Контракт с грядущим 2 - Михаил Никитич Ишков

о немыслимом, наделенные способностью вдыхать кислород в смеси с азотом, не могли бы выжить и оправдать свое существование, если кроме атмосферы нашего мира не существовало бы еще какого-то иного воздуха. Если бы не существовало согласия… Если кроме времени не существовало бы вечности.

Ведь именно Вечность являлась царством истины.

В вечности, кроме музыки Моцарта и стихов великих поэтов; без святых, творящих чудеса, без претерпевших мученические и героические смерти людей и давших нам, антропам, великий пример выживания, мы, двуногие разумные существа, быстро сгинули бы. Но в вечности сохраняется памятный след каждого настоящего подвига, каждого подлинного чувства, даже если никто не знает о них, не видит, не запишет и не сохранит для потомства.

В вечности нет потомства, есть только современники.

С этим принципом согласились и малионы, ведь смертельная опасность кого хочешь принудит к пониманию правды и истины.

Глава 5

Опасную миссию сообщить амтонгам, что «млечнопуты» из соседней вселенной, которых пилот Малион под принуждением доставил по эту сторону фазового перехода, сбежали.

Разработать эту операцию, с помощью которой высшие власти скопления Округлости решили отбиться от своих злейших врагов-странников, а также убедить их в своей непричастности к этому делу, поручили Киллиону.

Схема была на удивление проста – якобы «млечнопуты» оказались не просто жертвами-путешественниками, но и исключительно хитрыми агентами, которых «вражеский» синклит из Млечного Пути специально заслал в чужие, азотно-боровые просторы. Якобы в момент пробуждения и выхода из кротовой норы «гости» с помощью ядовитой дыхательной смеси сумели привести Малиона в бессознательное состояние, и на собственном межзвездном шаттле, который они ловко встроили в изготовленный на родине малиона разведывательный челнок, поспешно скрылись в свободном межгалактическом пространстве.

Это было крайне рискованное предприятие, и весь интеллектуальный заряд, заложенный в этот дающий хотя бы какую-то надежду замысел, малионы потратили на тщательную подготовку этого смертельно опасного фокуса, чем убедили меня, деснийца, Вовоку в возможности исполнения этого небезопасного для нас, «межфазовых путешественников», замысла.

К разработке схемы привлекли «провидцев»-экспертов, «хитроумных» сотрудников «размышляющих» служб, а также особых, самых изобретательных технических работников.

Прежде всего, с моего согласия, малионы изготовили точную копию нашего земного межфазового шаттла, практически неотличимого от настоящей Сивки-Бурки. Для маскировки использовали практически весь набор родных материалов, а также накачали копию кислородно-азотной смесью. Вовока настаивал, чтобы его в качестве агента тоже поместили на поддельный астероид, на котором якобы укрывался наш Конек-Горбунок, однако я резко отказал ему.

Пингвин-десниец поддержал меня.

– Ты еще здесь пригодишься, – объяснил он рвавшемуся в бой ИИ. – Без тебя нам худо придется. Как без тебя мы одолеем фазовый переход в нашу вселенную?

Я добавил.

– Если понадобится помощь в изготовлении копии Дружка, ты ее окажешь, но принять участие в операции подмены я тебе не позволю. Как без тебя мы осилим кротовую нору?

Дружок тоже поддержал нас.

Вовоке хватило соображалки не настаивать и согласиться с командой, после чего он принялся за виртуальную организацию перехода в кротовую нору, потому что прошлый опыт преодоления фазового состояния слишком дорого нам дался. Одновременно искин помогал Малиону в изготовлении копии Сивки-Бурки.

Погрузившись в вычисления и размышления, чемодан без ручки сначала долго взвешивал другие возможности обратного отскока через кротовую нору, рассчитывал алгоритмы, выстраивал более надежный способ преобразования естественных особей в квантовую программу.

К сожалению, других реальных вариантов ему обнаружить не удалось.

Что касается нашего случая, он еще раз детально изучил материалы, связанные с прорывом естественных особей через кротовую нору, с преобразованием живых существ в сгустки экзотической программы, составленной из инфонов или первочастиц, с помощью которой мы должны были преодолеть кротовую нору.

Он там много чего в виртуальных и цифровых программах подправил, подчистил, добавил, но, главное, сумел так преобразовать квантовые цепи, что я как капитан получил возможность запоминать все этапы перехода, а также последовательности обретения плоти.

Наконец, изготовление копии земного межзвездного шаттла было закончено.

Наступил момент запуска его в недра искусственного каменного астероида, изготовленного в Округлости. Всей компанией мы устроили прощание с Малионом, который должен бы доставить копию нашего Дружка в назначенное место, после чего по сценарию вернуться в Округлость и, не теряя вечности, с нами на борту стартовать к черной дыре.

Мне хотелось верить, что на какой-то отрезок времени наши параллельные галактики будут спасены от вторжения амтонгов, для этого нам было необходимо вновь нырнуть в черную дыру.

Глава 6

Как говорится, последний бой – он трудный самый.

В первые минуты после старта мне непроизвольно вспомнилось, как со стороны Млечного Пути выглядит Стрелец А*. Зрелище, насколько я сумел запомнить, было унылое – угрожающий гибелью оранжевый бублик с темной червоточиной или, точнее, петля диаметром 26 миллионов километров, состоящая из окружающего сингулярность раскаленного газа. Скрытый в непрозрачных облаках межзвездной пыли Стрелец А* наблюдается только в радиодиапазоне.

В окрестностях центральной черной дыры было достаточно тесно и оживленно.

Тесно – не то слово.

В центре Млечного Пути был расположен балдж – сгущение диаметром 25 000 световых лет, плотность звездного населения, в котором примерно в 10 000 раз больше, чем в окрестностях Солнца. Балдж сгущался к центру и переходил в ядро, имеющее диаметр 3000 световых лет и еще в 100 раз более плотное. Стандартное расстояние между звездами в этой области измерялось световыми месяцами, а то и сутками, а не годами. Ничего особенного в таком жутком перенаселении, впрочем, нет.

Однако выжить в таком пространстве было очень гипотетично.

Спутниками Стрельца А* являлись две черные дыры промежуточной массы (100 тысяч и 32 тысячи солнц), образованные, вероятно, слиянием множества погасших квазизвезд. Какая из них выводила в галактику Округлости, мы не знали. В этом и состояла главная опасность нашего прорыва. Риск был мало того, что неминуем, но, скорее всего, смертельно опасен, так как в нашей вселенной мы могли оказаться слишком далеко от Млечного Пути.

Когда-то давным-давно, нам все равно, главная черная дыра, расположенная в центре нашей галактики, прекратив лучевые атаки на окружающее пространство, начала вновь притягивать газ, уплотняя его, что в результате привело к первому взрыву галактики – цепной реакции звездообразования, при которой ударные волны от взрывов сверхновых уплотняли газовые облака, приводя к образованию новых гигантов.

Судя по низкой по меркам гигантских галактик массе Стрельца А*, материю это черное чудовище вскоре перестало пожирать. Излучение оттеснило газ, изолировав дыру от облака. В молодой галактике эта история сотни тысяч раз воспроизвелась в миниатюре.

Облако остывало, что вело к снижению внутреннего давления при том, что плотность всё