Обнулённый 3 - Виктор Рэн

— доспехи разномастные, видавшие виды. Среди них был сухой старик с седыми волосами, заплетёнными в длинный хвост. Он сидел в центре и по-отечески разговаривал с двумя молодыми парнями, которые ещё недавно были мальчишками.

— … я понимаю, что непросто, — говорил старик. — Но приказ есть приказ. Нас перевели сюда, и мы будем служить здесь, пока не поступит другое распоряжение.

— Мне неспокойно за госпожу, пока нас тут держат, — ответил один из молодых, крепкий, с коротко стрижеными волосами. — Она одна в Косинце, без защиты, если не считать ополченцев.

— Мне тоже неспокойно, — вмешался другой солдат постарше. Хотя он немного шепелявил, голос у него был злее. — Особенно пока вокруг неё вьётся этот змей Децим. Я бы ему глотку перегрыз, если бы госпожа дозволила.

— Хватит языками молоть, — оборвал старик. При этом парни замолчали мгновенно. — Служба есть служба. Госпожа не из тех, кому нужна нянька. А ваше дело — выполнять то, что вам велено. Ясно?

— Ясно, сержант, — в один голос ответили оба.

Я отступил за угол. Это были солдаты явно не из местного гарнизона, переведённые сюда из другого места. Я не знал ни одного из этих людей и ни одного из этих имён, но запомнил все.

Я показал Шу на переулок между домами, где «Звериное чутье» выдавало свободный путь.

Она кивнула и повела нас дальше, вдоль задних дворов, к западной части палисада. Здесь каменная стена обвалилась, и пролом заколотили досками. Одна из досок держалась на гнилых гвоздях и легко отогнулась. Вслед за ней отошли и еще несколько досок.

Мы выскользнули за невысокую каменную стенку по одному. За ней был склон, поросший кустарником, и дальше лес. Ближе к крепостице он был редкий, но дальше за горизонт уходил уже густой. Я вдохнул полной грудью. Разница с сырым лазом контрабандистов был просто небо и земля.

Когда последним вылез Лазарь, я вернул доски на место и достал карту Ульма. Развернул и вновь выругался про себя. Нижняя часть свитка, та, что была ближе к телу, промокла в туннеле. Чернила пошли пятнами, и тропы, посты и отметки превратились в неразборчивую кашу. Верхняя часть — район Гримстоуна и дальше на север — уцелела. Хорошо, что я запомнил расположение патрулей на южной части ещё на том берегу реки.

Я показал рукой на лес и дождался, пока «Звериное чутье» подскажет безопасный момент. И вскоре наш отряд уже оказался на окраине леса, припадая низко к земле. А затем Башня-над-Бродом и совсем осталась позади. Меня нагнала Шу.

— Есть два основных маршрута, — прошептал я, обращаясь к ней. — Первая дорога идет на север, от Башни-над-Бродом до Гримстоуна. Вторая лесная тропа уходит восточнее, через холмы. По дороге быстрее, но там ходят патрули. Через лес дольше, зато тише.

— Почему ты говоришь со мной? — тихо спросила она, с явным непониманием в голосе.

— Ты наш следопыт, — ответил я.

Шу не спешила отвечать, поэтому я продолжил инструктаж:

— Нам нужно обогнуть Гримстоун и зайти с северо-востока, чтобы выглядело так, будто мы пришли не со стороны Шторрена. Это примерно полдня пути.

— Нам нужно будет сделать привал, чтобы посушиться, — сказала Шу.

Она периодически лазила под куртку, чтобы что-то проверить. Скорее всего, другие карты, с помощью которых она использовала заклинания. Впрочем, не одной ей нужен был привал. Каждый из нас промок до нитки, а у меня все сильнее саднила облитая желчью и поцарапанная осколками камня шея.

— Значит, сделаем, как выберемся. — кивнул я.

Мы замолчали и двинулись глубже в лесок. Шу шла рядом со мной, и я понимал, что разговор о том, как и зачем она здесь, далеко не закончен. Но сейчас у нас были дела поважнее: выбраться из приграничной зоны до того, как нас обнаружат.

Деревья здесь росли реже, чем в Шторрене. Впрочем, вряд ли какая-нибудь растительность во всем Пределе сможет сравниться с Серым лесом. Земля была влажной, но вокруг хватало листвы и травы, чтобы отпечатков не оставалось слишком много. Я шёл первым, выбирая участки с камнями и корнями, где следы менее заметны.

Через час лес поредел сильнее, и впереди пошли холмы. Здесь было открытее, и я решил проверить, нет ли кого впереди.

Использован навык: Звериное чутьё.

Есть. Шагах в пятидесяти, за холмом справа. Три человека. Движутся по тропе параллельно нашему маршруту, но чуть впереди. Судя по бренчанию стали, это был патруль Красса.

Я поднял кулак. Отряд замер. Я опустился вниз, за груду валунов, и отряд упал на землю вслед за мной. Вокруг нас, на склоне холма, росли заросли кустарника.

Внизу, на тропе, показались трое солдат в тёмно-красных плащах поверх кольчуг. Они шли не торопясь, но разговоров не вели. Только один из них, что шел в центре, постоянно лазил в карман и чем-то хрустел. Мой собственный живот издал протяжный звук. Благо, слышал его я только за счет «Звериного чутья».

Они прошли мимо. Мы лежали среди камней и не шевелились. Когда голоса стихли и звуки шагов пропали за гребнем холма, я выждал ещё минуту и только потом поднялся.

— Чисто, — произнёс я. — Двигаемся.

Через два часа, когда мы углубились в лес и шли вдоль ручья, я уже потратил навык и полагался на обычный слух. А слух подвёл — мы вышли из-за деревьев и почти нос к носу столкнулись с четвёркой всадников, которые спешились у ручья и поили лошадей.

Нас разделяло метров двадцать. Мы были за деревьями, у кромки леса. Они — на открытом берегу ручья, лошади по колено в воде. Один из всадников повернул голову в нашу сторону.

Шу рядом со мной шустро сунула руку в карман. Сжала что-то в кулаке. И из леса, метрах в тридцати правее, раздался треск. Громкий и отчётливый, будто крупное животное ломанулось наутек от ручья.

Все четверо всадников повернулись на звук. Двое выхватили клинки. Другие уже натягивали поводья и разворачивали лошадей.

Мы бесшумно отступили за деревья и двинулись в противоположную сторону. Через несколько минут голоса всадников остались далеко позади.

Я покосился на Шу. Она убрала руку из кармана и поймала мой взгляд.

— Что? — спросила она с преувеличенной невинностью.

— Ничего, — покачал головой я.

Айрис шла за мной и тоже видела, как Шу сжимала что-то в кулаке, и как звук появился ровно оттуда, куда она смотрела.

К