Боевой некромант - фермер. Том 3 - Григорий Володин

Граф до хруста стиснул кулаки.

— Тогда надо действовать жестче! Обыскать его дома, склады, все загородные владения сверху донизу. Перехватить его слуг и вытрясти из них всё, что они знают, вплоть до цвета исподнего их хозяина!

Гонз лишь криво скривился и ругнулся тихо, себе под нос, прекрасно зная, чем заканчиваются такие необдуманные приказы.

Брисман, у которого слух был отменным, резко остановился на полпути.

— Что?

— Ничего, господин граф.

— Я прекрасно слышал, Гонз.

— Тогда зачем спрашиваете? — парировал начальник гвардии, не опуская глаз.

Брисман тяжело, со свистом выдохнул, пытаясь успокоиться. Гонз всегда отличался отвратительным, неуживчивым характером. Впрочем, граф давно привык к его прямолинейной резкости. Холерик, бывший пират — что с него взять? Зато Гонз был отличным, опытным начальником гвардии, был беззаветно предан семье Брисманов и никогда не говорил приятных, лживых слов только ради того, чтобы угодить хозяину. В столице, полной льстецов, это стоило многого.

— Мы должны строго соблюдать план господина дворянина Горда, — продолжил гвардеец, видя, что хозяин немного остыл. — Он совершенно правильно сказал: пока нельзя действовать открыто. Если Милош поймёт, что мы всё знаем о его причастности, он надежно спрячет артефакт или вообще уничтожит его.

— Там часть души моей дочери! — с болью воскликнул граф.

— Именно поэтому мы не имеем права торопиться и совершать ошибки. На кону слишком многое.

Дверь кабинета внезапно распахнулась, и на пороге, нарушая субординацию, появился один из дежурных гвардейцев.

— Господин граф! — выпалил он, запыхавшись. — Прибыл герцог Милош.

Брисман мгновенно поднял голову, его глаза недобро блеснули.

— Милош здесь? В моем доме⁈

— Да, мой господин. Ожидает внизу.

— Прекрасно, — хищно оскалился граф. — Проводите его в малую гостиную.

Граф с яростными, почти безумными глазами шагнул к дубовой двери, но верный Гонз немедленно преградил ему дорогу своей широкой грудью.

— Что вы собрались сделать, милорд?

— Схвачу этого мерзавца, — ледяным голосом ответил Брисман, нащупывая кинжал. — А затем предложу ему честную сделку: обменяю его никчемную жизнь на артефакт с душой моей девочки.

— Нет, господин граф.

Граф медленно, не веря своим ушам, повернул голову к гвардейцу.

— Ты сейчас сказал мне «нет»?

— Сказал, — невозмутимо подтвердил Гонз, даже не шелохнувшись. — Герцог Милош — Грандмастер огня. Убить его в этих стенах мы, завалив трупами, с большими потерями, конечно, сумеем. Но захватить живым, чтобы он еще мог говорить и торговаться — нет. Это невозможно.

— Значит, навалимся все вместе! Внезапно!

— И половина ваших людей, включая вас, сгорит заживо прежде, чем успеет войти в гостиную, — жестко отрезал Гонз. — А если мы убьём Милоша, то уже никогда не сможем обменять его жизнь на артефакт с душой вашей дочери. Тайна умрет вместе с ним.

Брисман замолчал, кусая губы.

Слова Гонза были до тошноты разумными, и от этого отцу становилось только хуже. Бессилие давило на плечи бетонной плитой.

— Горд, конечно, молодец, — с откровенной досадой произнёс граф, отходя от двери. — Надавал нам умных советов и исчез. Где он сам?

Гонз посмотрел на него с каменным выражением лица.

— Он не сказал.

— Проклятье!

Брисман устало провёл широкой ладонью по лицу, стирая капли пота, затем заставил себя глубоко, размеренно вдохнуть.

— Хорошо. Ты прав. Я сыграю перед Милошем полного незнайку.

