За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Если они такие секретные, зачем держите их в Примше, где их сверху кто угодно увидит?

— Гражданские рейсы с другой стороны заходят, никто там ничего не увидит. И они в Примше недолго стоят, только когда новая партия с завода приходит. Как только экипажи их принимают, они сразу улетают.

— Так что насчёт разведчиков?

— Зачем они тебе, Кен? Ты же их толком использовать не сможешь.

— Почему это не смогу? Самоходную артиллерию к ним в комплект я тоже собираюсь приобрести. Дружина по каким нормам приобретает — разведчик на батарею? Вот полдюжины батарей к ним и я хочу.

Драгана схватилась за голову.

— Про перевооружение ты откуда узнал? — с отчаянием спросила она.

— А что там узнавать? — удивился я. — Контракт на универсальную гусеничную платформу у меня. Как только я эти разведчики увидел, сразу стало ясно, что новую платформу заказали под артиллерию, а разведчики будут использоваться как корректировщики огня. Не нужно быть гением, чтобы это сообразить.

— Да, да, как хорошо, что ты не гений, — саркастически заметила она. — А то пришлось бы тебя всё-таки придушить в тёмном уголке.

— Гана, если ты думаешь, что я один такой умный, то у меня для тебя плохие новости. Я уверен, что тот же Воислав уже всё знает про наше перевооружение. Идея же на поверхности лежит. Здесь главное-то не дирижабли, и не гаубицы, а мобилки. Которые, напомню, именно я и делаю. Ты же знаешь, что настоящие военные мобилки только у нас с князем? У остальных полувоенные или даже гражданские модели, которые можно заглушить. Образцы глушилок мы давно князю передали.

— Я не знала про глушилки, — Драгана удивлённо взглянула на меня. — Как-то не интересовалась… не думала, что с этими мобилками какие-то секреты есть.

— Ну, теперь знаешь. Вот это и есть настоящий секрет, а дирижабли-разведчики — это так, ерунда. Без настоящих мобилок от них толку мало, мы их в любой момент можем обнулить. Так что — посодействуешь с приобретением?

— Посодействую, — вздохнула она.

Публика в «Пьяном кабане» была на удивление разнообразной — матросы, портовые грузчики, мелкие портовые чиновники, ну и, конечно, жулики всех мастей, которые, однако, предпочитали называть себя деловыми людьми. Объединяло их то, что все они были так или иначе связаны с волховским портом. Хотя иногда встречались и исключения — например, компания из трёх человек за небольшим угловым столиком по каким-то неуловимым признакам резко отличалась от всей портовой публики. Местные время от времени на них косились, но рожи пришельцев совершенно не вызывали желания с ними связываться, и даже полностью отбитые на голову портовые амбалы не порывались пообщаться поближе. Впрочем, вечер только начался.

Плечистый парень со шрамом, который выглядел главарём компании, отхлебнул пива и поморщился. Пиво и в самом деле было сильно так себе.

— Ну и за каким хреном ты нас в эту дыру притащил, Хорёк? — спросил он.

Хорёк был маленьким, тощим или, скорее, жилистым, с бегающими глазами и мордочкой, в которой явно прослеживалось что-то крысиное. В общем, если и существовал некий архетип мелкой криминальной шестёрки, то Хорёк соответствовал ему практически идеально.

— Тема есть, Кастет, — значительно ответил Хорёк. — Серьёзная тема, а здесь нас никто не знает.

— Такая же серьёзная, как в прошлый раз? — скептически хмыкнул Кастет, а третий участник — здоровенный парень по кличке Глыба, басовито гыгыкнул.

Хорёк на мгновение смешался, затем открыл рот, чтобы что-то возразить, но сразу же его захлопнул, мудро решив проигнорировать подколку.

— Зяму знаете? — перешёл он к делу.

— Я даже двух знаю, — с явственной насмешкой в голосе отозвался Кастет. — Тебе который нужен?

— Зяму с Плотницкого знаете? — уточнил Хорёк, не обратив внимания на насмешку.

— Ну так прямо не знаю, но слышал что есть такой. Правильный пацан вроде.

— Мы с ним раньше в одном дворе жили, вместе в школу ходили. На днях встретились, посидели малость. Он верную наколку дал — просто зайти и взять.

— Верную наколку дал, говоришь? — Кастет был по-прежнему настроен скептически. — А что он сам не зайдёт и не возьмёт?

— Зяма стремается сам лезть, говорит, за ним присматривают. Если сам полезет, обязательно узнают. Он под Маркусом ходит, знаете же такого?

— Маркуса знаем, — согласился Кастет, и Глыба тоже подтверждающе кивнул. Настроение неуловимо изменилось, и слушали они уже гораздо внимательнее.

— Маркус за крысятничество за ноги вешает и оставляет так, пока не сдохнешь, — веско сказал Хорёк. — Вот Зяма и не дёргается.

— Ты нам крысятничать что ли предлагаешь? — удивился Глыба, а Кастет начал задумчиво разглядывать Хорька.

— Да нет, тут другое дело совсем, — заторопился Хорёк, верно оценив нежелательный поворот разговора. — Если хозяин от своего отказался — это что, крысятничество? Отказался — значит ничьё, так? Кто нашёл, тот и хозяин.

— Рассказывай давай, а мы сами решим, крысятничество или нет, — хмуро сказал Кастет.

— В общем, Арди забрали себе старый фабричный городок, слышали? У воров там была хаза, люди Арди её разгромили, всех повязали, там много деловых сидело. Кой-кого и постреляли.

— Слышали про это, дальше рассказывай, — кивнул Кастет.

— Дальше вот что: у воров там общак был, Арди его не нашли. А воры его забрать не могут. И не смогут — там сейчас такая охрана, мышь не проскочит.

— А мы, значит, сможем?

— А мы с Зямой тайный вход знаем, мы его ещё в детстве нашли, когда там рядом жили. Мы туда сунулись… ну, в общем, еле свалили оттуда и больше туда не лазили.

— И мы туда полезем, — утвердительно спросил Кастет.

— Люди Арди там всё зачистили, — убеждённо заявил Хорёк. — Там надо просто пройти аккуратно по стеночке, и всё.

— А как мы общак найдём?

— Зяма у Маркуса карту видел и сумел незаметно перерисовать. Карта есть, тайный ход есть. Зашёл и вышел.

— И как это дело оттуда выносить? — задумался Кастет.

— Глыбу нагрузим, — легкомысленно махнул рукой Хорёк. — Он здоровый, всё унесёт.

— Я-то унесу, — хмуро заметил Глыба, — а ты унесёшь, если я тебе сейчас в хобот плюху задвину?

— Закончили оба, заколебали, — раздражённо распорядился Кастет. — Если нас там рядом заметят с сумками, пацаны с нас спросят.

— Значит, надо будет тачку подломить, — предложил Хорёк. — Чтобы вышли, сразу сумки закинули, и по газам.

Кастет глубоко задумался, машинально прихлёбывая пиво. Остальные терпеливо дожидались итога его размышлений.

— Зяма чего просит за карту?

— Половину спросил, — тут же отрапортовал Хорёк, — но подвинуть можно.

— С половины у него морда треснет. Договаривайся на четверть. Не согласится — пусть идёт на хрен, я туда за меньше не полезу.