Иной - Алексей Александрович Стопичев

Трое оставшихся ядом плюнуть успели. Но лишь один раз. И я и Баблер спокойно приняли яд на щиты и быстро зарубили восьмилапых тварей. И тут же отошли назад, а из тумана стали выныривать белесые спумаи. Много. Безумно много. И хотя противниками они были слабыми для нас, но численность их зашкаливала. Я сбился со счёта уже на втором десятке, а спумаи всё валили и валили из белесого, клубящегося тумана, такие же белесые и мерзкие, будто порождение слизи. Слева от меня сражался стеклянный волк, легко уворачиваясь от ятаганов тварей и разрывая их зубами. А справа от Баблера неистовствовал келпи. Именно неистовствовал, то скрываясь в трясине, то выныривая из неё мириадами брызг и формируясь в невообразимое чудовище. А сзади методично стреляли охотники.

В какой-то момент спумаи закончились, и я, вытирая Каладболг, заметил флегматично:

— Первая башня самой трудной оказалась. Выдыхается Прядь.

— Ничего странного, — Сарисса внимательно меня осматривала на предмет незапланированных отверстий от вражеских клыков и железок и одновременно говорила: — С каждой башней связь Пряди и этого мира слабеет. И возможностей теперь у тварей вдали от Разлома поменьше.

— Кстати! — вскинулся Баблер, — А действительно! Помнишь, мы удивлялись, как токсикумы и другие монстры аж на границе с халифатами оказались? А там же башня была недалеко! Третья или четвёртая по счёту из уничтоженных!

Баблер задумался и подпрыгнул:

— Если это действительно последняя башня, надо её побыстрее грохнуть! Смотришь — и Прядь исчезнет!

Я с сожалением глянул на приятеля и улыбнулся:

— Сомневаюсь, что всё так просто. Но, уверен, что после этого сражаться с тварями станет полегче.

Боэн бочком подошёл и проговорил тихонько:

— А Башню как уничтожать будем? У нас с собой ни кирок, ни ломов нету!

Мы с Баблером переглянулись и синхронно кивнули. Баблер, немного рисуясь, прикрикнул охотникам:

— А ну, р-р-р-разойдись!

И только жители Ореглада сыпанули в сторону, освободив пространство между нами и башней, мы тут же с Лингом ударили по последней опоре Пряди в нашем мире. Башня пошла трещинами, накренилась и рухнула, подняв облако пыли. Гном крякнул, глядя на это и спросил серьёзно:

— А сразу так нельзя было? До сражения с тварями? Смотришь, и белесые эти не полезли бы атаковать…

Мы с Баблером переглянулись, и друг мой покраснел, а я расхохотался и сказал гному:

— Кто же ищет лёгкие пути, если есть более трудные дороги?

— Разумные, — развёл руками магистр, и Сарисса ему ответила: — Эти разумные — неразумные! Навроде детей. И если стоит стена, а обойти её два шага — они всё равно будут стену проламывать.

Баблер покраснел ещё сильнее, а я скомандовал:

— Возвращаемся! Во-первых, нас ждёт Рекс. Во-вторых, нас ждёт Прядь!

— На второе свидание, как-то, не очень хочется, — признался Баблер, но я одобрительно похлопал его по плечу:

— Сам говорил, что если бы мы не хотели — никогда бы туда не сунулись!

— Мало ли, что я говорил, — буркнул Баблер, рассматривая сломавшийся мокроступ. А потом ловко связал его и кинулся к погибшим спумаям и оглядывающим их охотникам, со словами:

— Что пялитесь? Надо обыскивать и забирать ценное! Про трофеи не слыхали никогда? Ух, молодость бестолковая! Сейчас дядя Баблер научит вас, как надо брать максимум от врага и от жизни!

Я тут же повернулся к гному и распорядился хмуро:

— Приказывай разбивать лагерь!

— Почему? — всполошился магистр, — Мы же обратно собирались!

— Баблер трофеи решил собирать, — ответил я Боэну: — А это значит, что пока он не обыщет всех и вся — с места мы его не стронем!

— А что у голодранцев этих искать? — удивился гном. На беду, его услыхал Баблер и аж подскочил:

— Да ты что, с ума сошёл? — друг мой подскочил к гному и принялся размахивать руками: — У десятников и сотников спумаев в рукоятях драгоценные камушки! Это раз! второе — само оружие из неплохого железа! Сам бы я не утащил, но нас аж двадцать пять разумных!

— На меня и Сариссу не рассчитывай, — холодно ответил я, — Мы не потащим ничего!

— Охотники потащат! А добычу по-братски! — тут же оскалился Баблер. Гном посмотрел на него опасливо и спросил:

— Может, поровну всё же?

Баблер дико глянул на магистра и рукой махнул…

Глава 13

Искусство трофеев

Пока Боэн и двое его подручных разбивали лагерь, а мы с Сариссой сидели на брёвнышке и вдохновляли магистра на плодотворную работу, Баблер собрал вокруг себя охотников и принялся объяснять правила мародёр… тьфу ты, сбора трофеев. Он повернулся к здоровенному, но совсем юному охотнику с пушком над верхней губой и спросил грозно, но покровительственно:

— Как звать?

— Меня-то? — моргнул могучий юнец.

— Нет, деда твоего, — картинно вздохнул Баблер.

— Деда звать Миртал, — радостно ответил охотник, — Его весь наш Ореглад знает-то. Самый меткий стрелок был, пока ему медведь руку не повредил.

— Д-да-а-а-а, — растеряно отозвался Баблер и не менее растерянно оглянулся на Тыша.

— Это Бронкс, — охотно пояснил помощник магистра, беззаботно улыбаясь, — Он парень так-то хороший, хоть и не шибко умный.

— Зато в другом силён, — вызывая хохот остальных охотников брякнул ещё один орегладовец, крепыш, будто вырубленный целиком из куска скалы — смуглый, резкий, бугристый.

— Это в каком же? — заинтересовался Баблер.

— Так ему только-только восемнадцать исполнилось, а у него уже четверо детей! — охотно пояснил крепыш, под веселье трофейной команды.

Бронкс покраснел и озирался немного потерянно, явно не понимая, почему остальные охотники ржут. Впрочем, смеялись над ним не обидно, как над своим. С какой-то даже лёгкой гордостью, мол, знай наших! А Баблер с уважением посмотрел на юнца и сделал эдакий жест рукой, будто муху отмахивал:

— Вот что, Бронкс, внук Миртала! Ты запомни главную заповедь трофейной команды! — Баблер понизил голос, и все охотники невольно вытянули шеи, чтобы расслышать шёпот моего приятеля. А тот, сделав паузу, рявкнул со всей дури: — Ищи даже в заднице!

Бронкс от неожиданности подпрыгнул, а остальные охотники отшатнулись, а после грянули хохотом. А Баблер, сурово посмотрев на них, заговорил:

— Ну, чего ржёте, как кони на случке? — принял позу лектора, выставив вперёд левую ногу и картинно откинув назад правую руку, заговорил: