Девушка со спицами - Мария Кузьмина

Глава двадцать третья. Киник много говорит

1

На столе разложены предметы – все её вещицы.

Спицы, очки, кораблик, камни, пёрышки. А ещё маленькое полотно, размером с носовой платочек, связанное из нитей судьбы. Киник сказал – это детали. Ей нужно их собрать. Ну что ж… Фаруза ушла на рынок за продуктами, и Румяне никто не должен помешать. Она разгадает шараду и вернётся в свой мир.

Снова заболело там, где живёт душа. Румяна часто стала с ней разговаривать. Со стороны казалось, что она слегка свихнулась и говорит сама с собой. Но она просто общалась с душой. Самое сложное было найти для этого время и место, где её никто не слышит. Да, с этим было туго: последнее время вокруг неё стало так много людей, и она всем стала очень нужна. Когда-то тяготившее её одиночество стало желанным и недостижимым, как линия горизонта.

Стук в дверь. Эх, недостижимое одиночество! Румяна свернула карту, спрятала предметы и пошла открывать. Ампиров, как всегда, вошёл быстрым шагом, не снимая ботинок. За ним тут же расплывались дорожки грязи, смешанной с подтаявшим снегом. Румяна нахмурилась.

– Зачем вы здесь? – Она и не собиралась быть вежливой. Но внимательно посмотрела на гостя: как она раньше не замечала, что её бывший начальник одного с ней возраста? Если не младше! А ведь он ей внушал уважение и страх. Может быть, поэтому представлялся старше, чем он есть на самом деле?

– В теме с колодцами и деревьями тебе меня не переиграть, – атаковал Ампиров. – Ты же знаешь: у меня связи – везде…

– Так уверены? – Румяна выгнула бровь. Новое выражение в арсенале её мимики.

– Послушай, Румяна, что тебе нужно?

– А это не очевидно?

– Да прекрати отвечать вопросом на вопрос!

– Не задумывались, что я вообще могу не отвечать? Не впускать вас, не говорить с вами, смотреть мимо вас. Будто вы – призрак. – Она усмехнулась.

– Кто прошлое помянет – тому глаз вон.

– А кто забудет – тому оба.

– В твоём случае как раз лучше забыть о прошлой жизни. Лучше оставить всё, как было до того, как… Пока ты была моей помощницей. Поверь, в этом мире я могу помочь тебе устроиться. У нас с тобой гораздо больше общего, чем ты думаешь…

– Готовы раскрыть мне очередную тайну? – насмешливо спросила Румяна.

– Тайну твоей семьи, – произнёс Ампиров, и Румяна перестала улыбаться. – Наши матери – сёстры. Моя матушка так и не смирилась с тем, что эликсир молодости достался её сестре – твоей матери, Ладе. Она сгубила Ладу и тебя не пожалеет – лишь бы завладеть наследством. Это она просила меня забрать тебя из Остромира, чтобы сундучок с эликсиром достался ей. Видишь, тебе лучше оставаться здесь.

– Но зачем ей сундучок без ключиков? – Румяна невольно прикоснулась к медному кулону.

– Тут она просчиталась, – криво усмехнулся Ампиров. – Но стоит тебе вернуться – и она найдёт способ взять своё. Ведь ты забудешь обо всём, что здесь произошло.

– Неправда. Всё важное я заберу. Оно останется вот тут, – Румяна показала на свою голову, – и тут, – приложила руку к груди.

– Нет, Румяна, – покачал головой Ампиров. – Твоя память останется здесь.

«Так вот о чём говорил Граммофон! В сейфе были мои собственные воспоминания! Похоже, Ампиров не в курсе пропажи». – И Румяна с невозмутимым лицом произнесла:

– Спасибо за визит, но вынуждена просить вас покинуть этот дом. Я уверена, вы найдёте того, кто будет покупать вам леденцы, Винир Виленович… или как вас там зовут.

– Ты надеешься, что Стражи тебе помогут? Как бы не так! Тебе никогда не позволят прикоснуться к настоящим сказ-перьям.

– К настоящим?.. – растерянно переспросила Румяна.

– В орон бережёт перо похлеще, чем Барокко – свою линзу. Ведь оно – то самое, которое по-настоящему связывает миры. А твои спицы – лишь подделки, ничего не значащие.

«Так вот что хранится в тайнике Тревоговерта! – подумала Румяна. – Настоящее перо Птицы Слыть! Выходит, всё это правда – то, что написано в книге Начал Облакума».

– Барокко так не считает, – вслух произнесла она. – Зачем ему охотиться за подделками?

– Просто он ошибся. – На губах Ампирова играла весёлая улыбка, делая его похожим на мальчишку, которому удалась шалость. – Повёлся на игрушки.

– То-то вы от меня эти игрушки прятали! – усмехнулась Румяна.

– То есть мои слова тебя не убедили? – Ампиров стал серьёзным.

– Ни слова, ни угрозы, ни козни моей тётушки не заставят меня отказаться от Остромира.

– Я-то покину этот дом, – злобно произнёс Ампиров. – А вот тебе, надеюсь, покинуть этот мир не удастся. – И, увидев деревце в горшке на подоконнике, произнёс, едко усмехнувшись: – Если только не вырастишь себе новый тропос.

2

Когда Ампиров наконец ушёл, Румяна выдохнула и пошла искать чайник.

Какой бы ни была история её матери и тётки, у Румяны была своя собственная семья, к которой душа рвалась так сильно, что она даже стала опасаться: а не разделится ли надвое, как Ампиров, – не станет ли душа призраком, не улетит ли в Остромир, оставив бедное тело в сарафане и в одиночестве. Надо срочно вернуться к плану – собрать детали, как говорил Киник, и исчезнуть поскорее из этого Кедрова, навязшего в зубах, как мятные леденцы.

Иван Чаевич никак не находился.

– Пойду приготовлю раф…

Но и эта уловка не сработала. Чайник спрятался надёжно.

Румяна развернула карту. На неё поставила кораблик. Камни легко вошли в углубления посередине, друг за другом. Перья тоже нашли своё место – по бокам бортиков. Но что предполагается поставить вперёд, в длинную прорезь поперёк носа корабля?

Румяна положила руки на стол и прилегла на них, пристально разглядывая почти готовый к «полёту» кораблик. Из этого положения она увидела, как блестящий металл сверкнул с подоконника. Подойдя к окну, Румяна удивилась: за шторой прятался чайник. Она взяла его, но залюбовалась разгулом стихии за окном: ветер набрасывал снежинки в окно, так что Румяна даже зажмурилась – казалось, снег летит прямо на неё, но стекло надёжно защищало от снежной бури.

Тут её осенило: стекло. В кораблике должно быть стекло. Поставив чайник обратно на подоконник, она подбежала к столу и взяла очки златокринского дворецкого. Стёклышко встало в пустовавшую прорезь, будто всегда тут и было.

Теперь всё готово? Почти. Снаряжение, добытое разными способами – подарок от соседа-оформителя, артефакты из сна и разных демоверсий Облакума, – хранило частичку приключений её учеников и обещало ей