В моем болоте утонула ведьма - Молли О'Нилл

Гвин произнес что-то на непонятном мне языке, и слуга разжал пальцы. Я метнулась, чтобы подхватить кубок, но он остался висеть в воздухе, держась ровно и надежно, будто на невидимой колонне.

Гвин опять сказал что-то, и, хоть я не различала слов, смысл был мне понятен. Сам звук его голоса обжигал, точно жаркое летнее солнце, и я ощутила запах сухой земли. Кубок не двигался, но светился теперь изнутри; серебряный гребень уже начал плавиться.

От кубка шли волны жара и с каждым вдохом проникали в горло, в нос, сушили уголки глаз.

Пот выступал на лбу и стекал по спине, но сразу же испарялся. Кожа начала трескаться. Гвин стоял неподвижно, как статуя; воздух дрожал, и черты короля расплывались. Я покосилась на Бракуса: тот сидел на корточках, прикрывая лицо руками.

Гвин снова что-то промолвил, и жар взметнулся еще сильнее. А ведь мы ощущали лишь малую долю того, что пылало внутри кубка. Железо стало красным, потом желтым, острые края слитка исчезли. В горле у меня уже так пересохло, что каждый вдох отзывался болью. Я задержала дыхание, чтобы не испечься изнутри.

Гвин поднял рог единорога и наклонил его над кубком острием вниз. Рог в его руке казался невозможно хрупким, и я вдруг испугалась, что он расколется от огня. Я шагнула вперед; земля под ногами была мертвой, сухой и обжигала ступни до волдырей. Но я шла к Вождю Дикой Охоты, морщась от боли при каждом шаге. Шла через жаркое марево, и казалось, что платье на мне вот-вот вспыхнет.

Я не успела дойти. Гвин окунул рог в кубок. Ни капли металла не выплеснулось, но я видела, что король удерживает рог с огромным усилием. По левому виску скатилась струйка пота, и Гвин стиснул зубы. Леди Крейдиладд подошла и положила руку ему на плечо. Король распрямился и сжал рог еще крепче.

И наконец, когда я уж думала, что и правда сгорю, Гвин со стоном вытащил рог из кубка. Теперь это был клинок, и сиял он так, что смотреть было больно. Леди Крейдиладд что-то шепнула, и жар тут же отхлынул.

Слуга придвинул высокую бочку, в которой плескалась вода. Уцелевшим уголком сознания я поразилась, как она могла остаться холодной.

Гвин шагнул к бочке и погрузил туда меч. Над водой поднялись клубы пара.

Весь двор на миг затаил дыхание. Гвин взял парящий в воздухе кубок и отдал его слуге. Леди Крейдиладд шепнула что-то на ухо мужу, и тот улыбнулся в ответ.

– Ну что ж, – обратился он к нам, – должно быть, меч уже остыл. Попробуйте достать.

Я с сомнением посмотрела на бочку. Бракус и Темперанс, кажется, тоже не были расположены совать руки в эту воду.

– Смелей, – подбодрила леди Крейдиладд. – Обещаю, не обожжетесь.

Мы все переглянулись, и Темперанс нерешительно приблизилась к бочке. Она была ведьме по грудь, и клубящийся пар на мгновение совсем скрыл Темперанс из виду. Ведьма склонилась над краем бочки и по самое плечо погрузила руку в бурлящую воду. По лицу ее пробежало какое-то непостижимое выражение, и Темперанс решительно выхватила из воды рог единорога.

Он был толще, чем раньше: металл покрывал теперь каждый изгиб. Тусклая серость железа впитала блеск эльфийского серебра, и рог мерцал, как черная жемчужина. Ведьма слегка его наклонила, и я увидела, что прежде гладкие витки спирали превратились в острейшие лезвия, а конец стал тонким, как игла.

Темперанс изумленно глядела на свежевыкованный клинок. Бракус подошел ко мне. Интересно, он тоже чувствует, какая сила заключена в этом оружии? Не злая, не враждебная, но физически ощутимая. Мы стояли, не двигаясь с места, и наконец Темперанс опустила клинок и шагнула к нам.

– Возьми его, Дженни, – сказала она, протянув мне меч вперед рукоятью. – Ты не поверишь, какую силу он дает.

Я слегка дотронулась до меча. Но ведь он был железный – вспыхнула искра, и я отдернула руку.

– Лучше пусть будет у тебя, Темперанс, – сказал Бракус, и я кивнула.

Ведьма, кажется, хотела возразить, но Гвин пророкотал:

– Этот меч не для фейри. Береги его, юная ведьма. Когда победишь им Ольхового короля, не бросай потом где попало.

Ведьма медленно кивнула.

– Я должна его вам вернуть?

Гвин весело расхохотался:

– Да нет же, зачем? Ты заслужила награду, и, может быть, меч еще пригодится тебе или твоим потомкам. Ведь Ольховый король – не последнее в мире зло. Говорят, сэр Бедивер после смерти Артура бросил Экскалибур в озеро. Может, твоя подруга Дженни сохранит этот меч у себя в пруду.

Я сморщила нос от обиды – какой еще пруд? Но гоблин бросил предостерегающий взгляд, и я промолчала. Гвин опустился на свой резной трон и взял у пажа кубок с вином.

Леди Крейдиладд вышла вперед, держа ткань, в которую был завернут железный слиток. Она плотно обернула рог, не оставив ни единого просвета, и обвязала лентой с собственного запястья. Потом вернула рог ведьме.

– У вас есть теперь все, что нужно. Счастливой дороги и удачи в битве.

Леди Крейдиладд щелкнула пальцами, и пустой мешок у меня на плече вновь стал полным. Королева повернулась к гоблину.

– Мастер Марш, была счастлива познакомиться.

Бракус отвесил глубокий поклон, и леди Крейдиладд улыбнулась, велела ему подняться и расцеловала в обе щеки.

– Вряд ли мы снова встретимся. Берегите себя, мастер Марш.

Бракус в ответ улыбнулся, но в глазах его стояли слезы.

– Мой мир потускнеет без вас, миледи, – произнес гоблин.

Леди Крейдиладд коснулась его щеки:

– В таком случае вам нужно найти новый свет. Мне грустно будет думать, что вы остались во тьме.

Бракус кивнул и отступил назад.

Леди Крейдиладд посмотрела на меня. Я смело встретила ее взгляд, протянула руку, и королева дружески пожала мою ладонь:

– Зеленозубая Дженни. Я знала многих твоих сестер, и ты мне напомнила лучших из них. – Леди Крейдиладд еще крепче сжала мою руку. – Но все-таки ты особенная. Что-то есть в тебе, Дженни… – Но она не закончила фразу. – Так или иначе, я рада, что мы познакомились. Надеюсь, что ты обретешь мир в душе.

– Леди Крейдиладд…

– Что, Дженни?

– Вы верите, что мы сможем? Победить Ольхового короля?

Королева оглянулась на мужа, который сидел на троне и крутил кольцо на левой руке.

– По правде сказать, я не знаю. Он – древнее и могучее зло, – ответил Гвин. – Клинок способен его изгнать, но это вовсе не означает, что вам представится такая возможность. Ольховый король может вас уничтожить раньше, чем вы к нему подберетесь.

– Но ведь и вы поразительны! – улыбнулась леди Крейдиладд. – Вы