Барон особого назначения. Том 4 - Евгений Щурский

— Как скажете, — пожал я плечами. — Фамильяра только позову.

Я выставил руку в сторону и мысленно позвал своего пернатого разведчика. Не прошло и трёх секунд, как раздался хлопок телепорта, а на плече моём материализовался верный боевой товарищ.

— Кар? — вопросительно наклонил он голову.

— Райден, — я указал рукой в сторону гостьи. — Это Ирина. Она проводит нас к Лешему. Прогуляемся по лесу, поглядим на летнюю тайгу?

— Кар! — утвердительно кивнул ворон.

— Смышлёный малый! — травница прищурилась, расплывшись в улыбке. — Пригодится он тебе в твоём походе! Но больше никого с собой не бери. Леший не любит незваных гостей.

— А меня он точно позвал? — уточнил я.

— Естественно, сынку! — старушка закатила глаза так, будто я спросил совсем уж откровенную глупость. — Стала бы я твои пороги целый месяц просто так околачивать?

С корабля на бал. С тех пор, как я очутился в этом мире, регулярно вспоминаю эту фразу, что так точно описывает мои похождения. Хотел же тихо мирно посидеть в имении, дела в порядок привести, да людей своих дождаться…

А вместо этого плетусь куда-то вдвоём с подозрительной бабкой, которая наотрез отказалась вести кого-то ещё, кроме меня и Райдена. Ворон летает где-то поблизости, высматривая засады на местности, а я, погружённый в свои мысли, попутно пытаюсь выслушать рассказ травницы.

Как оказалось, призвание это перешло ей от матери, а той от бабки, и так далее. В общем, семейный бизнес, если можно так выразиться. Живёт она в лачуге, парой километров восточнее от города, подальше от гор, и действительно ходит за коврижками каждое утро. Полезно для ног, говорит.

В общем, пройдя мимо её лачуги, прошли мы ещё с пару километров, и за это время историй я наслушался вдоволь. В основном они были житейскими — то с мышками договорилась, чтоб зерно заготовленное не ели, то оленью стаю изгнала, что повадилась цветы ей топтать.

— Ну, вот она, — спутница ткнула рукой вниз. — Тропинка твоя!

— Еле разберёшь… — протянул я, вытаясь высмотреть едва заметную ложбинку в траве.

Тропинка шла вперёд на несколько метров, а потом терялась в ещё более высокой поросли бурьяна, лишая всякой надежды на простое путешествие.

— Не сцы, внучек! — Ирина ловко шлёпнула меня по бедру и на мгновенье виновато покосилась, будто внезапно вспомнила, с кем она вообще беседы ведёт. — Ну так вот, — вновь приосанилась травница. — Ты, главное, вперёд иди. А тропинка тебя сама куда надо доставит!

— И как долго идти, никто не знает? — усмехнулся я.

— У каждого свой путь, — философски заметила спутница. — Хош, коврижку тебе с собой дам?

— Ну давайте, — я протянул руку, чтобы забрать угощение, но Ирина вцепилась в коврижку и пристально посмотрела мне в глаза.

— Не балу́й там, господин барон, — покачала головой травница. — Не то беды накличешь на нас всех, да и сам сгинешь!

— Не до баловства мне, — серьёзно ответил я, пряча коврижку в хранилище. — Удачи вам, Ирина!

— И тебе ни пуха, дружок!

Тропинка извивалась под ногами, бодро вихляя из стороны в сторону, причём не хотела показывать дорогу дальше, если я шёл ровно, будто испытывала меня. Мол, идёшь криво — показываю маршрут. Решил срезать — будь добр, вернись назад и пройди нормально.

Поначалу я пытался бороться — попросил Райдена разведать, в какую сторону ведёт тропа, где там прячется Леший, и так далее, но никакого результата это не принесло. Пришлось сдаться и путешествовать весёлой змейкой, на ходу избегая небольших лужиц, ещё не высохших под густой чащей леса.

Признаться, я почти уверен, что слышал где-то у себя за спиной ехидные стариковские смешки, но сколько бы я ни оборачивался, никого заметить не мог. Ни Райден, ни магическое зрение, тоже не обнаружили сторонних наблюдателей, но я знал: где-то в гуще деревьев есть соглядатай, внимательно изучающий каждый мой шаг. И что-то во мне его знатно смешило. Уж не походка ли?

Я вышел на просторную полянку, покрытую разноцветными цветами, названия которых так и вертелись на языке, но никак не хотели приходить на ум. Место казалось сказочным, но зацепило меня другое: тропинка вела через центр лужайки и, судя по всему, проходила мимо огромного медведя, мирно спящего на земле.

— Вот так Потапыч, — хмыкнул я себе под нос. — Здоровенный, зараза… Но вроде обычный, не мутант.

Добравшись до середины полянки, я устало вздохнул — чтобы пройти дальше, нужно было куда-то деть медведя. А он, судя по утробному рычанию и напряжённой позе, не шибко был рад меня видеть. Хотя, может это медведица была? И глаза у неё были такими… женскими? Будем считать, что так.

Я присмотрелся внимательнее и обнаружил проблему — животное попало в капкан, надёжно вкопанный в землю и, вероятно, приняла меня за охотника, готовясь защищаться.

Убивать животное, не пытающееся меня загрызть, мне не позволила совесть. Да и смотрела она на меня скорее с испугом, чем с угрозой. В очередной раз пожурив себя на тему того, что слишком легко вписываюсь в авантюры, я начал напитывать энергией щит бездны.

— Спокойно, маленькая, — тихим, добрым голосом сказал я, осторожно выставляя руки перед собой. — Я тебя спасу.

Медведица ощерилась, рыкнула и припала к земле, явно давая понять, что без боя не сдастся. Я выдохнул и замер на месте. Медведица тоже застыла, не сводя с меня глаз. Точно же!

— Сладкое любишь? — я неторопливо потянулся к кольцу и вытянул из него увесистую коврижку, повертев её в руке.

Взгляд медведицы стал заинтересованным, но всё ещё настороженным. Голова будто сама собой наклонилась вбок, а уши, до этого прижатые к голове, встали торчком.

— Я тебе вкусняшку, — я снова повертел угощение в руке, — а ты не будешь меня кусать. Идёт?

Медведица наклонила голову в другую сторону. Намерения её были не ясны, но в глазах, помимо страха, решимости и безысходности, показался интерес.

Моя броня, плюс щит бездны… Даже если она полоснёт меня, урона почти не будет. Может, отлечу на пару метров. Значит, можно попробовать. Дав мысленную команду Райдену лишний раз не отсвечивать, я плавно начал подбираться к медведице, держа коврижку на вытянутой руке перед собой.

Остановившись на полпути, я замер, давая новой знакомой принюхаться. Усы, шевелящиеся на её внушительной морде, зашевелились вместе с