— Именно это от вас сейчас и требуется, господин.

— Но если он хоть одним неосторожным словом выдаст себя…

— Вы продолжите мило улыбаться, — жёстко, как командир новобранцу, сказал Гонз. — Ради спасения дочери.

Граф смерил его долгим, тяжёлым взглядом, но спорить не стал. Поправив воротник камзола, он вышел из кабинета.

Через несколько минут Брисман уверенным шагом вошёл в малую гостиную.

Поджарый как кот герцог Милош уже ожидал его там, вольготно расположившись в кресле с таким расслабленным видом, словно находился в собственном доме. При виде хозяина он медленно поднялся и шагнул навстречу.

— Дорогой граф! — с показной, приторной теплотой произнёс он, разводя руки. — Мне только что стало известно о чудовищном несчастье, постигшем вашу красавицу дочь. Примите мои самые искренние соболезнования в связи с этой трагедией.

— Она ещё жива, — сухо, едва сдерживая гнев, напомнил Брисман.

— Разумеется, разумеется. Я совсем не это имел в виду.

Милош картинно изобразил легкое смущение, но лишь на короткое мгновение. Затем его благообразное лицо снова озарила доброжелательная, заботливая улыбка.

— Я готов немедленно предоставить в ваше полное распоряжение лучших своих личных лекарей. Поверьте, среди них есть настоящие, признанные мастера своего дела. Возможно, они сумеют сделать то, что оказалось не под силу вашим людям и столичным светилам.

Брисман молча, не мигая, смотрел на него.

Теперь граф абсолютно ясно понимал весь дьявольский замысел старого герцога.

Милош намеренно, чужими руками ранил Изабеллу. Подло украл часть её души, довёл здоровую, цветущую девушку до состояния полусмерти, а теперь собирался явиться в образе благородного, бескорыстного спасителя. Его лекари «чудесным образом», по указке хозяина, исцелят графскую дочь (просто вернув артефакт), после чего обезумевший от радости и благодарный отец окажется перед герцогом в неоплатном, вечном долгу.

А затем Милош ласково потребует свою награду.

Белую руку Изабеллы.

Её молодое сердце.

И половину богатых владений Брисманов в придачу за свои старания.

Графу до боли в костяшках хотелось схватить стоявшую на соседнем столе тяжёлую хрустальную вазу и с наслаждением разбить её о самодовольную, лживую физиономию знатного гостя.

Но вместо этого Брисман, вспомнив наставления Горда и Гонза, заставил себя вежливо улыбнуться.

— Благодарю за ваше щедрое предложение, герцог. Но давайте подождём ещё день или два. Наши лекари ничем не хуже столичных, и я уверен, они сумеют ей помочь своими силами.

— Разумеется, как скажете, — на удивление легко согласился Милош, слегка поклонившись. — Я никуда не тороплюсь.

«Конечно, не торопится», — с ненавистью подумал Брисман.

Старик был абсолютно уверен, что без его вмешательства Изабеллу не спасти.

— Тогда, с вашего позволения, договоримся на послезавтра, — предложил Брисман, играя свою роль до конца. — Если состояние моей дочери не улучшится, я с благодарностью приму вашу помощь.

— Буду искренне счастлив оказаться полезным вашему роду.

Графу с огромным трудом удалось удержать на лице маску спокойного, уставшего отца.

В этот самый момент за массивными дверями гостиной послышался громкий шум. Кто-то яростно ругался с личной охраной графа, затем створки резко распахнулись, и в помещение ворвался запыхавшийся, бледный гвардеец в цветах Милоша.

— Господин герцог! Беда!

Он сделал несколько быстрых шагов к своему сюзерену, но внезапно заметил Брисмана и испуганно осёкся, проглотив окончание фразы.

— Что случилось? — недовольно, холодно спросил Милош.

Гвардеец бросил крайне настороженный, бегающий взгляд на присутствующего графа.

— Одна из наших удаленных точек