Тимур и его отряд - Петр Алмазный

Я же продолжал крутиться возле орла. То посмотрю на него, то повернусь спиной и посмотрю внутрь башни.

Я пытался, как и раньше в случае с коршуном, поставить себя на место князя. Где бы я расположил тайник, так чтобы на него нельзя было случайно наткнуться.

Понятное дело, что здесь вряд ли стали бы проводить перепланировку. Ремонт в ближайшие десятилетия тоже под вопросом. Разве что косметический. Только вот деталей интерьера внутри башни очень мало.

Лестница в глобус была по центру. От нее лучами к куполу уходили дорожки, по которым можно было передвигаться. Дорожки упирались в металлические каркасы, которые и держали купол. Между металлическим каркасом были стеклянные вытянутые окна.

Как бы я не крутился. Я никак не мог понять, где здесь можно спрятать сокровища.

Тогда я вернулся к орлу и обратил внимание, как странно у него повернута голова. Он смотрел одним глазом в город, а другим глазом внутрь башни, но чуть под косым углом.

Может это и есть указание.

Тогда я обернулся и постарался провести условную линию взгляда орла. Она упиралась в металлическую держащую конструкцию, в ее основание.

Я подошел к ней, встал на колени и стал осматривать соединение пола и конструкции. Просто визуальным осмотром я не стал ограничиваться. Стал все щупать вокруг, пытаться повернуть, покрутить, нажать.

Металлическая конструкция состояла из двух параллельных шпал, соединенных на равных отрезках перекрытиями, так что образовывались квадратные соты. Соты же внутри для прочности скреплялись двумя поперечными шпалами, за которыми было углубление. Но вот спрятать тут ничего было нельзя.

Кажется, пора было признать, что загадка князя Карягина была мне не по зубам, но тут я обратил внимание на место где дорожка упиралась в каркас.

Куда-то сюда и смотрел орел. Тут аккуратно стоял металлический ящик, где раньше стоял электрический щиток. По каркасу внутрь глобуса уходили электрические кабели подсветки рекламной иллюминации глобуса. Но точно такой же щиток стоял и напротив.

Зачем нужно два щитка?

Я попробовал сдвинуть щиток в сторону, но он не поддавался. Я попробовал его открыть, тоже безрезультатно.

Сбоку на коробке находился металлический диск с прорезками, похожий на телефонный. Внутри прорезей цифры. Сверху металлическая стрелка. И тут меня осенило.

Я вставил палец в цифру «два» и попробовал прокрутить, но диск упорно не хотел сдвигаться с места.

Я тянул и тянул, и наконец у меня получилось. Я довел палец в отверстии до стрелки и отпустил. Диск замедлено вернулся в исходной положение.

Я вставил палец в цифру «восемь», довел ее до стрелки и отпустил.

«Двадцать восемь» номер Дома Зингера.

Когда диск вернулся в исходное положение внутри ящик что-то щелкнуло и часть пола перед ним поднялась.

Внутри оказалась небольшая емкость, достаточная для того, чтобы спрятать уже знакомый нам металлический ящик. Похоже их сделали на одном заводе.

Я аккуратно достал ящик из углубления и поставил рядом с собой. После чего нажал на плитку пола сверху, и она вернулась на место, с щелчком закрылась.

Загадка князя Корягина оказалась разгадана.

— Тимур, голова. Я всегда говорил, что Тимур у нас голова, — гордо заявил Пашка, даже не пытаясь подняться с пола.

Славка тут же подошел ко мне и посмотрел на ящик.

— Он меньше, чем остальные, — сказал он. — Вряд ли тут что-то большое могло поместиться. Наверное, самый маленький клад.

— Маленький, да удаленький, — сказал я обнадеживающе, хотя коробка в моих руках весила не больше чем просто коробка.

Я начал опасаться, что она внутри пустая.

Я подошел к Портному и передал коробку ему.

Портной взял, поставил на пол и открыл ее. Внутри были бумаги, свернутые трубкой и стянутые резинкой.

Портной взял бумаги, стянул резинку и развернул их. Всего листов было пять. Он внимательно изучил каждый и сказал:

— Похоже, мы нашли царь клад. Это всем кладам клад.

— Да что там такое? — Пашка выглядел разочарованным.

Он из-за каких-то бумажек испытывал столько дискомфорта. Что там в этих бумажках может быть такого царского?

— А здесь у нас ребята. Большой список ячеек в швейцарском банке в Цюрихе и письмо-доверенность на предъявителя. По этому письму любой может прийти в банк и получить доступ к ячейкам, а в бумагах секретные коды, которые откроют ячейки. Там хранятся несметные сокровища. Напротив каждой ячейки есть опись содержимого. Мы на эти сокровища сможет сотню заводов построить, или не тысячу. Да мы такое нашли…

Всегда невозмутимый Портной потерял дар самообладания и захлебнулся словами от восторга.

Он аккуратно свернул листы назад в трубочку, оплел резинкой и положил внутрь жестяной коробки.

Больше нам в башне делать было нечего.

Мы возвращались назад победителями.

Больше всех сиял Пашка. Он шел с высоко задранной головой и сиял как начищенный пятак. Не только от того, что мы нашли клад, но также и от того, что ему удалось справиться с боязнью высоты.

Когда я нашел коробку, Пашка от нетерпения забыл обо всем и вскочил на ноги. И все время пока Портной открывал коробку, переступал с ноги на ногу от желания самому ее открыть.

Когда же Портной достал бумаги, Пашка сперва в кладе разочаровался и только тут заметил, что твердо стоит на ногах и думать забыл о своих страхах.

Первым шел я, за мной Пашка, потом Славка. Последним Портной с металлической коробкой в руках.

Мы спустились по лестнице из башни в служебное помещение, вышли на седьмой этаж и тут дорогу нам преградил Бульдог с пистолетом в руке.

— Ну вот мы и встретились, щенок.

Кажется, у меня какое-то дежавю. Где-то я уже это слышал. Рассказать ему, что тот кто мне говорил это в прошлый раз, плохо кончил? Я воздержался.

Бульдог обращался ко мне. Он толи не видел стоящего за нами Портного, толи просто Портной был в тени и его не было видно.

— Что думал обхитришь старика Казанского? Да я такие авантюры проворачивал, что тебе не снилось. Я, брат, из таких ловушек выходил целым, что ты от зависти лопнешь. Что мне твои поддельные записюлки? Тьфу и растереть. Я на пару адресов сходил, посмотрел и понял, что липа. Тогда и вернулся к тебе. Стал следить. А ты сам по адресам ходишь. Хотел я сразу у тебя все отобрать. Только какой в том толк. Самый важный клад сам князь спрятал. Я его просил рассказать где, дать ключ. Только старик никому не доверял. Даже своему паскуднику сыну. Вот я и дождался пока