Битва за Лютоград - Максим Шторм

— Рассказывай все о планах Верховной относительно дальнейшего ведения войны против Империи.

— Как только мы с Титанами захватили бы Лютоград, открылись бы все одиннадцать червоточин разом и на северные земли хлынули бы дети Тьмы, неся с собой скверну и разорение… Гибель для людей. И никто бы не смог остановить их вовремя, сработай запущенные порталы. Север стал ты полноправным владением Ковена… Тем временем второй удар должен быть нанесён в самом сердце вашей Столицы… Во дворце Императора.

— Вальпургия готовится штурмовать Новоград⁈

Рух, продолжая дёргать лицевым мышцами и периодически закатывая глаза, невозмутимо отвечала:

— Нет, у Ковена нет нынче столько сил, чтобы взять Столицу приступом. Скверна неумолимо распространятся через приграничные земли, губя и изменяя все, принадлежащее вашему миру… Процесс долог, но неотвратим. Но сил Орды уже недостаточно для ведения масштабной войны. Титаны были нашим последним шансом в этом столетнем противостоянии… Наш верный союзник должен был помочь завершить второй этап запланированной операции.

Я взял паузу и переглянулся с каждым из находящихся в комнате. Все, включая Фон Шнайдера и Франка, выглядели чрезвычайно сосредоточенными и напряжёнными. Зажатый в побелевших пальцах Михаила карандаш казалось вот-вот треснет пополам. Стоящий рядом с молодым чародеем на треноге специальный, запоминающий слова магический шар, выжидающе мерцал мягким приглушённым светом.

— Кто служит Ковену в Столице? Кто ваш союзник и соглядатай во дворце Императора?

— Граф Владислав Перумов. Он уже много лет служит Ковену. Он должен бы выполнить вторую часть плана. Сыграть свою роль… Он уже работает над тем, чему суждено произойти.

— Что должно случиться во дворце? — наклоняясь вперёд и едва ли не пожирая мёртвую голову Рух жадным нетерпеливым взором, громко спросил я.

— Я изготовила слепок, а Вальпургия напитала его магической силой и вдохнула в него внешность вашего Императора. Теперь он растёт во дворце в надёжном месте и, согласно нашим расчётам, через несколько дней будет полностью готов… Слепок станет точной копией Константина Коренева. Граф Перумов должен произвести замену Императора на слепок. Убить настоящего царя и заменить его на нашу искусственную куклу. И тогда второй этап плана по уничтожению Империи бы завершился… Взамен Перумов получает Север. А мы всю остальную часть Империи. Он являлся в Лютоград освободителем… Орда вместе с Титанами уходила на ничего не подозревающие центральные земли. А с Запада выдвинется Вальпургия с основным войском, открывая последние оставшиеся Проколы к югу от северного фронтира.

Лицо Ведьмы начало скукоживаться, дергаясь пуще прежнего, кожа обвисла, а из уголка рта текла струйка вязкой, желтоватой слюны. Один глаз закатился незнамо куда, да так и не вернулся. С каждой секундой она выглядела все хуже, мёртвая плоть не желала слишком долго имитировать жизнь. Доктор Фон Шнайдер быстро посмотрел на меня и, покачав головой, шепнул:

— Минут десять, не больше…

Я, Рогволд, Корнедуб и Кречет ошарашено переглядывались. Вот так дела… Да в Столице готовится, оказывается, ни много ни мало, а дворцовый переворот. Тихий и бесшумный. Чудовищная замена настоящего Государя пустышкой, изготовленной Ведьмами поделкой-двонйником. А у меня в голове тревожным набатом бил звонкий молоточек. Мозг пронзало чувство, будто я только что упустил нечто очень и очень важное. Но что⁈.

— Сколько осталось времени до полного созревания слепка Императора?

— Если Перумов выполняет все, как надо, то не более седмицы… Но он ничего не будет делать без прямого приказа Верховной… А с провалом захвата Севера все планы Ковена могут измениться и сроки сдвинуться…

— Но ты так не думаешь?

— Нет. Слишком поздно что-либо менять. Второго шанса создать материальный слепок уже не будет. Я единственная, кто бы способен на это… И Вальпургии нужен прямой контакт с выбранным в качестве дублирования человеком, для его магического оттиска…

— Какой численности армией располагает Ковен и сколько Проколов в центральной части Империи может использовать Вальпургия?

— Около старой Столицы сосредоточенно порядка тридцати тысяч детей Орды… Девятнадцать созревающих дыр в ткани между мирами к югу от северных земель…

Новости, услышанные от мёртвой ведьмы, были необычайной важности. Наша рисковая безумная идея окупилась сторицей. Да что там говорить, мы все выиграли в лотерею! Всего лишь две дюжины проколов на все свободные от скверны территории… Всего лишь… Если они откроются разом… Сможем ли мы нейтрализовать их, имея оставшиеся силы? И ударная армия в тридцать тысяч голов нечисти. Думаю, в чистом поле у нас есть все шансы их разбить. Да, невозможно взять такой город, как Староград, на подвластной Ведьмам, заражённой скверной земле, если в нем окажется такая прорва монсров, но выйди они за пределы обезображенных чёрной магией земель…

Что ж, пожалуй, впервые за все время войны с Ковеном мы получили такой сильный и неоспоримый козырь. Информацию. Очень важную, точную, и своевременную.

— Тебе известны места, где истончается грань между реальностями?.. Если ли у Ковена что-то наподобие карты, где указаны точки вероятных Проколов? — вот сам не знаю, что меня дёрнуло задать этот вопрос.

— Знаю… Эти повреждения в великой оболочке миров неизменны уже несколько тысячелетий…

И снова мы с Кречетом торжествующе, уже почти не скрывая нашей мрачной радости, переглянулись. Вот только… Только что-то меня продолжало незримо грызть и тревожить. Что я проворонил в нашем странном и жутком разговоре с мёртвой головой? Что⁈

Я принялся лихорадочно перебирать все варианты и оставшиеся у меня вопросы, патаясь вычленить самый правильный. А Рогволд уже торопливо раскатал, держа на весу, перед глазами Ведьмы карту, тыкая грифельным карандашом в нарисованные области и границы, пытаясь добиться у Рух точные указания прорех между мирами. Ведьма уставшим безучастным голосом уныло перечисляла районы, а чародей, мокрый от напряжения, едва успевал наносить на карту крестики. Твардовский строчил как заведённый, исписав уже ни один лист и периодически посматривая на мерцающий шар, чтобы, не дай бог, не прекратилось действие чар активации. Сейчас было крайне важно задокументировать всеми доступными способами каждое сказанное мёртвой Рух слово.

Франк недвижимой скалой стоял напротив двери. Доктор Фон Шнайдер, присмотревшись к показаниям приборов, громко сказал:

— Господа, у нас не более пары минут. Физические показатели пациента на критической отметке. Больше я не состоянии поддерживать голову в функциональном режиме. Уж простите, но не с этим оборудованием…

Оставшийся нетронутым глаз ведьмы начал закатываться под лоб, рот скривило в гримасе, а лицо вновь стало белым как мел… Словно уже один раз умершую тварь постепенно покидала и вторая, данная взаймы на короткий срок псевдо-жизнь.

И тут меня наконец