Диагноз: Смерть - Виктор Корд

голос звучит из каждого утюга в этом проклятом городе. В метро, в торговых центрах, на экстренных частотах полиции. Даже в наушниках у подростков. Мы хакнули всё.

— Отлично.

Я развернулся к остальным.

Вера сидела на полу, прислонившись спиной к дивану. Она сняла бронежилет — лишний вес сейчас только увеличивал потребление кислорода.

Борис лежал на ковре, глядя в потолок. Его грудная клетка вздымалась тяжело, с хрипом. Для такой горы мышц кислородное голодание наступит быстрее всего.

— Красиво сказал, Док, — пробасил он. — Про «мясников в белых халатах» и «торговцев душами». Думаешь, поверят?

— Люди верят в то, чего боятся, — я подошел к бару, достал бутылку воды. Пить хотелось нестерпимо. — А я дал им повод бояться не меня, а тех, кто их «защищает».

Я сделал глоток.

— Что теперь? — спросила Вера.

— Теперь мы ждем.

— Чего? Смерти? — она кивнула на вентиляционную решетку, которая молчала. — Воздуха осталось на час. Максимум на полтора, если перестанем двигаться и болтать.

— Мы ждем реакции. Орлов думал, что запер нас в склепе. Но он забыл, что в склепе тоже есть акустика.

Я подошел к пульту охраны.

Вольт вывел изображение с внешних камер на главную плазму в гостиной.

Картинка была черно-белой, зернистой, но понятной.

Лес вокруг бункера кишел телами.

Три тысячи «Кукол».

Они больше не стояли стройными рядами. Без контроля Кристалла они превратились в стадо. Они бродили между деревьями, натыкались друг на друга, рычали. Некоторые пытались грызть бетонные стены бункера, ломая ногти.

Это был океан безумия, отделяющий нас от свободы.

— Смотрите, — Вольт ткнул пальцем в экран. — Сектор Север-3. Трасса.

Камера, установленная на высокой сосне (замаскированная под скворечник), давала обзор на подъездную дорогу.

Там было зарево.

Не от фар. От огня.

— Они идут, — сказала Вера, поднимаясь. — Гвардия Орлова?

— Нет, — я прищурился. — Гвардия ходит строем. А это… это бунт.

Вдали, на шоссе, двигалась колонна.

Разношерстная, хаотичная.

Грузовики, обшитые листами железа. Байкеры с факелами. Старые автобусы, раскрашенные граффити.

Это были не военные.

Это были банды. Жители трущоб. Наемники-одиночки. И просто злые граждане, которым только что рассказали, что их родственников не лечили, а пускали на запчасти.

Мое обращение сработало как детонатор.

Я не просто раскрыл правду. Я объявил награду.

«В подвалах Орлова есть лекарство от всех болезней. И там есть списки тех, кто убивал ваших детей. Придите и возьмите».

Я открыл ящик Пандоры.

— «Бешеные Псы», — узнал эмблему на головном джипе Борис. — И «Степные Волки». И даже парни с Порта. Ты собрал всех отморозков города, Док.

— Я дал им цель, — поправил я. — Орлов хотел войны? Он получил революцию.

Колонна врезалась в толпу «Кукол» на окраине леса.

Началась бойня.

Бандиты стреляли из дробовиков, давили био-дронов колесами, жгли их коктейлями Молотова.

«Куклы» отвечали с животной яростью. Они разрывали металл, вытаскивали водителей из кабин.

Это была битва двух стихий: организованного криминала и неконтролируемой биомассы.

И посреди этого ада, как маяк, стоял наш бункер.

— Они прорываются, — заметил Вольт. — У бандитов тяжелое вооружение. Они расчищают путь к воротам.

— Они идут спасать нас? — с надеждой спросил Кузьмич.

— Они идут грабить нас, — я перезарядил свой костный пистолет (трофей из медотсека Орлова, стреляющий иглами). — Они думают, что здесь сокровищница. И они правы.

Внезапно свет в бункере мигнул.

Вентиляция, которая молчала последний час, издала натужный скрежет.

ВЖУХ.

Поток воздуха ударил из решеток.

Свежего, холодного, пахнущего гарью воздуха.

Мы все жадно вдохнули. Голова закружилась от кислородного удара.

— Он включил воздух? — удивилась Вера. — Орлов сжалился?

— Нет, — я посмотрел на экран.

К воротам бункера, сминая остатки «Кукол» и расталкивая машины бандитов, подъехал черный лимузин.

Тот самый, на котором я ездил к Волкову.

А за ним — два БТРа с маркировкой Банка «Золотой Грифон».

Из лимузина вышел человек.

Сергей Волков.

Он был бледен, держался за живот, но стоял прямо. В другой руке он держал мегафон.

Рядом с ним суетились техники, подключаясь к внешнему щитку бункера (видимо, они и взломали систему жизнеобеспечения снаружи).

Голос Волкова, усиленный динамиками, пробился сквозь стены:

— КОРДО! Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ТАМ! ОТКРЫВАЙ! Я ПРИШЕЛ ОТДАТЬ ДОЛГ!

Я расхохотался.

Смех перешел в кашель, но я не мог остановиться.

— Долг… — выдохнул я. — Он пришел не отдавать долг. Он пришел защищать свои инвестиции. Я — единственный, кто может вылечить его печень. И он не даст какой-то толпе разорвать своего личного врача.

— Открываем? — спросила Вера.

— Открываем.

Я нажал кнопку на пульте.

Массивная плита входа поползла вверх.

Снаружи, на фоне горящего леса и сражающихся людей, стоял Волков с отрядом банковского спецназа.

Он увидел меня — в шелковом халате, с пистолетом в руке и безумными глазами.

— Ты выглядишь как дерьмо, Виктор, — крикнул он.

— А ты выглядишь как человек, у которого открылось кровотечение, — парировал я. — Заходи. У нас вечеринка. Вход платный — голова Орлова.

Волков вошел в холл по-хозяйски, стряхивая пепел с лацкана кашемирового пальто на мраморный пол, который и так был залит грязью и кровью.

За его спиной в бункер втекала черная река — штурмовая группа Банка.

Профессионалы.

Никаких лишних движений. Тяжелая пехота в экзоскелетах занимала ключевые точки, оттесняя Веру и Бориса (которые напряглись, но оружие не подняли). Техники в оранжевых комбинезонах уже тянули кабели к серверной, игнорируя протестующий писк Вольта.

— Уютно, — Сергей окинул взглядом разгромленную гостиную, сломанный рояль и трупы «Кукол», которые мы еще не успели убрать. — Стиль «поздний апокалипсис». Орлов всегда любил пафос, но ты, Виктор, добавил интерьеру… живости.

Он подошел ко мне.

Вблизи он выглядел хуже, чем издалека.

Желтые белки глаз. Сосудистая сетка на щеках. Тремор рук, который он пытался скрыть, сжимая трость с золотым набалдашником.

Мой пациент умирал. Медленно, но верно. Печень отказывала, отравляя организм токсинами распада.

— Ты пришел за рецептом, Сергей? — спросил я, убирая пистолет за пояс халата.

— Я пришел за активом, — он кивнул на своих бойцов. — Моя группа зачистила периметр. Банды мародеров и твои… питомцы… оттеснены в лес. Мы организовали коридор. Собирайся.

— Куда?

— В Центральный офис Банка. Там есть оборудованный стационар, охрана и, что самое главное, чистый воздух. Здесь тебе оставаться нельзя.

— Почему?

—