Боевой некромант - фермер. Том 3 - Григорий Володин

полноты ситуации, — строго предупредил я. — Скажите, что ищете редкий ментальный артефакт, украденный из вашей сокровищницы. Не более того. Чем меньше людей в столице знает об истинном состоянии Изабеллы, тем лучше и для неё, и для нас.

— Согласен, — поддержал меня Гонз, сворачивая карту. — Меньше языков — крепче тайна. На предварительную, глубокую проверку всех точек уйдёт день. Возможно, два, если охрана герцога окажется параноидальной.

— Отлично.

Брисман перевел тяжелый взгляд на меня.

— Где вы намерены остановиться на эти дни, господин дворянин?

— Найду подходящую гостиницу в центре, — пожал я плечами. — Желательно с хорошей кухней.

Граф критически окинул взглядом мой далеко не парадный дорожный костюм. За время долгой поездки из Серой зоны и последующей беготни по столице он успел изрядно запылиться, подол плаща был в грязи, а на рукаве куртки осталось небольшое, но заметное сизое пятно от раздавленной в «Амброзии» злополучной голубики.

— Вы, судя по вашему виду, даже не успели снять комнату по прибытии.

— Не успел, — признал я очевидное. — Сразу с корабля на бал, как говорится.

— Тогда оставайтесь у нас, — тоном, не терпящим возражений, постановил граф.

— Вы уверены?

— Абсолютно, — Брисман слегка кивнул. — Вы прямо сейчас помогаете спасти жизнь моей дочери. Было бы верхом неприличия и неблагодарности отправлять вас ночевать в клоповник или безликую гостиницу, пока добрая половина гостевых комнат в моем доме пустует без дела.

Я задумался лишь для приличия, выдерживая паузу секунд в пять.

Чистая, широкая постель, неограниченная горячая вода и нормальный, сытный ужин аристократического уровня звучали куда привлекательнее, чем утомительные поиски свободного, не кишащего шпионами номера в переполненной столице.

— Что ж, почему бы и не да, — легко согласился я.

— Я немедленно распоряжусь подготовить вам лучшие покои, — сказал граф, поднимаясь. — И прикажу согреть ванну.

Вот за обещание горячей ванны я был готов простить ему даже недавнее, откровенно глупое желание немедленно, с шашкой наголо объявить войну могущественному герцогу.

Пока деятельный Гонз распределял своих людей по точкам и отправлял быстрых посыльных за проверенными телепатами, мне оставалось только ждать. Однако сидеть запертым в особняке Брисманов весь долгий день я совершенно не собирался. Поэтому я с наслаждением отмылся в огромной мраморной бадье, переоделся в чистую, удобную одежду, одолженную по приказу графа из богатого гардероба одного из его молодых родственников, и отправился осматривать столицу.

Для начала я логично заглянул на центральный рынок.

Столичные торговые ряды разительно, до неприличия отличались от привычного мне грязного, шумного Сонмища. Там суровые продавцы занимали сколоченные из горбыля деревянные прилавки под рваными брезентовыми навесами, а здесь целые, вымощенные ровным камнем улицы были отданы под элитную торговлю. Вокруг высились капитальные каменные лавки, сверкали чистотой огромные застеклённые витрины и тянулись длинные крытые павильоны. Дородные купцы в шелках кричали, расхваливая товар, юркие зазывалы размахивали яркими лентами, а потные носильщики виртуозно лавировали между нарядными покупателями с тяжелыми ящиками на плечах.

Воздух здесь был густым, тяжелым. Пахло дорогими заморскими специями, жареным на вертелах мясом, свежей речной рыбой, сладкими перезрелыми фруктами и… конским навозом.

Последнее, конечно, немного портило общее пафосное впечатление, но столица всё же, при всём её лоске, оставалась типичным средневековым городом. Даже если в ней имелись яркие магические фонари на столбах, работающий водопровод и сильные телепаты на службе у знати, лошади продолжали гадить прямо под ноги прохожим с завидным, неодолимым постоянством.

