Любительский шпионаж - Дайре Грей

Если рискнул задавать вопросы, значит, уже что-то понял.

— Если артефакт настроен на поиск герцога Рейса, а светился рядом с тем ублюдком, то они родственники?

Я промолчала. Достаточно выразительно, чтобы все стало ясно без слов. Собеседник коротко и тихо выругался.

— А к императору он отношение тоже имеет?

И снова единственным возможным ответом может быть только тишина. Но ее достаточно, чтобы бывший капитан еще раз предельно четко охарактеризовал ситуацию.

Некоторое время он молчал, переваривая полученную информацию, а потом продолжил спрашивать:

— Ты стреляла в его элементаля, и тот отступил. Почему?

На практические вопросы хотя бы можно дать ответ. Изготовление патронов еще не успело стать государственной тайной, являясь пока лишь моим секретом, а им я могла поделиться.

— Все дело в пулях. Ты слышал о темных алмазах?

Я подтянула колено к груди, задрала широкую юбку и достала револьвер, снова прикрепленный к бедру. На улице вышло бы неудобно, но под блузой, даже очень свободной, оружие выделялось. Достала патрон из барабана и протянула мужчине.

Тот покрутил его между пальцами и принялся рассматривать пулю в навершии.

— Здесь какой-то символ. Но при чем тут камни? Или?..

Как уже отмечалось, глупым бывшего капитана не назовешь.

— Внутри. А вместе с символом дает эффект даже против элементаля. Но недолгий. И я не была уверена, что сработает. Опытный образец.

Вилли вернул патрон, который я сунула на место, а револьвер — под подушку. Сейчас таскать его с собой не имело смысла. Маг остался в Ференции. И следующий корабль вряд ли скоро покинет порт. У нас есть фора. А дальше… Надеюсь, он нас потеряет. Или вообще не станет преследовать.

— И ты взяла с собой в дорогу оружие против темного мага, но не думала, что встретишь его?

Сердце пропустило удар. К такой откровенности я не готовилась, но герр Адлер поймал меня.

— Ты знала о возможной встрече с ним или нет? — настойчиво повторил он.

Вопрос слишком уж напоминал допрос, и раньше я бы возмутилась, но сегодня сил не осталось.

— Нет. По всем данным разведки маг сейчас должен находиться среди войск Фреденсберга. Я не знаю, откуда он взялся в Ференции.

— Тогда для кого патроны?

Закономерный вопрос, на который я предпочла бы не отвечать никогда…

Впервые за время путешествия она выглядела потерянной. Ни уставшей, ни раздраженной, ни даже возмущенной… Нет, сейчас из нее словно вытащили стержень. Капризная фифа пропала, оставив лишь оболочку. И в какой-то мере Вилли чувствовал угрызения совести, что мучает ее вопросами. Но еще понимал, что только сейчас может, наконец, услышать правду.

Он уже перестал злиться из-за постоянных недоговорок. Изо дня в день наблюдая, как она упрямо движется к цели, невозможно не проникнуться хотя бы уважением. И пусть порой Сабина казалась заносчивой, наивной или недальновидной, каждый раз он убеждался в обратном, натыкаясь, например, вот на такие сюрпризы.

Пули против темных магов. Артефакт поиска. Опытные образцы. Герцога Рейса считали гением. Но кажется, у него под крылом обитал не менее одаренный секретарь. Ее открытия сами по себя обладали немалой ценностью. И если в конце этого безумного путешествия удастся вернуть в Империю хотя бы ее, он уже не зря потратил столько времени.

— Герхард маг… — тихо заговорила фройляйн. — Очень сильный маг. Ты знаешь, что он приручил тьму. Все знают. И он попал в плен. Прошло три месяца. Уже больше трех… А о нем ничего не слышно…

Она опустила взгляд и рассеянно гладила одеяло, обводя пальцем незамысловатый узор.

— Он может быть ранен.

— Возможно… А еще мог потерять память. Или получить травму спинного мозга. Я наводила справки. Восстановление подобных травм практикуют только в Империи. Потому что без магии лечить не умеют. И тогда он сейчас где-то там… парализован. Прикован к бессильному телу и ничего не может сделать. Или его держат без сознания насильно, потому что боятся… И тогда его разум превратился… в труху. И я не знаю, что хуже. Но точно знаю, что он еще жив.

Стало холодно. А потом жарко. Но вовсе не потому, что в каюте резко изменилась температура. Нет. Просто он понял, зачем понадобились патроны. И впервые за путешествие взглянул на нее иначе. Потому что когда человек рискует жизнью ради призрачной надежды на чудо — это эгоистичный каприз, но когда он целенаправленно движется навстречу возможной смерти, стараясь предусмотреть все возможные осложнения и не пасть духом…

— Я хочу его найти. Хочу, чтобы он вернулся домой. Но я не знаю, что именно я найду. И как доставить его домой, если… — Сабина шмыгнула носом и перевела дыхание. — Если все совсем плохо. И я не хочу оставлять его в плену… Ни в каком виде. Я готовилась. Перед отъездом. Училась стрелять… И у меня получалось. Но… Оказалось, что по мишеням стрелять проще.

Она подняла взгляд на Вилли. Покрасневшие, опухшие глаза с проступившими капиллярами. Глаза женщины, поднявшей не свою ношу.

Вот почему она не пошла к императору, а тайком договорилась с Кенигом. Предложить возможность спасения брата-бастарда — героизм, а вот сказать, что возможно придется убить его — приговор. Может, между братьями любви и нет. Но лучший изобретатель Империи — сокровище, которое нельзя потерять. И вряд ли бы император согласился на столь радикальные меры.

— Я даже не смогла убить этого скота! А он заслуживает смерти!

Не всем дано убивать. Не все могут хладнокровно смотреть в лицо и нажимать на спусковой крючок.

Капитан Адлер мог.

Поэтому он молча встал и пересел на кровать рядом с ней, обхватил за спину и почувствовал, как ее голова уже почти привычно опустилась на плечо.

— Когда нужно будет стрелять, просто скажи, куда. Я все сделаю.

Если ноша тяжела для одного, ее всегда можно разделить на двоих.

Корабль скрылся из виду и Дитрих скрипнул зубами от досады.

— Сбежала! И как только успела?

Он отвернулся от моря и окинул взглядом порт, больше напоминающий поле битвы. Изуродованные трупы, кровь, внутренности местами вывалившиеся на землю, глухие стоны умирающих. Мерзкое зрелище.

Маг перешагнул ближайшее тело, собираясь покинуть неприятное место. Когда люди немного успокоятся, стоит поговорить с начальником порта — или кто там вместо него? — и выяснить, отправится ли еще какой-нибудь корабль в Изрилиону. Если нет, нанять. Оставлять сбежавшую девку в покое он не собирался.

— Что ей вообще понадобилось в Изрилионе? — продолжал бормотать он, оставляя позади несчастного, попытавшегося ухватиться за ногу.

— Помогите…

На губах умирающего застыла кровавая пена, и Дитрих брезгливо поджал губы. Вспомнился Ингемар, всегда