Дом с секретом и дверь в мечту. Часть 2 - Ольга Станиславовна Назарова

– А где Мураш? – Таню удивило, что норушонка как-то не видно – обычно он крутился около старшего брата.

– Он вырастил редкую и полезную травку и пошёл к Уртяну – показать, – объяснил Тишинор, вопросительно покосившись на лиса.

– Был он у меня, как же… – согласился Тян. – Принёс только что срезанную эхинацею – умник редкий, её очень трудно зимой вырастить! Только вот странно, что его тут нет, он же шёл вместе с нами.

– Шейшаш придёт! – как-то слишком довольно пообещала Муринка, и Таня насторожилась – у неё возникло яркое ощущение того, что это «шейшаш» не просто так.

– Муриночка, а что он делает? – максимально мягко уточнила она.

– Шекрет! – довольно сообщила Муринка. – Не могу шказать!

– Да подарок они делают, – выдала малышню Тишуна, – Какой – не скажу, а то они обидятся.

– Ааа, ну, подарок – это хорошо! – опрометчиво обрадовалась Таня, в очередной раз порадовавшись тому, что она сама подарки уже всем приготовила.

– Раз хорошо, то ты нам муку дашь? – Муринка предпочитала ковать железо, пока горячо.

Таня удивилась – норуши могли брать любые продукты, какие только хотели, и этот вопрос как-то выбивался из ожидаемого…

Она переглянулась с Шушаной, которая явно улыбалась в усы.

– Конечно, бери, сколько тебе надо!

– А мне много надо! Целый мешок! – развела лапочками Муринка, описывая нечто размером с крупное яблоко.

– Мешок? – нахмурился Тишинор, – Мешок муки? Ты же знаешь, что плохо относиться к продуктам нельзя!

– Я хорошо к ним отношушь! – заверила собравшихся Муринка. – И это такой… маленький мешошек!

В конце концов удалось выяснить, что нужно примерно с полкило муки, а зачем – «шекрет»!

Таня, понадеявшись, что не обнаружит это «шекрет» у себя в кровати в виде сюрприза, выставила под диван требуемое количество муки, упакованное в пакет, и продолжила накрывать на стол.

Мураш появился через пять минут, выглядел очень гордым и взволнованным, вместе с младшей сестрой вцепился лапами в пакет и поволок его в междустенье.

– Не волнуйся, это они пирог решили сделать, – шепнула Тане на ухо Шушана, – Так что секретничают, шушукаются и занорушиваются в дальних переходах.

Таня облегчённо выдохнула – до слов Шушаны её не оставляло подозрение, что мука потребовалась для того, чтобы изобразить для неё и остальных падающий с потолка снег.

– Тогда ладно! Пирог – это хорошо! – Таня припоминала свои первые пироги – скособоченные кусочки теста, улепленные настырными детскими руками до серого состояния, но гордо выложенные вместе с мамиными на сковороду!

Тридцать первого день выдался, как и ожидалось, хлопотный – ну, а как же иначе!

Правда, Татьяна мало того, что всё успела, так ещё и ехала от мамы на работу в удивительно хорошем настроении:

– Наверное, такое только в раннем детстве и было, – невольно подумала она, выходя из метро.

Мама суматошно собиралась на дачу, Вика, бабушка и дед помогали переносить уже собранные сто тридцать три сумки, но, когда пришла Таня, они… они ей обрадовались! Нет, правда, обрадовались!

– Танечка! Ну, наконец-то! А мы уж думали, что ты про нас забыла! Может, всё-таки поедешь с нами? Хоть вечером приезжай! – бабушка не была бы собой, если бы не попробовала устроить всё по-своему.

Только вот Таню это уже никак не раздражало и не сердило – она поцеловала бабулю в щеку, вслух обратив внимание на то, что выглядит она просто замечательно, а потом, сходу продолжив её обезоруживать, повторила:

– Ты вспомни, когда ты очередной проект делала… я маленькая была, но не забыла – никакой новый год не мог этому помешать.

– Так это проекты… сама понимаешь, я ж не могла людей подвести!

– Так и я не могу – сама понимаешь, если кому-то срочно нужен врач, а он под ёлкой салаты потребляет, это точно можно назвать «подвести», верно? – в тон парировала Таня, которая, кажется, научилась управляться со своим непростым семейством.

– Ой, ну, ладно, ладно… убедила! – хмыкнула бабуля, а потом неожиданно сказала: – Знаешь, а ты стала сильная, взрослая и красивая!

Из очередного рейда к машине примчалась Вика, сходу повесившись на шее ошарашенной Татьяны:

– Тань, как я тебе? Посмотри, как я подстриглась! Ой, а ты тоже ничего такая… А ты точно не можешь с нами поехать?

– Может… всё-таки получится? – мама выглянула из комнаты, держа в руках пакет с подарком. – Ты не думай, мы с Викой всё приготовили. Ничего делать не надо, просто побыть с нами.

– Так, Ира, отстань от девочки! – вклинилась бабушка, отнимая у деда очередную сумку и включая природное чувство противоречия: – Да погоди ты с погрузкой. Рз, не может Таня приехать, значит, побудем вместе сейчас! Тань, у тебя полчасика на нас есть?

– Есть! Как минимум час.

– Так проведём же этот час с пользой! – тоном записного тамады выдал обычно молчаливый дед. – Ну, что вы на меня так смотрите? Новый год, новый год… его раньше вообще осенью отмечали! Что с ним станется-то, если мы его первый раз утром отметим? Обидится и не придёт ночью? Вот уж вряд ли.

Наверное, это была самая необычная в Таниной жизни семейная встреча нового года – вот так, экспромтом, среди сумочного развала, подарков, неожиданно довольных родных, Вики, которая первый раз в жизни села рядом и положила Тане голову на плечо, словно… словно ей действительно нужно и приятно соседство со старшей сестрой.

– Как же всё изменилось… – думала Таня, добравшись до работы и принимая пациентов. – Эх… а вот это никак не меняется, – это невесёлое размышление относилось к очень мрачной таксятине, потребившей в одно алчное рыльце тазик холодца.

– Танечка, спасите! Я не знаю, куда в неё столько влезло! – чуть не плакала хозяйка, – И не могу понять, как она добралась до стола!

– Это мы завсегда готовы – нести свет и радость окружающим! Да, Гуся?

Что можно ожидать от таксы по имени Гусинда, а по-семейному Гусеница? Вот, именно… как вы таксу назовёте, так она вас от души и порадует!

После обездоленной и оскорблённой в лучших чувствах Гусинды, насильственно лишённой добычи, последовали и