Эффект дикого зверя - Лэйн Аконит

Лев вновь бросается на нее, его клинок скользит по воздуху, с каждым разом все ближе и ближе. Девушка пускается наутек, но под ногами оказывается коряга. Она запинается об неё и летит вперёд.

Лев хватает ее за руку, и поворачивает к себе лицом резким движением, причиняя сильную боль.

— Думаешь, что можешь обыграть меня? — из его рта вырывается слюна, попадая на лицо. — Ты ошибаешься. Я буду победителем. Даже если мне придётся убить всех до единого.

Он крепко держит Аду за шею одной рукой, а вторую с клинком заносит над головой для удара. Девушка столбенеет, наблюдая за опускающимся лезвием как зачарованная. Она понимает, что ей конец.

Но внезапно, словно вихрь, в потасовку врывается Рысь, налетая на Льва с яростным воплем и отталкивая его от Ады. Рысь, хоть и меньше Льва, но быстрая и ловкая, с хорошей подготовкой. Её движения чёткие и верные обрушаются на Льва, заставляя на мгновение отступить.

Ада, воспользовавшись моментом, отскакивает в сторону, а Рысь продолжает яростно атаковать Льва, пытаясь выбить из его рук оружие.

Но Лев силен и коварен, резким ударом ноги он попадает в слабое место Рыси, заставляя её пошатнуться и закричать от боли, а после наносит несколько ударов по голове и спине, заставляя её повалиться. Ада бросается вперед, пытаясь помочь, но Лев грубо отталкивает её. Она ударяется затылком о дерево. Мир перед глазами плывёт и тело девушки обмякает.

Сквозь пелену она видит, как Лев приближается к ней, размахивая клинком. Девушка пытается встать, но пошатывается и сваливается на колени. Во рту появляется солоноватый привкус крови — результат прикушенного языка.

— Даже жаль тебя убивать, с тобой было весело, — с кровавой улыбкой произносит он.

Его рука замахивается на Аду, и в этот момент Рысь, собрав остатки сил, бросается на него. Рефлексы Льва срабатывают молниеносно, и он резко оборачивается. Слышится сдавленный стон.

Ада часто моргает, пытаясь понять, что произошло. Когда до неё наконец-то доходит, она резко выдыхает.

— Рысь…

Мир замирает.

Лев вытаскивает из груди Рыси окровавленный клинок и толкает её назад, заставляя ошарашенную девушку свалиться с ног.

— Блять, Лиса просила тебя не убивать. Но ты сама виновата.

Лев усмехается, посмотрев на Аду.

— Пожалуй, я все же сохраню тебе жизнь, хочу увидеть твои мучения, когда я убью твоего дружка, — а потом, развернувшись, исчезает среди деревьев.

Ада, тяжело дыша, опирается на руки, встаёт на четвереньки и ползёт к Рыси. Ее сердце разрывается от боли из-за увиденного. Рана, нанесенная Львом, расползается на груди Рыси узором, напоминающим распустившийся цветок.

Ада зажимает рану руками, пытаясь остановить поток густой, тёмной крови.

— Держись, Рысь. Ты слышишь? Я позову Змею, она поможет.

— Н-не-ет... — надрывно хрипит Рысь, хватая Аду за одежду, не позволяя уйти, словно боится, что она исчезнет, оставив ее одну в этом кошмар. — Останься.

— Но ты ведь... — Ада давится собственным слезами, слова застревают в горле. — Рысь, ну пожалуйста.

— Н-ника… — произносит она, ее взгляд затуманивается, словно она смотрит сквозь Аду.

— Что?

— Моё... имя. Я… Ника, — шепчет девушка все с большим трудом

— Меня... меня зовут Ада.

— Ада? — на её лице появляется слабая, искаженная болью улыбка. — Ада королева ада ха... ха..

Ада улыбается сквозь слезы.

— Херня твоя шутка, — говорит она голосом полным нежности и печали.

— Победи их... Ада... разорви им глотки.

— Ты должна была помочь мне в этом! — её голос дрожит от отчаяния и несправедливости.

— Прости... — шепчет Ника, и ее глаза на мгновение закрываются, словно она устала бороться.

— Спасибо... Ты спасла меня.

— Нет проблем... — произносит она в последний раз и затихает, судороги прекращаются, и ее дыхание навсегда замирает.

Ада остается сидеть рядом с ней, ее руки полностью в густой, липкой крови, а ее сердце разрывается от боли и отчаяния. Она прижимает к себе бездыханное тело Ники и тонет в море своих слез.

Смерть. Опять смерть. По её вине.

Непонятно, сколько времени проходит, но из помутнения Аду выводят чьи-то касания. Девушка не понимает, что от неё хотят, не осознает происходящее, продолжает цепляться за бездыханное тело, не отпуская. Она должна быть рядом, Ника просила не оставлять её.

Чья-то огромная фигура поднимает и забирает у неё Нику. Ада вырывается из хватки, кидаясь вперёд, громко кричит, пытаясь остановить их. Но хрупкие руки обхватывают её сзади, пытаясь сдержать. Ада переводит взгляд, отвлекаясь. Рядом с ней Зайка, шепчет что-то ей в ухо в попытке успокоить, пока сама пытается не зайтись в рыданиях.

Дальнейшие события происходят как в тумане, Ада уже и не вспомнит, в какой момент её привели обратно к костру, сколько прошло времени. Чужие слова отзываются в ушах непонятным гулом. Кажется, они обсуждают её, наверное, думают, что она окончательно свихнулась. Ну а ей то что? На месте сердца зияет дыра, поглощающая любую эмоцию.

Ада ощущает себя до невозможности пустой.

К вечеру возвращаются Сокол и Волк. Заметив уныние и тоску на лицах участников и недосчитавшись трех участников, они все понимают.

Ада не готова рассказывать, что именно произошло, поэтому произносит лишь три слова. Лев, клинок, убил.

По-видимому, Лиса оставалась в лагере отвлекающим маневром, а потом, прихватив карту местности и оставшиеся припасы, сбежала, не подозревая, что натворил её временный союзник.

Волк пытается привести Аду в чувства, поддержать, но она отталкивает его, говоря о том, что не хочет ничего слышать. Она поднимается с места и быстрыми шагами уходит подальше от остальных. Парень болезненно смотрит ей вслед, не желая оставлять её одну, но напирать, пока она в таком состоянии, не может. Ведь поддержка в данном случае может обернуться худшим.

Она сидит возле берега, бездумным взглядом всматриваясь вдаль. Рядом скрипит песок, Ада поворачивает голову, замечая мужчину, идущего к ней.

— Свали, Сокол, — сухо произносит она

Но он не слушает и садится рядом.

— Когда я просил тебя об этом, ты никогда не уходила.

— Что ты от меня хочешь?

— Исповеди.

— Ты не слишком похож на бога, чтобы перед тобой исповедоваться.

— Не слишком, но отчасти?

— Сокол, — устало просит Ада. — Мне не до шуток.

— Собираешься заняться самобичеванием? Будешь рыдать, жалея себя?

— Да какое тебе то дело?! Тебе вообще на все наплевать.

— Не наплевать, но толку от того, что я сяду в сторонку, тихо плача?

— Что, по-твоему, я должна сделать? Вести себя как ни в чем не бывало? Смириться, только потому что я изначально знала, что все так может закончится? Это так не работает!

— У тебя нет выбора. Вздумала