яна говорит, — произнесла подошедшая ко мне Хельга, которая была неестественно бледна, а ее лёгшая на моё плечо рука чуть подрагивала, — что в кафетерии все мертвы…

Я взглянул на неё, после чего встал и успокаивающе погладил по практически ледяным пальчикам. Скорее всего, бедняжка только что,впервые в жизни отняла жизнь у другого человека, и это не могло не ударить по такой нежной и доброй душе, как у неё. Впрочем, сейчас, на адреналине, она не выглядела особо взволнованной этим прискорбным фактом, только в её больших, обычно сверкающих карих глазах нет-нет да и проскальзывала тень подступающего страха.

— Ты… — обратился я к раненому Дождевому и слегка замялся, так как имени его не знал.

— Меня зовут Антон, — через кровавый кашель выдавил он из себя.

— Тёска, значит… — кивнул я. — Так ты идти можешь?

— Вроде могу, — подумав, ответил он. — Но недалеко и недолго…

— Мы с Яной ему поможем! — тут же вызвалась Хельга и, поймав мой взгляд, торопливо объяснила: — Тош… Ты всё равно сильнее нас двоих вместе взятых, а я… я не уверена, что сейчас смогу… ещё раз.

Я только кивнул, после чего повернулся к подошедшей к нам Земельской и спросил:

— Ты потолок можешь обрушить? Завал организовать. Ну, или какую каменную стену чарами возвести? — после чего я кивнул на дальний конец коридора, где несколько простецов всё ещё орали от боли, шевелились, корчась в предсмертной агонии среди обожжённых, утыканных ножами и изодранных бетонной шрапнелью трупов, а потом поморщился. — Вообще-то, это надо было сразу сделать, как оказались в этом коридоре, если среди этих такие, как она, могут быть.

После чего я взглядом указал на валяющееся неподалёку тело женщины в форме персонала концертного зала.

— Но… но тогда мы сами окажемся в ловушке, если не найдём другой выход отсюда! — возмутилась студентка Морозовки, а потом покраснела, когда до неё дошла вся глупость только что сказанного.

Действительно! Оказаться под землёй в «ловушке» в компании вполне здорового одарённого, чей клан веками специализируется на стихии Земля, это нужно постараться.

В общем-то, Яна, можно сказать, это сделала, в смысле, предоставила нам недееспособного, а то и мёртвого чародея земли, когда явно на нервах что-то там перепутала в чарах, и метров двадцать коридора оказалось погребено под обрушившимся на них пластом бетона, земли и каких-то труб, чуть не раздавив саму заклинательницу. Так бы и получилось, если бы Хельга в последний момент своим клановым эго каким-то хитрым кручёным рукопашным ударом по воздуху не вышибла дурёху