Босс не знает отдыха - Наиль Эдуардович Выборнов

— Это уж точно, — подтвердил он. — Но при этом ты пытаешься вести дела по-новому.

— Потому что если вести их по-старому, то нас рано или поздно пересажают. Или перестреляют. Пока нами занимается полиция, а Гувер ловит грабителей-одиночек, объявил их врагами государства. Но рано или поздно он возьмется за нас.

— С Гувером мы разберемся, — вдруг сказал он.

— Чего? — я посмотрел на него. — Ты собираешься убрать главу бюро расследований? Так его же не за что.

— Да нет, — покачал головой Костелло. — Есть информация о его некоторых… Пристрастиях. Нетрадиционных. Ты сам знаешь, в какой стране мы живем, и как к этому относятся. Так что… Я ввел своего человека в его окружение, и если все получился, то Гувер к нам не сунется очень долго. Если не никогда.

Я хмыкнул. Не знаю, на чем он там собирался поймать главу ФБР, но это было интересно. И Костелло вел свою игру, как и предполагалось хорошему консильери. Причем делал это для того, чтобы защитить Семью. Лишь бы он при этом наоборот не настропалил его против нас.

— Главное — осторожнее будь, — сказал я. — Чтобы он наоборот не взбесился. Иначе…

Продолжать я не стал, тут и так все было понятно. Если Гувер возьмется за дело, то все пойдет плохо. Потому что основной нелегальный бизнес все еще алкоголь, и за него вполне себе сажают. Ну и есть вещь еще похуже — неуплата налогов. И пусть книги в надежных местах, но все-таки.

— Все осторожны, — кивнул он. — Но если все пройдет хорошо, он к нам не полезет.

— Давай тогда выпьем за то, чтобы все прошло хорошо? — предложил я, снова разливая виски по бокалам.

Мы чокнулись и выпили. Я откинулся на стуле. Отдых интересный получился, и я узнал о новых проблемах, которые предстоит решать. Но ладно, в первый раз, что ли.

Глава 3

В свой социальный клуб на Малберри я приехал около девяти утра. Как на работу, честное слово. Но это нормально — если ты работаешь на себя, то ты работаешь двадцать четыре на семь, для того, чтобы не работать на дядю. А я теперь работаю именно на себя, никого надо мной нет. Я — босс, мать его.

Вчера был день сбора доли, ко мне приезжали капо, потом люди Мэддена, потом Бампи Джонсон. Деньги текли, и я вчера же отправил их к Лански, пусть инвестирует, тем более, что указания я ему дал.

Сегодня же все попроще — день приема людей, ну и с бумагами я тоже поработаю. В клубе уже торчали несколько моих парней в качестве охраны и помощников, газеты свежие, кофе и выпечку они тоже принесли. Но посетителей пока не было, хотя старики наверняка придут проводить время и играть в свой любимый бриск на мелкие ставки — по никелю или дайму.

Но перед тем, как заняться бумагами, я взялся за газеты. Интересного было много. Про депрессию, естественно, про напряженность в Европе. Особенно это коснулось Германии и Австрии. Экономический кризис распространялся, и рано или поздно эта напряженность прорвется, если никто не вмешается.

Еще много писали про жару в Нью-Йорке — она уже стояла во все края. Много писали про спорт, кое-что про криминал.

Из забавного было только то, что Италия разрешила Ватикану выпускать собственную валюту — до миллиона лир в год. Вот это вот смешно как-то даже. Хотя я вроде как теперь подчинен Ватикану, набожный католик все-таки.

Потом занялся бумагами — считал, писал в блокноте по-русски латиницей, еще считал, и так далее. К десяти появились первые просители, ничего особенного. Мелкая банда на одной из улиц Маленькой Италии задирала прохожих — на большее они, похоже, способны не были, даже не попытались какую-нибудь лавочку под крышу взять. Их даже бить не нужно будет, они ничего такого не сделали. Отправлю людей, пусть разберутся на словах, если там будут толковые парни, то привлекут их к нашим делам. Окажутся непонятливыми — пошлю Бруни и его парней, пусть немного поработают битами.

Естественно, приходили за деньгами, и я давал, пусть уже не так щедро. Приходилось смотреть, кому и на что даю, потому что бизнесы постепенно начинали прогорать один за другим.

Обычный день, короче говоря.

По крайней мере, я так думал. Потому что к одиннадцати зазвонил телефон. Один из моих парней подошел, поднял трубку, что-то сказал, послушал, а потом повернулся ко мне:

— Костелло, босс.

Фрэнк. Если уж он звонит, значит дело не такое простое. Ну что ж, будем разбираться.

Я подошел к телефону, забрал у парня трубку, жестом показал ему отойти в сторону — такие разговоры не для непосвященных.

— Фрэнк, слушаю тебя.

— Чарли, — голос был ровный, но при этом было отчетливо слышно, что его что-то беспокоило. — Из Чикаго новости. Если честно, не очень хорошие.

— Говори, — сказал я.

— Моран зашевелился, — сказал он. — После того, как Аль уехал, его люди стакнулись с несколькими бандами и начали отжимать бизнесы у «аутфита». Пивные заводы, склады, точки. Нитти держится, но там серьезно все.

Моран. Сперва Вакси приперся в клуб и полез в драку, а теперь вот Багс Моран. Только этого мне не хватало, если честно. Я-то думал, что после резни в День святого Валентина он никогда не поднимется. Но надо же, то, что самый большой конкурент уехал, похоже, придало ему бодрости. Снова силу почувствовал.

Интересно, в той истории, которую я знаю, так же было, когда Капоне посадили в тюрьму? Черт его знает, я не в курсе. Может быть и так, но я об этом ничего не слышал. Да я вообще слышал о мафии пусть и много, но не все из этого было достоверным. Все-таки тайное общество, лидером которого я стал, считай, масонская ложа.

— Откуда информация? — спросил я. — От наших людей?

— Нет, — ответил Костелло. — Капоне сказал Нитти, что если что-то случится, чтобы он обращался к тебе за помощью. Но судя по тому, что он обратился, дела идут в действительности плохо. Так что…

Ну да, я ведь говорил Капоне, что помогу его организации удержать Чикаго. Нитти позвонил моему консильери — это по правилам. И