Боярский сын. Дружинник. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин

Я прошёлся перед пятёркой новоявленных адептов на служение:

— Теперь слушайте внимательно, повторять я не буду. Свищ при жизни был вашим главарём. Но теперь его не стало. Сказал бы, что царствие ему небесное, но вряд ли он попадёт туда. Если вы хотите ко мне, то советую запомнить, что я не Свищ. Меня зовут Елисей Ярославский. И мои правила куда как жестче.

Я сделал паузу, вглядываясь в их лица. Не дрогнут ли? Не опустят ли взгляды? Но нет, смотрели открыто, не отводили глаз.

— Мне не нужны наемники, которые работают за деньги. Мне нужны Слуги. Люди, которые не предадут, даже если им предложат все золото мира. И для вхождения в круг моих Слуг вам необходимо принести Клятву Крови.

Змей дернулся:

— Клятва Крови? Это же… это же навсегда, Ваша Милость.

— Так точно, — я улыбнулся. — Навсегда. До самой смерти. Вашей или моей. Эта клятва свяжет ваши души с моей волей. Вы сохраните разум, навыки, личность. Но вы никогда не сможете поднять на меня руку. Вы никогда не сможете предать мои интересы. Сама мысль об этом причинит вам невыносимую боль. А если попытаетесь всё-таки это сделать… — я коснулся лезвия ножа, — то умрете.

Я замолчал, давая им время осознать масштаб «предложения». Люди Свища снова переглянулись между собой. Похоже, что у меня получилось надавить на больное.

— Сейчас у вас есть последний шанс, — проговорил я почти торжественно. — Последний шанс развернуться и уйти. Я не стану вас преследовать. Но и вы забудьте дорогу на эту базу. Идите, ищите новых хозяев, играйте в свои бандитские игры. Но если вы останетесь… если вы согласитесь на Клятву… пути назад уже не будет. Вы станете частью моего Рода. Моими клинками!

Я подошел к столу, на котором уже лежали заранее подготовленные листы плотной бумаги с текстом договора. Рядом стояли пять серебряных булавок, кончики которых я лично обработал «золотым зельем» с добавлением катализатора Подчинения.

— Подумайте, — повторил я. — Подумайте о последствиях. Я потребую от вас беспрекословного подчинения. Я не приемлю сомнений. В моем отряде нет места демократии. Есть только моя воля и ваше исполнение.

Они молчали. Минуту. Две. Борозда положил руку на рукоять пистолета. Так, на всякий случай.

— Мы согласны, — первым шагнул вперед Кирпич. — Свищ верил вам, а мы верим Свищу. Наша жизнь и так ничего не стоит без стаи. Берите её, господин Ярославский. Я согласен!

— Я согласен, — выдохнул Змей.

— И я…

— Согласен.

Четверо ответили утвердительно. Их голоса звучали решительно, хоть и с налетом фатализма. Но когда очередь дошла до последнего… жилистого парня по кличке Лис, то я почувствовал это… Какая-то едва уловимая вибрация в воздухе. Всего лишь чуть-чуть, но я уловил небольшое изменение тембра.

— Я… я тоже согласен, господин, — произнес Лис.

Его голос был ровным, лицо спокойным. Но мелькнул оттенок фальши. Маленькое зернышко сомнения. А может, и не только сомнения. Кто знает, что в самом деле у него на уме? Может, сейчас он колеблется, а потом и побежит со всех ног, когда придётся повоевать?

В моей прошлой жизни такие «колеблющиеся» всегда становились причиной гибели всего отряда. Оборотни обожали находить таких слабаков, играть на их страхах, сомнениях, и превращали в предателей.

А может это предатель изначально? И он был внедрён в банду Свища в качестве соглядатая?

А что, всё может быть!

Я вздохнул.

Ядрёна медь, ну почему всегда находится один умник, который считает себя хитрее всех? Неужели он думал, что я не почувствую его обман?

Что же, если он всё-таки произнесёт слова Клятвы Крови, то его ждёт очень большой сюрприз. Однако, если он в самом деле соглядатай, то его можно будет использовать против того, кто его прислал. В любом случае, я останусь в выигрыше!

— Хорошо, — сказал я, отходя к столу. — Подходите по одному. Сначала произносите текст Клятвы. Громко, внятно, чтобы предки слышали.

Кирпич подошел первым. Он взял булавку, зачитал слова верности и резко уколол палец. Крупная капля крови упала на бумагу. Расползлась алой кляксой.

Я активировал заклинание. Зрачки здоровяка расширились, по телу прошла волна дрожи, и он склонился в глубоком поклоне.

— Во славу Рода, Мой Господин!

— Во славу Рода! — ответил я. — Да будет так!

Второй, третий, четвертый…

Нити в моем сознании начали множиться. Я чувствовал их преданность, их готовность служить. Ряды моей армии пополнялись!

Настала очередь Лиса.

Он подошел к столу, стараясь не смотреть мне в глаза. Взял бумагу. Его руки не дрожали. Хм, профессионал, что говорить. Сломать такого и переманить на свою сторону будет для меня интересным опытом.

— Я, Алексей Потапов, по кличке Лис, — начал он читать, — добровольно отдаю свою жизнь и свою честь под начало Елисея Святославовича Ярославского…

Он читал всё правильно. Интонации тоже были верными. Голос больше не дрожал и не выказывал смущения. Лис дочитал до конца и потянулся к серебряной булавке. Его пальцы коснулись металла.

Я смотрел. Неужели он до конца не верит, что я использую магию? Если со Свищом прокатывало, то со мной такое не прокатит! У Ярославских всё серьёзнее, братишка. Тут людей защищают, а не просто грабежами занимаются!

Может, сказать ему, что если сейчас он произнесёт последние слова и поставит подпись кровью, то назад дороги не будет? Или не говорить? Сделать его примером для всех тех, кто сомневается и кто подумывает о предательстве?

Показать всем — что будет, если человек откажется сотрудничать!

Да, лучше всё-таки промолчать. Позже я выловлю Лиса и поговорю с ним один на один. Выясню всю подноготную и узнаю, что он из себя представляет. А пока…

— Во славу Рода, Мой Господин! — выкрикнул Лис.

— Во славу Рода, — улыбнулся я и закончил. — Да будет так!

Глава 24

В кабинете князя Фрола Терентьевича Долгополого было сумрачно. За окнами резиденции выла метель, бросая пригоршни колючего снега в бронированные стекла, но внутри было тихо. Слишком тихо. Даже автоматика климат-контроля старалась не шуметь, чтобы не привлекать внимания того, кто устроился в хозяйском кресле.

Мальчик, которого все в этом доме теперь знали под именем Чернобай, залез на кожаное сиденье с ногами. Его кеды,