Космос.Today IV - Евгений Адгурович Капба

— Даже не думай идти на эти бабские тренажеры, друг! Даже не думай! — он сунул мне в руки перчатки. — Пошли драться, а?

— Да бли-и-ин! — даже немного расстроился я. — Слушай, я не планировал так-то…

— Да не тушуйся, чего ты? Тут же публики нет, мы так — легонько, поотрабатываем, я тебе пару классных штук покажу, тебе понравится… — стал уговаривать меня Ратибор. — Тем более — ты вон какой здоровый стал. Дополнительную модификацию прошел? Так надо хорошо нагрузиться! Это все доктора говорят!

Я глянул на часы.

— Давай, я разомнусь хотя бы минут пять, и — ладно, поспаррингуем. Но без жести, у меня на день большие планы, я не могу в медпункт после тренировки сразу бежать… — я уже поймал азарт.

— Да, да, да! Ура! Сорока согласился! Согласился он! Ай-на-на-на-на! — стал пританцовывать Ратибор. — Я не буду месить мешок, мы щас подеремся! Подеремся мы!

И двинул в сторону ринга.

И я пошел за ним, рассматривая перчатки. Не классические, боксерские, а рукопашные, предназначенные не только для ударов, но и для захватов. Это не предвещало ничего хорошего, но внутри меня уже разгорался тот самый будоражащий трепет, который бывает перед боем с заведомо сильнейшим противником. Скорее всего, я огребу, но огребу интересно, с душой и огоньком, а это дорогого стоит! Люди вообще-то за это деньги большие платят, а мне по морде бесплатно настучат, какая удача.

Нагрузить организм? Что ж — нагрузим! А становая тяга и жим лежа — они подождут. Не каждый день в зале на 292 палубе можно встретить одного из самых крутейших бойцов легиона!

Глава 20

Случается нормальное свидание

Пудовый кулак пронесся у меня над головой, я даже дуновение воздуха почувствовал — но нырок сделать успел и — бам, бам! — наметил хорошую такую двойку в корпус Ратибора. И тут же кувырком ушел в сторону от летящего мне навстречу колена и вскочил.

— А? Нормально, а⁈ А-ха-ха-ха, нормально же получилось? — меня просто распирало от эмоций, я аж подпрыгивал — в буквальном смысле скакал по рингу, чуть ли не касаясь макушкой потолка.

Я достал Ратибора, да еще как достал! Любо-дорого просто!

— Хо-хо! Крас-с-савчик! — варяг постучал одним затянутым в перчатку кулаком о другой и оскалился. Очевидно, он получал удовольствия не меньше, чем я. — Скажи своему медицинскому специалисту, что схема модификаций — рабочая, да и сам ты, я смотрю, заматерел! Зажиматься перестал, четко работаешь, несмотря на кураж! Ай, молодец, точно бы мне печень уработал, если бы всерьез приложился.

— Если б ты всерьез приложился, у меня голова бы сломалась! Трижды! И один раз — вылетела бы коленная чашечка, — констатировал я. — Но знаешь… Хочется повторить! Ты классно показываешь, доходчиво. Конечно, кулаками ОБЧР не одолеть, да и вандруну — тоже, но как-то оно в целом — полезно.

— А ты — обучаемый, c тобой заниматься приятно, — Ратибор показал большой палец. — Рукопашка, конечно, против того же кровожада мало чего стоит, тут ты прав. Но координация, дистанция, умение держать удар… Да и кто сказал, что других врагов у Русского Легиона не прибавится? Умение качественно настучать по зубам никогда лишним не будет. Давай договоримся списываться. Часто тренировки проводить не получится, война идет, но когда совпадать на «Ломоносове» будем — почему нет? И по пути в Солнечную — там пару недель или месяц полета выйдет, можно всерьез позаниматься.

— Я на офицерские курсы записался, по времени определиться будет тяжеловато, но в целом — за… Та-а-ак! — спохватился я, осознав, что, похоже, прошляпил свое счастье — в буквальном смысле слова.

На другом конце зала перед зеркалом разминалась Маша Ларсен. И посматривала на меня в отражении. А когда увидела, что я ее заметил — улыбнулась, помахала рукой и продолжила растяжку — выпады, шпагат, какие-то еще хитрые упражнения. Просто загляденье, если честно.

— Твоя подруга? — вдруг смутился Ратибор. — Я тебя задерживаю?

— Очень надеюсь, что моя… Веришь — нет, до всего этого были знакомы с ней много лет, и все — никак. А тут, кажется, что-то получается… — почему-то мне с ним захотелось поделиться чем-то таким, личным.

— Это ж Стрела, да? Красивая, приятная, воспитанная девчонка, завидую белой завистью, — варяг вздохнул. — А я один, как сыч в норе.

— В столовке на двести семнадцатой палубе — интересная повариха, — сказал я. — Кажется — одинокая. Зайди при параде, предложи время провести…

— Да-а-а? — оживился он. И тут же уточнил: — А что сейчас там пожрать дают?

— Плов… И кашу вроде овсяную, сладкую, — я смотрел, как Ларсен разминается и отчетливо понимал, что теряю нить разговора.

— Все, Сорока, давай, вперед! Не буду тебя отвлекать. Между рейдами — пиши. Хотя у вас, эвакуаторов, работы на Гепатитах сейчас полно… — он засек мой потерянный взгляд и закруглил разговор.

Мы пожали друг другу руки, я отдал Ратибору перчатки, и почти синхронно мы перепрыгнули канаты.

Он — высоким прыжком, я — сальтухой. И да, я понтовался. Маша же в зале! Могу я повыпендриваться или нет? В таких делах главное — башкой ни обо что не садануться от осознания собственной крутости. Потому приземлился я аккуратно, подхватил с краешка ринга полотенце и бутылку с водичкой, открутил крышку, напился и пошел к девушке своей мечты.

Какая же офигенная у нее фигура… И дело не в модификациях, вряд ли она меняла что-то существенное. Я и до космоса от нее балдел. Именно тот типаж, который мне нравится — сильные стройные ноги, талия, крутые изгибы бедер, точеная шея. А под спортивным топом — небольшая, аккуратная, упругая… хм! Ларсен однозначно видела, как я на нее смотрю, потому что смотрела прямо на меня через зеркало! И, кажется, была не против. Могу ошибаться, но и растяжку, кажется, в таком интенсивном формате она затеяла именно поэтому.

Распрямившись, Маша вынула из ушей наушники и сказала:

— Разомнусь — и километров пять хочу на дорожке пробежать. А потом — в бассейн! Бегать будешь, или тебе кардио достаточно на сегодня? — она смотрела на меня иронично.

— Мне кажется, ты на меня сердишься… —