Я неспешно шел сквозь толпу, сканируя пространство, и вскоре остановился возле богато украшенной лавки с заморскими, экзотическими товарами.

На прилавке, на красивых бархатных подушечках, стояли небольшие, изящные глиняные горшочки, доверху наполненные ровными коричневатыми кристаллами.

— Что это? — с искренним любопытством спросил я.

Торговец, заметив мою качественную одежду (спасибо гардеробу Брисманов), немедленно расплылся в подобострастной, широкой улыбке.

— Тростниковый сахар, благородный господин! Самый лучший, отборный сахар с далеких южных островов. Сладкий как грех, чистый как слеза девственницы! Идеально подходит для дорогой выпечки, крепкого вина и лучших лекарских снадобий!

— Сколько стоит? — деловито осведомился я.

Он с поклоном назвал цену.

Я даже поперхнулся и переспросил:

— За этот крошечный горшочек? Серьезно?

— Доставка, высокие таможенные пошлины, наем серьезной охраны для караванов, господин, — сокрушенно развёл пухлыми руками продавец, ничуть не смутившись. — Тростник ведь растёт очень далеко на юге. Его долгими месяцами везут опасным морем, затем сплавляют по реке, а уже оттуда под усиленной охраной — караванами прямо к нам в столицу.

Я взял щепотку сахара и задумчиво попробовал.

Обычный, ничем не примечательный тростниковый сахар.

Точно не золотой и не пропитанный магией молодости. Хотя по названной цене выходило именно так.

Я посмотрел на коричневатые кристаллы куда задумчивее.

Тростник любит стабильное тепло и очень много воды. В моей Серой зоне климат, конечно, прохладнее южных островов, но магический источник земли, если покопаться, можно перенастроить. Если создать с помощью Госта отдельный, изолированный тёплый участок, проложить правильные оросительные каналы и подобрать достаточно устойчивый к перепадам температур сорт…

Почему бы не попробовать выращивать сахарный тростник у себя на ферме?

Или, если уж совсем прагматично, обычную свёклу. Из неё тоже можно получать отличный сахар, это я помнил. Понадобится только построить нормальную, хотя бы простейшую мануфактуру для переработки.

Мой внутренний интерфейс Системы наверняка щедро засчитает мне существенное расширение продовольственной базы.

Я уже живо представлял, как послушные Первый и Второй без устали крутят тяжелый пресс, Пятачок радостно таскает брёвна для растопки варочных печей, а уперевшая руки в бока Кира долго и нудно объясняет мне, почему категорически нельзя засаживать половину нашей фермы неизвестной южной культурой без предварительной, долгой проверки состава почвы.

От этих хозяйственных размышлений меня отвлёк проезжающий мимо по мостовой тяжелый, крытый воз с мешками зерна.

Я бросил на него случайный взгляд и замер. На деревянном борту телеги был четко выжжен родовой герб — тот самый герб, который я успел запомнить из описаний. Герб управляющего герцога Милоша.

Я проводил неспешно катящуюся повозку долгим, цепким взглядом.

Неприметная ферма к северо-востоку от города.

Сорок крепких работников вместо заявленных в документах двенадцати. Закрытые, хорошо охраняемые повозки. Люди, которых тайно привозят глухой ночью и почему-то почти не выпускают обратно в город.

Гонз собирался осторожно наблюдать за ней день или два, собирая информацию по крупицам.

Это был правильный, классический подход.

Предельно осторожный.

Абсолютно разумный.

Но кто сказал, что я, боевой некромант с опытом управления армиями, обязан всё это драгоценное время сидеть сложа руки и ждать отчетов?

Я криво улыбнулся и бросил торговцу серебряную монету, купив маленький горшочек неоправданно дорогого сахара.

— К северо-восточному тракту как быстрее пройти? — спросил я, пряча покупку.