Прекрасная звезда - Юкио Мисима

– их собственное творческое действие. И в последние мгновения жизни человечество в порыве благодарности выкрикнет мое имя, а твое забудется навсегда. Ты знаешь, что я прав. Потому что я их последнее высшее божество. Я не буду стремиться к вечному правлению, как человеческий бог. Мне нужно всего несколько месяцев. Нет смысла играть в бога, если все остальные мертвы… Свобода, которую продаю я, отличается от подделки, которой торгуешь ты. Я – безусловный бог конца света. А ты всего лишь торговец смертью.

– Люди – уроды! Настоящие уроды! – как одержимый выпалил некрасивый банковский клерк. – Зачем оставлять такое уродство? Все эти ужасные динозавры с птеродактилями вымерли, а людишки процветают, выставляя напоказ свое уродство. Когда люди исчезнут с лица Земли, вся поверхность планеты покроется цветами, и она превратится в душистый шар!

– Что еще за термиты? Какая наглость! – Пока Хагуро говорил, коренастый толстый парикмахер не сводил с Дзюитиро злого взгляда и наконец нашел возможность вставить слово. – Чужое семейное счастье покоя не дает? Выдумываешь всякий вздор, про какие-то дырки в теле у людей. Я слушал и еле сдерживался. Все, что ты говорил про любовь и семейную жизнь, про опоздания, цветочки, птичек, которых всю жизнь держат в клетках, про этот их смех перед смертью, – сплошная ложь. Моя жена – человек, и она никогда не опаздывает на встречи. И, что бы ты ни говорил про маленьких птичек, моя женщина с радостью заходит в свою клетку. Потому что я инопланетянин и воспитал ее в строгости. Именно моя готовность проявить жесткость обеспечила семейное счастье. Теперь, когда мир рушится, я даже думаю забрать семью на свою родную планету. А твоя семейка холодная как лед – все семьи богачей и знаменитостей таковы. Все, на что ты оказался способен, – это обрюхатить земную бабу, которая родила дочку-красавицу. Так что вы теперь типичные папочка и мамочка. А дочка строила глазки, когда принесла чай.

– Что?! А ну повтори!

Дзюитиро в ярости вскочил, сжимая кулаки, но банковский клерк огромными лапищами слегка толкнул его в плечо, и Дзюитиро бессильно опустился обратно в кресло. Трое гостей переглянулись и рассмеялись, булькая, словно кастрюли на плите.

– Ха-ха-ха! Посмотрите на него! Хилый инопланетянин решил сразиться за честь землян, и вот чем все кончилось! – натужно сыронизировал доцент. Но ему никогда не удавалось рассмешить студентов на лекциях, и два его приятеля тоже не засмеялись. Он понял, что лучше перевести разговор в другое русло, и добавил: – У нас нет времени выслушивать твои призывы к спасению людей. Весь этот спор о том, уничтожить человечество или спасти, – пустая трата времени.

Дзюитиро все еще тяжело дышал, хотя спокойствие постепенно возвращалось к нему.

– Что бы ты ни думал, время, которое течет между мной и тобой прямо сейчас, – человеческое. С этим не поспоришь. Независимо от того, говорим мы об уничтожении или спасении, будущее находится по ту сторону железной стены, а здесь у нас первозданное чистое время. Человеческое время эластично, податливо, его легко согнуть в ладони, оно неторопливо в решениях и при этом наступает внезапно, естественно. Человек перетекает из одного момента в другой, как волна, которая разбивается о берег. Даже если можно уничтожить человека в будущем, как уничтожить его в настоящем, прямо сейчас? Вы можете физически уничтожить всех людей на Земле, но время человечества до уничтожения будет длиться вечно. Даже мы ощутили это, пока пребывали на Земле.

– Опять прикрываешься людьми. Каждый раз, когда все складывается не в твою пользу, ты прячешься за их спины, начинаешь юлить, как ящерица. Противно слушать. А что же так называемое «опьянение», которое ты пытаешься передать людям? Ведь именно это приводит к остановке человеческого времени и отрицанию настоящего?

– Ты правда думаешь, что настоящее, в котором живут люди, такое ничтожное? Я прибыл на Землю предостеречь людей. Сказать им, чтобы не отвергали настоящее, не пренебрегали человеческим временем и никогда не забывали об этом бесценном сокровище, не зацикливались на прошлом и настоящем, не соблазнялись другими, нечеловеческими формами времени. Но я также обнаружил в настоящем человеческом времени богатый, неиссякаемый источник. Человечество пока не познало опьянения, которое я должен ему передать. Но я убедился, что ростки этого опьянения скрыты только в нынешнем человеческом времени, и ни в каком другом.

– Все это жалкие, высокопарные, абстрактные, пустые слова. Чем ты отличаешься от хилых земных интеллектуалов, которые сидят в своих кабинетах, пойманные в ловушку бесплодных фантазий? Некоторые пишут огромные бессвязные статьи, основанные на ложных гипотезах, проповедуют в них ошибочные идеалы, делают тревожные намеки. В какой-то момент такие люди объявляют себя гениями и тешатся иллюзиями, что их сочинения каким-то образом решают все проблемы в мире. Они вступают в разные комитеты и зарабатывают деньги, обманывая людей. Чем ты отличаешься от них? В разрушении хотя бы есть логика фактов, а спасение – в лучшем случае логика мечтаний. Даже ты в глубине души признаешь железное правило человеческого мира: мечты противоречат реальности.

– А здравомыслие противоречит безумию. Но этот пессимизм и доводы, что мечты противоречат фактам, а здравомыслие безумию, происходят не от универсальной логики Вселенной. Это всего лишь продукт логики, основанной на случайных фактах и созданной для удовлетворения твоих интересов.

Курита уставился на Дзюитиро, сжимая кулаки. Его глаза сверкали от гнева перед лицом такого неистребимого оптимизма.

– Ну почему этот тип не признает ценность уничтожения человечества? Как он поднимается из глубин отчаяния и встает, словно кукла-неваляшка?

Дзюитиро вырвал Куриту из приятных раздумий об истреблении человечества и вновь поверг в ярость и растерянность. Курита угрожающе щелкнул толстыми пальцами и заявил:

– Ты думаешь, как бы спасти людей, ничего в них не меняя. А почему бы тебе не очистить человечество от отбросов? Но ты не хочешь ничего делать, и значит, если люди чудом сумеют достигнуть мира и единства, через какое-то время все вернется на круги своя… Ты против индустриализации зла? Против прогресса? Против массового убийства с помощью ядерного оружия? Так что тебе мешает пойти дальше и включить в программу мирного единства дополнительный пункт? О возрождении могучего древнего зла и высвобождении тяги людей к массовым убийствам. Одно только желание убивать уже очистит человечество. Лишь кровь может смыть исходящее от людей зловоние… Пускай люди прекратят массовые убийства. Можно превратить смерть в сложный красочный ритуал схватки один на один, с торжественным вниманием и уважением к сопернику. Люди убивали бы друг друга, содрогаясь от удовольствия, наблюдая, как противник страдает и истекает кровью.

– Точно! Обработанная антисептиком бритва – самый гигиеничный выбор. – В знак благодарности за