Когда шепот зовет бурю - Владислав Добрый

да Серра, явно напряжённо размышляя. — И, как меня уверяли, рудники там есть. Вот только если это так, как же сень… Что заставило несколько сотен жителей Побережья Стрел вдруг отправиться за Сорское море, за серебром?

— Увы, король Фрей не так уж щедр к простым людям, — ответил я. — К счастью, я имел возможность провести несколько бесед с лучниками в зелёном. Всё просто — оно уходит мимо них. Больше того, Королевство и вовсе не интересуется их жизнями, а само Побережье заселено слабо. А вот Долина Караэна наоборот. Знаете, я вдруг подумал: а не основать ли вам город?

Я ожидал, что он переспросит. Но да Серра только задумчиво наблюдал за Воздушным Змеем. И, наконец, ответил:

— Эта цена даже за Воздушного Змея для меня неподъёмна.

— Вы будете не один, — сказал я. — Я буду вам оказывать поддержку. К тому же, возможно, лорды озера захотят участвовать. Ведь они, полагаю, тоже имеют корабли.

— Не думаю, что этот воздушный корабль будет летать, если его разрубить на пять частей, — хмыкнул да Серра.

Я чуть не выругался. Как я и боялся, да Серра был деловым человеком. На местный лад. И он ожидал не гарантий или обещаний, и даже не общего дела, которое бы обеспечило выгодное сотрудничество. Он требовал платы. Причём вперёд.

Да, прямо сейчас он не выступит. Под своими знамёнами. Но вот предоставить базу и людей для бесконечной партизанской войны, в которой так хороши рыцари, он вполне мог. Убить его? Появится кто-то ещё. С кем будет так же трудно договориться.

Я снова посмотрел на Адреана. Он встретил меня прямым и упрямым взглядом. Да что с ним? Ах, ну да, они же тут все так или иначе Инобал.

— Получите целый только для себя, — сказал я. — И земли столько, сколько сможете удержать. Но только после того, как мы высадимся и закрепимся на Побережье Стрел.

— Это очень щедрое предложение. Я с огромным удовольствием его принимаю, — снова искренне заверил меня да Серра.

— И мы сегодня же объявим о помолвке вашей дочери с моим сыном, — добавил я.

Моему сыну всего четыре года. Свадьба не состоится раньше, чем через двенадцать лет. За это время многое может измениться. Если всё будет хорошо, Адреан тут уже врастёт корнями.

— Мы принесём клятвы перед Императором. И они будут нерушимы. Я ведь Хранитель Сердца, — добавил я.

Да Серра, несомненно, понял мою уловку. И всё же это были уже потенциально очень неплохие инвестиции. Да, через десять-двенадцать лет многое может измениться. Но кто сказал, что да Серра окажутся в худшем положении, чем сейчас? Мы заключали перемирие на десять лет, и оба это понимали.

Да Серра долго молчал. А потом начал торговаться. Просить землю вокруг озера, ещё торговые послабления, замки, место под торговые фактории в Караэне и Устье.

Да. Он согласился с моими условиями. Это уже не ложь.

Глава 22

Облеченный властью

Когда да Серра ушёл, в покоях стало как-то заметно тише. Не по-настоящему тихо — за стенами всё так же жила крепость, где-то кричали и смеялись люди, звякало оружие, на дворе кто-то скандалил из-за овса для лошади, — но именно тут, рядом со мной, тишина вдруг стала плотной. Неприятной. Из тех, что чувствуешь кожей.

Адреан молчал недолго.

Он поднялся из-за стола и встал у арочного проёма, спиной ко мне, глядя на озеро. Умудряясь даже затылком выразить крайнюю степень негодования. Потом резко обернулся.

— Магн, зачем ты это делаешь⁈ — спросил он, явно не сбившись на панибратское обращение, а не сумев удержать желание оскорбить. Ну и амбиции играют. Всё же он тут теперь самый большой и страшный, как ни крути.

Зартан благоразумно сделал вид, что его тут нет. Даже как-то сумел стать меньше ростом. Я вообще заметил: когда рядом назревает ссора благородных, он немедленно начинает выглядеть как жалкий лекарь. Полезный, но не опасный человечек. Полезный талант.

Я же ответить сразу не смог.

Не потому, что не знал, что сказать. А потому, что слишком многое знал сразу. И всё оно было неприятным.

Адреан сделал ещё шаг ко мне.

— Ты хотел меня продать, — сказал он. — Этому…

Он не договорил. Только махнул рукой в сторону дверей, за которыми скрылся да Серра. Получилось презрительно. Хорошо получилось.

Я поморщился.

— Не продать.

— А как это ещё называется? — он всё-таки повысил голос. — Сын. Дочь. Турнир. Помолвка. Земля. Корабль. Ты так спокойно говорил, будто обсуждаешь, сколько зерна ссыпать в амбар!

Вот теперь я посмотрел на него как следует.

Он был зол. По-настоящему зол. Но не только поэтому. Под злостью там было что-то ещё. Упрямое, острое, почти детское. Оскорбление. Не на словах, а внутри. Его не столько возмутила сама сделка, сколько то, что я вообще допустил её возможность.

Вот в этом между нами и была разница.

В моём мозгу говорили чужие мёртвые голоса. Видео с ютуба, статьи, книги, фильмы. Уроки истории. Чужие ошибки, которые почему-то всегда рассказывают так, будто ты лично обязан их помнить и не повторять. Хотя вот же, пригодилось.

Бесконечные рассказы о том, как сильные приходили на чужую землю, жгли, вешали, побеждали — и всё равно потом десятилетиями тонули в местной грязи, где каждый куст норовит ткнуть тебя отравленным колом, когда ты повернёшься к нему самым уязвимым местом, чтобы отлить. Всякие там Ирландии, Шотландии. Любые проклятые окраины, которые вроде бы уже завоёваны, но ещё сто лет продолжают кусаться. Даже Вьетнам. Даже Афганистан. Хотя, казалось бы, уж там-то железа и огня было столько, что одного Адреана просто бы не заметили. Один хороший бак с напалмом, если уж совсем грубо, заменяет моего выдающегося огненного рыцаря.

И всё равно не помогает.

Потому что дело не в том, сколько ты сжёг. А в том, кто потом собирает налоги, чинит мосты, судит воров и объясняет мужикам, почему их новый хозяин лучше старого.

Я отставил кубок вина.

Вот что ему сказать? У меня было внутреннее понимание. Даже не мысль. Чутьё. Если хотя бы часть местных элит не будет на нашей стороне, а в идеале — большинство, мы эту землю не присоединим. Мы можем её взять. Можем сжечь. Можем три раза разграбить. Но удержать — нет.

Адреан смотрел на меня мрачно, как на человека, который сейчас выхватит меч и попытается его убить. Да и все вокруг затихли, слуги забились по углам. Приятно, когда у тебя есть репутация, но сейчас она не очень кстати. Я