В моем болоте утонула ведьма - Молли О'Нилл

всего добились и ни разу не испугались трудностей. В вас что-то есть, дочь воды, ведьма и гоблин. Вам бы друг друга поубивать на второй же день, а вы стали друзьями. Вы пришли ко Двору по Дикой Тропе и трижды сюда возвращались. Вы поймали Турх Труйта и подчинили его своей воле. Спустились под землю и добыли звездную руду. Нашли последних единорогов, и они подарили вам рог.

– Значит, надежда есть? – спросила я.

– Помнишь, Дженни, что я сказала, когда мы впервые встретились? Надежда есть всегда.

Глава 18

Мы разбили лагерь в полумиле от склона холма. В небе над нами висел желтый молодой полумесяц, напоминавший, что до июньского полнолуния оставалось всего несколько дней.

Темперанс заснула с рогом единорога в руках, завернутым в эльфийскую ткань. Бракус разжег, как обычно, свой черный костер, уселся перед ним и, достав из сумки свежий хлеб, стал поджаривать его на огне. Я устроилась рядом, жевала тосты и отбивалась от Кавалла, убежденного, что чужой еды не бывает.

Когда пес стащил у меня второй кусок хлеба, Бракус хихикнул.

– В бою с Королем надо быть попроворнее, – заметил он, уворачиваясь от собаки. – С Каваллом непросто, а с тем, быть может, еще трудней.

– Вот я и стараюсь, – пробурчала я, притворно замахиваясь на пса. – Только, боюсь, Ольхового короля тостами не задобрить.

Кавалл отошел от костра, виляя хвостом и неся в зубах добытый трофей. Улыбка Бракуса угасла.

– Как думаешь, мы готовы?

– А как можно быть к такому готовым? Если у нас хватит духу хотя бы дойти до деревни, я считаю, это уже победа. Говоря честно, Бракус, я думала, что ты раньше сбежишь. Да если на то пошло, я сама себе удивляюсь.

– Ну, мне, в общем-то, терять нечего, – улыбнулся гоблин и вытянул ноги к огню. – Но должен признать, что тогда, в Уэльсе, под землей… Из-за тех видений я почти что готов был сдаться.

Меня передернуло.

– Да, помню. Ощущалось как наяву. Интересно, а Ольховый король почувствовал, где мы?

– Думаешь, он знает, что мы возвращаемся?

– Думаю, да. – Я оглянулась на спящую ведьму. – Скорей всего, знает. И знал, что так будет, с той самой ночи в доме священника. Потому он так легко меня и отпустил. Он, должно быть, с нами играет, позволяет себя забавлять.

– Он считает, что непобедим? – спросил гоблин.

Я нахмурилась.

– Трудно сказать. До сих пор, насколько я знаю, никто не мог его одолеть. Он, конечно же, нас не боится, хоть и пытался устранить Темперанс, пока она его не раскрыла.

– Он не верит, что мы победим, но Гвин и леди Крейдиладд верят, – заметил Бракус.

– А вот я верить им не люблю, – буркнула я, задрав нос.

Гоблин усмехнулся.

– К сожалению, в данном случае выбор у тебя невелик.

Мы посидели молча.

– Бракус?..

– Мм?..

– Я тут подумала…

– Смотри голову не перегрей. Не хватило тебе сегодня? – поддразнил гоблин.

– Я серьезно. Хочу о Темперанс поговорить.

– Ну давай.

– Знаю, она хочет сама убить Короля. И считаю, что это правильно. А мы должны предоставить ей такую возможность.

Бракус пристально посмотрел на меня:

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что не все мы, наверное, выживем в этой битве. Темперанс молода, у нее семья, дети. И если придется выбирать, ее жизнь я поставлю выше своей.

– И ты просишь меня поступить так же?

Я сглотнула и посмотрела ему в глаза.

– Нет, я прошу тебя защищать ее, а не меня, если встанет такой вопрос.

Гоблин взглянул туда, где Кавалл и Темперанс сладко спали, свернувшись калачиком. И спросил:

– Так мало ценишь свою жизнь?

Я улыбнулась.

– Очень даже ценю. За эти месяцы в нашем походе я будто помолодела. Я хочу жить, хочу вернуться в озеро, опять ухаживать за ним. Хочу еще где-нибудь побывать. Хочу покупать у тебя безделушки и до последнего торговаться. Хочу сидеть с тобой, вспоминать Крошку Дженни, говорить обо всем, что было хорошего. Хочу познакомиться с Урсулой и Джозайей и рассказать им старые сказки, которые люди уже забыли. Я знаю теперь, кто я есть и кем хочу быть. И для этого, кроме прочего, надо завершить начатое, любой ценой, чего бы это ни стоило.

Бракус потер лоб рукой:

– Хочешь убить дракона и спасти принцессу?

– Да, хочу. Обещай мне, Бракус.

Он глубоко вздохнул:

– Я обещаю, Дженни. Но ты тоже мне обещай, что будешь сражаться, что не отдашь свою жизнь просто так. Ты одна из немногих моих друзей, не говоря о том, что верный покупатель.

– Договорились.

Мы пожали руки, и я ухмыльнулась, глядя на его мрачное лицо.

– Да не грусти! Скорей всего, все мы погибнем, тогда и переживать ни о чем не придется.

– И правда, об этом я не подумал, – проворчал гоблин себе под нос.

Я вздохнула и легла, плотно укутавшись в плащ. Озеро было всего в дне пути. Мне так хотелось вернуться в воду, нырять вместе с рыбками, ловить течения в зеленой глубине… С этими мыслями я и заснула.

* * *

Мы решили задержаться еще на день и разработать стратегию. Темперанс не умела обращаться с холодным оружием, так что Бракус научил ее нескольким основным приемам. Все согласились, что лучшее время для нападения – на рассвете в день солнцестояния, пока смертное тело Ольхового короля еще не проснулось.

– Не уверен, что он действительно будет днем слабее, чем ночью, – выдохнул Бракус, уклоняясь от неумелых, но сильных ударов Темперанс. – Хотя, если разницы нет, попробуем, вдруг повезет.

– Ладно, – ответила я, отступая в сторону, чтобы ведьма меня не задела. – Давайте еще раз пройдемся по плану.

– Опять? – застонала Темперанс.

– Да, это важно! – отрезала я, уселась на землю и начала: – Отправляемся завтра ночью. Идем на север до Уинчкомба – туда доберемся к полуночи. Затем свернем на восток и в Чиппинг-Эпплби придем на рассвете. На улицах людей быть не должно, но Бракус нас с тобой заколдует на всякий случай.

– На случай, если за нами будут гнаться крестьяне с вилами, – пробормотал гоблин.

Я сделала вид, что не слышала, и продолжила:

– Идем прямо к дому священника, он сразу за церковью. Там две комнаты, пастор будет спать в дальней. Проникнем в дом как можно тише. И тогда, Темперанс, ты мечом пронзишь ему сердце.

Ведьма кивнула и смахнула со лба пот.

– Вот так, – проткнула она воздух, – и вот так!

– Прекрасно, – одобрил Бракус. – Тело пронзать немножко сложнее, но главное ты уловила.

– Тело пронзать приятнее, я уверена.

Темперанс крутанулась