Тот самый Константин. Книга 3 - Сергей Александрович Соколов

твоё сердце не сделало бы и первого удара с момента этого решения, а отделенная от тела голова оказалась бы в его руках. И не только твоя. У старого вояки нет источника святости, но его сила за гранью нашего понимания. Однако, пока Ярас скован клятвой, он не опасен. И даже полезен. Более талантливого стратега просто не существует.

— Глен прав. — Первый кивнул, строго глядя помощнице в глаза. — А теперь послушай: мне не нравится твоё поведение в последнее время. Я отстраняю тебя от службы и не желаю видеть в главном храме двенадцать дней.

— Первый, но ведь…

— Уходи немедленно. — Зориан указал на дверь. — Обдумай своё поведение, Крата По истечении срока мы побеседуем, и если решу, что ты не осознала ошибок, наказание продолжится. Ступай с глаз моих.

— С-слушаюсь. — Она склонила голову, скрестила ладони на груди и направилась к выходу.

— Сурово вы с ней, Первый. — Глен дождался, пока дверь за провинившейся коллегой закроется. — Но справедливо. Заслужила.

— Может… и мы заслужили? — тихо произнёс Зориан, внимательно глядя на второго. — Тебя что-то гложет, Глен. Будто хочешь что-то сказать, но сомневаешься.

— Не сомневаюсь, просто не могу предоставить конечных выводов. — Глава инквизиции не стал лукавить. — Баал вёл себя странно, когда его фамильяр объявил о смерти Константина.

— Я заметил. Он будто молился. Для демона немыслимо.

— Не молился, просто очень радовался. Но… — Глен сделал взмах рукой, помогая себе подобрать слова. — Не так, как торжествуют по кончине злейшего врага. Вы же знаете, я умею читать по губам демоническую речь. Он сказал: «Получилось. У тебя получилось. Как же я рад». По одному движению губ сложно понять контекст, и трактовать однозначно нельзя. Но мне показалось, что он благодарил Константина.

Твердыня Баала. Тронный зал.

Хозяин замка вышел из пространственного разлома в сопровождении двух служанок и, окинув огромный зал внимательным взглядом, стал чинно спускаться с центрального лестничного марша.

— Рад видеть вас, мои доблестные подданные.

Музыка стихла. Присутствующие, быстро свернув праздные разговоры, замерли, склонив головы в поклоне.

— Приятно, что вы все откликнулись на приглашение. Я решил провести эту встречу иначе — не в типичном заседательном формате, а в более, хм… неформальной обстановке. Наслаждайтесь вином и угощениями. У нас есть повод.

Лорды ликовали, но в их радости слышались растерянные нотки: никто не понимал, чему именно они обязаны этому торжеству. Владыка не удивился, ибо и ожидал подобной реакции. Кроме Баала, никто не знал истинных причин встречи. Какие бы догадки ни строили лорды, ни одна не соответствовала действительности.

— Подданные мои! — пронизанный магией голос владыки разнёсся по залу. — Не буду тянуть с радостной новостью. Как вы помните, мы открыли для себя новый людской мир — Арс Паулус. Проведя ритуал сопряжения, мы немного приоткрыли завесу между нашими планами. Излишне напоминать, какую цену нам пришлось заплатить: бесчисленные жертвы, не считая того, что каждый из вас отдал десятую часть своей нечестивой души. Настало время сделать следующий шаг. Рад сообщить: сейчас самый благоприятный период для проведения ещё одного ритуала. Первый шаг всегда труден, но в этот раз всё пройдёт гораздо легче, ведь само Мироздание нам благоволит. Завтра жду всех в амфитеатре Твердыни, дабы обсудить места строительства алтарей для ритуала. А сейчас… поднимите бокалы, мои верные подданные! Выпьем за нерушимую мощь и величие демонической расы. За нас!

Арс Ноторис. Брянское княжество. Дорога до деревни Вереща. Вечер.

— Да нам Брянщина как дом родной последнее время! — хохотнул Боров, заканчивая набивать магазин, и потянулся было за следующим, но повременил.

— В рот пароход, и один в задний проход такому дому, — буркнула под нос Злата, не отрываясь от окна.

Артём отложил своё занятие и внимательно оглядел лица присутствующих. В пассажирском отсеке, где сейчас находились все члены группы, кроме Молотова за рулём, стояла гнетущая тишина. Даже Орзо пребывал в унынии, безучастно изучая местные виды за стеклом. Выждав ещё немного, Боров занёс ладонь и с размаха шлёпнул по кожзаму свободного сиденья перед собой. Смачный хлопок разнёсся по салону, привлекая всеобщее внимание.

— Заканчивайте это. — Лицо весельчака вмиг стало серьёзным. — Я тоже скорблю, как и вы. Костика нет, но будь он здесь, ему бы такое не понравилось. Вспомните: он хоть раз унывал? Да никогда. За всю жизнь я не встречал человека сильнее духом, чем наш Святой. Вам, может, и слова «Брянское княжество» теперь слушать тяжело… Считайте меня бесчувственным сухарём, но я рад, что не прошло и двух дней, а мы снова здесь. Даже если бы дед Суета не позвонил, я бы сам сюда рванул. Просто чтобы похоронить Костю. По-людски.

— Нечего хоронить, от хозяина только кучка пепла осталась, — угрюмо ответил Орзо. — Я же объяснял: он решил сжечь себя. Возможно, и пепла нет.

— А мне пофиг! — сжал кулак Артём. Он извлёк из рюкзака овальный глиняный горшок с крышкой и продемонстрировал товарищам. — Вот!

— И на кой ляд? — Злата не упустила возможности съязвить. — Цветы сажать будешь?

— Бестолочь! — Боровиков выпрямился с посудиной в руках. — Даже если тела нет, пепел соберу, да хоть земли обожжённой копну, а потом за поместьем, под яблонькой, похороню. Надгробие поставлю — память Святого почтить. Так азиаты делают, я читал. Не по правилам, зато будет куда прийти, друга проведать. Да что вам говорить! Баюкайте своё горе, а я жить буду!

— Кабанчик, не кричи. Успокойся… — В голосе Марии чувствовалась растерянность, а на лицах присутствующих застыло недоумение: Артёма таким серьёзным и взвинченным никто никогда не видел.

— … Жить и помнить, кому обязан тем, что дышу, что жив, что жива моя любимая. Что могу смотреть в её глаза, видеть её улыбку, обнимать. И ещё! Вы как хотите, а я намерен исполнить мечту Костика, даже если его теперь нет с нами. — Боровиков указал на Орзо. Тот сидел с приподнятой бровью, озадаченно рассматривая оратора. — Святой ведь выдал тебе подробнейшие инструкции по развитию Ордена инквизиции. И как нам совершенствовать свои навыки?

— Более чем, — кивнул перфид и вдруг расплылся в улыбке. — А он в тебе не ошибся, человек. Я вижу и чувствую немного больше вашего и прям ждал, что из тебя вот-вот духовное пламя вырвется. Перед