Исповедь топором - Харитон Байконурович Мамбурин

…труп очень большой и очень рыжей лисицы с перегрызенным горлом, ножевыми ранами на брюхе и пробитым черепом, в котором торчал «ка-бар». В твари, навскидку, было килограммов семьдесят! На этой херня Эрика могла бы прокатиться верхом! Петр и Юки её грохнули тихо⁈ Не может быть!

— У нас мало времени, ребята… — тихо прошептал русский, — Мы грохнули эту кицуне в двух сотнях метров от хазы местных! Там есть еще!

— Что предлагаешь? — катнул желваками Марий, на которого таки начало работать жаропонижающее.

Идея уже висела в воздухе. Команде нужен был транспорт. Достать его в этой глуши можно было, как и в прошлый раз — у американцев. Только вот гостящие у реднеков японцы запросто учуют запах чужой лисы и запомнят, как пахнут остальные…

— Выносим всех мужиков и всех японцев, берем тачку и сваливаем в город, — логика русского была, как и всегда, безжалостна, но точна, — Ничто другое мы сейчас не потянем. В четыре автомата справимся.

Это было логично, но, как оказалось, среди них был один мелкий и голый азиат женского пола, превратившийся назад в человека, спрятавшийся от Мария за спиной Петра, а затем оттуда застенчиво сказавший…

Сказавшая.

— Подождите, — попросил Широсаки Юки, утирая рот рукой, — Подождите. У них раньше были собаки. Кицуне не дружат с собаками! Если сейчас там на ферме нет собак…

Глава 19

Очень сексуальное домогательство

— Крэйна взяли, — мрачно сообщит нам красный полуобморочный барон, лежащий на заднем сиденье пикапа с головой на коленях у Юки, — Плакали наши деньги.

— Плевать! — отреагирует вялая Эрика, удивив всех в машине, — Потом побешусь. Сейчас я хочу в ванну. Смерть любому, кто встанет у меня на пути!

Таких дураков не найдется, но пока мы будем въезжать, «крадясь» чуть ли не под стенами Верхнего города, то узнаем и подробности, хотя самим будет не до этого. Мы все будем отчаянно желать одного — набиться в наш маленький бассейн, а потом… «Потом» пока никого не интересовало.

Юки определила правильно, Хендриксам пришлось избавиться от собак, чтобы принять гостей. Сами японцы, даже принадлежа к кицуне, острым нюхом похвастать не могли, да и непривычны были к запахам американского быта, так что наша лиса устроила несколько диверсий, среди которых было и высыпание сухих дрожжей в местный уличный туалет. Когда катавасия началась, мы вчетвером уже были на позициях перекрестного огня, со штурмовыми винтовками и полностью отсутствующим желанием поиметь последствия с этого дела. То есть, начали косить всех, особо выделяя японцев, что принесло свои плоды — ни один из них не успел превратиться.

Это спасло выживших женщин и детей Хендриксов, которых не пришлось зачищать как свидетелей оборотничества. Дав Алебастру команду отчитаться людям Маркхейма, Марий реквизировал пикап, и вот мы едем домой.

Уже приехали.

— Крэйна сдал кто-то из своих! — встретил нас перевозбужденный альв, удерживающий за шиворот рвущуюся к Марию Норму, — Да стой ты, его нельзя трогать, у него воспаление!

— Срать на гада! — вампиресса, уже чующая прохладную воду, была неостановима, раздеваясь чуть ли не догола прямо в прихожей, — Сейчас на всё срать! Норма! Прекрати пищать! Неси аптечку! Прямо в ванну неси! Я тебе говорить буду, чем этого дурака мазать!

Наша белобрысая японка почти не отставала от подруги. Ей пришлось так же несладко, как Гритту и Хатсбург, так что утопиться Юки желала всеми жабрами души. Едва не снеся удивленную Соню, вышедшую в коридор, Няшка утопала вслед за громогласной вампирессой и понукаемым ей бароном. А вот я остался, глядя на смартфон.

— Что это? — удивленно моргнул подошедший Алебастр, — Родительский контроль?

— Ага, — отозвался я, быстро оценивая своё состояние, — Нужно кое-куда съездить. Скинешь мне на телефон ту программку, которой мы Эрику бесили? Прямо сейчас.

— Ты… уверен? — наш мизантроп неожиданно решил проявить человечность, — Выглядишь дерьмовее их.

— Хуже побывавшего на солнце вампира, обожженного человека и перегревшейся лисы? — слабо усмехнулся я, выключая аппарат, — Ничего, им больше досталось. Ладно, мне надо спешить. Не забудь скинуть программку.

Если ты маленькая рыжая девушка, не всегда отличающаяся адекватностью, то носишь с собой не только перец чили в заднем кармане джинсов, но и небольшое устройство, дублирующее сигнал симки в твоем смартфоне. Сим-карта в телефоне может «умереть», его могут отключить, а вот непонятный брелок обойдут стороной. Полезное приобретение для сумасшедшей подруги торговца оружием, выручало нашу Момо как минимум пару раз. У меня и у Эрики на смартфонах стоит приложение, дающее доступ к маячку Момо… а также дающее звуковой сигнал, если рыжая определенным образом нажмет на свой «брелок». Сейчас сдвоенный сигнал её местонахождения, из смартфона и брелока, шёл из последнего места на острове, где Момо должна была быть.

Из католического женского монастыря.

Сильвио и Момо не были теми людьми, из которых получается хороший материал для заложников. Газуя вовсю, я гнал забранный у Хендриксов пикап, подсчитывая оставшиеся в машине патроны, а также свои шансы на будущее. И то, и другое выходило не слишком утешительным. Впрочем, меня это мало волновало. Петру Васильевичу редко доводилось кого-то считать своим другом, так что к мыслям о потере друзей я был совершенно не подготовлен.

Не хотел об этом думать. Тело болело, раны саднили, голова была ватной от усталости и принятых уже таблеток. Денек выдался просто огонь, а дальше могло быть только хуже. Особенно, без поддержки.

Марий мне потом морду набьет и будет прав. Если выживу, то буду молча стоять и принимать от него удары, врать о том, что голова не соображала, а все они, вместе с Эрикой и Юки, выглядели краше, чем кладут в гроб. Истина будет в другом, я просто не хочу, чтобы кто-то еще из моих друзей сдох. Чистейший, рафинированный, совершенно своеобычный эгоизм старого вредного мужика, проведшего накануне все нужные взаимосвязи.

Агнешка Новак. Именно она стоит за сдачей Крэйна, именно она сейчас ждет нас в монастыре. Она организовывала покушения, стреляла ракетами по больнице, потерпела множество неудач, но и не подставилась сама. Теперь же, заманив с помощью долбанного Дугласа Уолша в монастырь моего друга с подругой, чертова монашка сидит на заднице ровно и ждет. Причина? Она нашла брелок, ей нужно, чтобы мы приехали. Она готова.

С одноногим вампиром всё просто.