Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

– Спасибо, великий учитель, – церемонно поклонился Скай, осмыслив сказанное. – Твоя мудрость не имеет границ.

– А я, раз его мажество будет сопровождать прекрасную даму, со спокойной совестью останусь дома, – добавил из угла комнаты Ник.

Глава 6

Назавтра волшебник с товарищами отправились прямиком в лавку Лация. Конечно, набиваться на обещанную благодарным работником Кимом скидку Скай не собирался. А вот с самим работником нужно было потолковать. Вдруг он сумел разузнать что-то такое, о чем сотрудникам дознавателя Данна жители квартала не рассказали?

«Ткани со всего света» действительно поражали разнообразием. Тут были цумерские и лиссейские шелка, конопляные и льняные полотна из Аргассии, шерсть всех цветов и даже толстый даракский войлок из шерсти тсарлака. Кому и зачем он мог бы понадобиться в Лареже, Скай не сумел даже представить. Разве что стельки из него делать, но для стелек цена была уж слишком экзотическая.

Как ни странно, торговец Лаций волшебника узнал. Скорее всего, о спасителе ему напомнил работник, а заодно и описал того во всех подробностях. В то, что покусанный Бродячим Роем лавочник сумел разглядеть и запомнить волшебника, только-только придя в себя в темноте склада, Скай не поверил бы ни за что. Сам Скай был в тот день в куда лучшем состоянии, но и он Лация не узнал бы, хоть сто золотых ему за это пообещай.

Надежда просто заглянуть в лавку, вызвать Кима да расспросить его где-нибудь за углом не оправдалась. Ская шумно благодарили добрых полсвечки, потом подарили расшитый дивными узорами саркаанский кисет, показали свежепоступившие рулоны веррийской шерсти и уболтали купить с большой скидкой великолепный шелковый шарф. Волшебник поначалу хотел побыстрее сбежать, но заметил, что Пит под шумок уже отвел в сторонку работника. Пришлось поддерживать болтовню с лавочником, чтобы дать им побольше времени на разговор. Еще через полсвечки, когда Скай уже приценивался к отрезу совершенно ему не нужного бархата, Ким вернулся в лавку. Вскоре следом заглянул Пит, и волшебник наконец-то сумел покинуть Лация, пообещав непременно заглянуть через недельку, посмотреть на новое поступление.

– Ну как, надеюсь, этот шарф я купил не зря? – ворчливо поинтересовался Скай.

– Шарф тебе достался почти за бесценок, – улыбнулся Пит. – Лаций умеет быть благодарным. И если тебе он не по нраву, то господину Арли будет очень даже к лицу.

– Действительно, – согласился волшебник. – Дядюшке он должен понравиться. Рассказывай уже, что-нибудь узнал?

– И ведь узнал. Оказывается, отъезд Паулса видел сын хозяйки соседней лавки. Той, у которой задняя дверь выходит в один дворик с пуговичной. Парнишка по ночам иногда бегает к одной красотке на соседнюю улицу. Тайком от матушки, так что на расспросы дознавателя, конечно, ничего не сказал. А вот друзьям по секрету поведал.

– И куда же он перебрался?

– А этого как раз никто не знает. В глухой ночи, где-то под конец третьей свечки пополуночи, лавочник, а с ним еще два каких-то парня погрузили несколько сундуков и пару мешков в небольшую, явно дорогую карету и отъехали в неизвестном направлении. Паулса свидетель узнал, поэтому и шум поднимать не стал. Поначалу-то подумал, что соседа грабят. Но разглядел его самого и успокоился.

– А супруга Паулса?

– Ее он не видел. Только лавочника и двух незнакомых парней. Один занес в карету сундук и сам туда залез. Второй загрузил мешки в задний ящик и забрался на козлы. Оба высокие и худые, но больше никаких подробностей свидетель не рассмотрел. Его больше волновало, как бы его самого не заметили.

– Получается, – подал голос Ник, – кроме студента в доме действительно был еще один человек.

– Был-то он был. Но вряд ли тем вечером составлял компанию этому Паулсу, – возразил Пит. – Карета не сама за лавочником приехала. Значит, один из парней был кучером. Второй, скорее всего, Манс. Ни в мешках, если свидетель их описал верно, ни в сундуках человек бы не поместился. Остается вот такой вопрос: где лавочница?

– В карете, просто села туда еще до появления свидетеля? – предположил Скай.

– Может быть. Но по описанию карета маленькая. Изящный городской экипаж. Вместе с сундуками и двумя попутчиками там будет неимоверно тесно.

– Уехала первой, а потом карета вернулась за оставшимися вещами?

– Тоже возможно, но тогда версия, что она угрозами или способностями нечисти держала Манса под контролем, становится сомнительной. Если ее не было рядом, он бы сбежал. Если бы она каким-то образом полностью подавила его волю, тогда он не оставил бы лоскут в поленнице.

– Получается какая-то задачка про волка, козу и капусту, – вздохнул Скай.

– Это точно, – согласился Пит. – И вот еще вопросец: зачем уезжать ночью? Старый Город по ночам патрулируют не хуже, чем днем. Днем у кареты гораздо больше шансов остаться незамеченной среди других экипажей. А ночью велик риск наткнуться на бдительных стражников, которые решат в карету заглянуть.

– Наверное, нечисть просто не любит свет, – развел руками Ник. – И к этому моменту она могла быть уже не в жене лавочника, а, например, в нем самом. Или в Мансе.

– Волшебника одержать сложнее, – возразил Скай.

– Ну, тогда в кучере, – не сдался Ник. – Про него мы пока вообще ничего не знаем. Предположим, одержимая сударыня вместе с загадочным третьим человеком вышли ночью из дома и отыскали какое-то другое убежище и новых подходящих жертв. Лавочник ждет дома. Предположим, он любит жену и все еще надеется, что все обойдется. Или его воля уже сломлена неведомой нечистью. Манс сидит в подвале, голодный и напуганный, он вообще не знает, что там снаружи происходит. Последние силы потратил на то, чтобы порвать платок и оставить о себе хоть какую-то весточку. Дальше нечисть доедает сударыню и переселяется в новое тело – того самого кучера. Судя по карете, дом они захватили богатый. Хозяев сожрали, запугали или что там они делают, я не знаю. Но оставлять за спиной живых свидетелей им точно не с руки. Поэтому кучер едет за лавочником и студентом. Собирают вещи, может быть, для отвода глаз, может быть, и правда нуждаются в деньгах, кто их знает, и переезжают. Лавочник думает, что едет к жене. Манса пугает нечисть. Никто не сопротивляется. На месте лавочника можно спокойно доесть, а Манс, я надеюсь, им все еще зачем-то нужен.

– А труп в бочке почему оставили? – уточнил Скай.

– Он неподъемный. Да и, обнаружь его стража, а не мы, версия сложилась бы простая и очевидная: лавочник убил работника, собрал вещички и сбежал. Кто бы тот труп