Ветвь Корреа. Изменяющие реальность - Герман Витальевич Рыльский

– Нам сюда. – Крошка отбросила квадратную крышку люка и скрылась из вида.

Матюшин последовал за ней и оказался на крыше небоскрёба. Свежий порыв ветра ударил ему в лицо и растрепал волосы. Было достаточно светло; писатель огляделся в поисках источника света и замер, словно увидел призрак, – половина горизонта светилась сказочным электрическим светом, сверкающие башни вонзались в чёрное небо, подобно острым ледяным иглам. Когда-то – казалось, что в прошлой жизни, – он любовался теми же огнями, только в собственном воображении, когда писал «Неоновые джунгли». Теперь небоскрёбы и вывески были совсем близко, рукой подать, и при этом он сам находился на вершине такой же башни, только заброшенной и тёмной.

Крошка взяла Кирилла за руку и подвела к краю крыши. Некоторое время они молча смотрели на удивительный ореол света, затмевавший звёзды.

– Тебе здесь нравится?

Писатель кивнул. Он чувствовал себя так, словно грезил наяву, но не мог выразить это состояние словами.

– Конечно, ведь я сам придумал этот мир.

– Я никогда никого сюда не приводила. Ты первый. – Крошка села на бетонное ограждение и свесила ноги в бездну. Кирилл, помедлив, опустился рядом. Почему-то двенадцать этажей внизу не пугали его, а рождали в груди удивительное ощущение свободы. Возможно, помогало осознание того, что всё вокруг лишь иллюзия.

– За такое стоит сражаться, – сказала Крошка.

– Спасибо, что показала мне это.

Крошка оторвалась от созерцания башен и бросила на Кирилла внимательный взгляд.

– Давно собиралась задать тебе один вопрос… Розалинда для тебя больше чем друг?

– Что? – писатель нахмурился, искренне не понимая, к чему ведёт девушка-механик.

Неожиданно лицо Крошки оказалось ближе, чем это требуется для разговора. В её тёмных глазах отражался свет городских башен, чуть приоткрытые губы влажно блестели. Кирилл ощутил её прерывистое горячее дыхание и поднялся на ноги.

– Крошка, ты что, прикалываешься?

– А что такого? Игра не запрещает поцелуи и всё, что не попадает под определение «традиционный секс». Мы с тобой могли бы запросто…

– Не здесь и не сейчас, хорошо? – отрезал Кирилл. – Вот честно, учитывая всё происходящее, сейчас это вообще не к месту.

Крошка поднялась на ноги.

– Придурок. Ты в курсе, что всё испортил?

– Ну, прости!

– Вообще не умеешь веселиться!

На базу они вернулись в молчании.

* * *

После драки на внутреннем дворе Тень сообщила, что внушение состоялось и теперь всё зависит от того, как скоро обработанный ею охранник будет дежурить в их блоке. Это случилось вечером того же дня.

Как обычно, в камерах выключили свет. Камеры начали понемногу пустеть – игроки, застрявшие в квесте, отключались от «Битвы за Неон».

– Не будем выходить из игры, подождём, – сказала Тень.

Ира-Искра и Кристина некоторое время болтали на обычные геймерские темы, но спустя минут двадцать замолчали. Розалинда уже дремала, когда в замочной скважине заскрежетал ключ. Ещё ни разу в жизни ей не доводилось наблюдать такого беззвучного переполоха – девушки, путаясь в простынях, повыскакивали из постелей и окружили эм-пи-си. В одной руке он держал связку ключей, а в другой – фонарик для обходов. На плече у него висела туго набитая сумка.

– Давай сюда сумку, ключи и фонарик, – сказала Тень, – и возвращайся на пост. Забудь о том, что приходил сюда.

Охранник послушно отдал свою ношу и удалился. У него было странное, застывшее выражение лица и совершенно бессмысленный взгляд, словно у человека, который ходит во сне.

Тень перевернула сумку. На пол упали четыре противогаза и пистолет.

– Мы сделали это, – прошептала Ира.

– Сделали, – Тень подняла противогаз и повесила его на шею, – но не до конца. Самое сложное впереди. Роза, так что ты умеешь?

Бывшая корректировщица реальности начертила в воздухе символ молнии, и в камере вспыхнула голограмма. Ира и Кристина ахнули, уставившись на витрину, полную магических прибамбасов, которым, по идее, не было места в «Битве за Неон».

– Серьёзно? – Тень вскинула бровь. – И как это понимать?

Реакция девушек была вполне объяснима. В любой тюрьме у заключённых отбирали личные вещи, поэтому квест блокировал инвентарь игроков.

– Глюк игры, – соврала Розалинда. – Это вообще инвентарь из «Юдоли Искателей». Не знаю, как так вышло, но здесь я могу пользоваться вещами своего дополнительного персонажа.

– Вот это повезло так повезло! – покачала головой Ира.

Роза вытащила из инвентаря магический кинжал, полученный в сезонном событии, два боевых перстня и произнесла:

– Давайте разнесём эту помойку к чертям собачьим!

– Теперь надо действовать быстро и нигде не задерживаться, – сказала Тень. – Наш единственный шанс – пробиться в старые подземелья. Если это удастся, я выведу вас на свалку.

Заговорщицы разобрали снаряжение и уже двинулись к выходу, как вдруг по коридору разнёсся чей-то голос:

– Отсюда давно никто не бежал… Думаете, у вас получится?

Тень остановилась и сказала:

– Если не получится, мы всё равно ничего не потеряем. Надо пробовать.

В камере напротив, возле решётки, стояли четыре девушки. За время своего пребывания в психокорпусе Роза так и не успела с ними познакомиться.

– Вам придётся взять нас с собой. А если не возьмёте, мы поднимем шум.

– Лучше не надо этого делать, – сказала Тень с неприкрытой угрозой в голосе. – Всё равно у нас только четыре противогаза.

– Значит, нет?

– Нет.

– Хорошо, мы вас предупреждали!

Раздался треск, темноту разорвала яркая голубая вспышка и рядом с Тенью ударила молния. В тот же миг стены задрожали от мощного взрыва – это сработали газовые бомбы. Удушливое облако быстро расползалось по коридору. Теперь счёт шёл на секунды – из некоторых камер уже слышались ругательства и крики. Заключённые, не успевшие покинуть «Битву за Неон», отключались от игры.

Где-то завыла сирена. Розалинда опомнилась и начала натягивать резиновую маску. Это оказалось не так-то просто, она уже готова была запаниковать, когда чьи-то руки заключили её в грубые объятия и рывком натянули противогаз. В голове у неё зазвучал громкий голос:

Прорываемся к центральному выходу. Будьте наготове!

Тень вещала на телепатической волне. Сообщницы бросились бежать. Неожиданно раздался металлический лязг, и свет в конце коридора погас, будто его отрубили гильотиной, – это с потолка рухнула стальная переборка, надёжно отделив блок от остального психокорпуса.

Искра, давай, действуй! Для тебя это не преграда!

Девочка развела руки и подняла лицо к потолку. Некоторое время ничего не происходило, а потом в воздухе перед ней зажглась маленькая красная искорка. Она начала стремительно расти, превращаясь в пылающую энергетическую сферу. Коридор окрасился алыми бликами, казалось, что всё вокруг заполнилось кровавым туманом. Розалинда