Новгородец - Георгий Георгиевич Смородинский

осмотрел дымящуюся траву и понял, что в огнеметчики меня сейчас никто не запишет. Заклинание сожгло только растительность, да и то лишь частично. Земля в месте попадания выглядела так же, как и вокруг. Ну разве что была присыпана пеплом.

При этом я прекрасно помнил огненные трещины, которые разошлись от моей ладони по морде чудовища. Скорее всего, при движении через воздух большая часть энергии теряется? Раз так, то и защиту с цели на расстоянии снять будет сложнее? Или это «снятие» не зависит от расстояния? И главное: в каких величинах все это измерять? Сколько конкретно защиты я сниму на каком расстоянии? Есть тут у них какие-то формулы, или все на глазок?

Как бы то ни было, с этой магией нужно разобраться в ближайшие дни. Зиму расспросить пока она здесь… Так, стоп! Она же сказала мне: «помогу»…

Вернувшись на свое место, я снова сел на траву и глядя на девушку осторожно поинтересовался:

— А ты еще со мной? Или уже нет?

— Я теперь надолго твоя, — Зима пожала плечами и опустила взгляд. — Древо[3] накрепко связало наши с тобой судьбы.

О-хе-реть!

В первые мгновения я не смог даже осмыслить эту сумасшедшую новость. Девочка, способная защитить от заклинания монстра и уронившая этого монстра на землю… Ходячая и летающая энциклопедия этого мира. Дух леса, настоящая берегиня — и у меня в напарницах⁈ Это вообще законно? Черт, да что я такое несу…

— То есть ты теперь со мной? — все еще не веря в такую удачу, осторожно произнес я. — А как же лес?

— Лес меня отпустил, — Зима подняла взгляд и нахмурилась. — Ты, что же, не рад?

— Я счастлив! Ты даже не представляешь, насколько! — я развел руками. — Просто как-то не верится. Мне ведь только мечтать о такой помощнице как ты. Древо словно услышало…

— Хорошо, — девушка перестала хмуриться. — Тогда объясни, что означает слово «охереть»?

— Опять подслушала? — я сдержал улыбку и осуждающе посмотрел на напарницу.

— Ты прекрасно знаешь, что кроме слов, мысленно адресованных мне, я различаю отдельные слова и фразы, — ничуть не смутившись, ответила Зима. — Ты подумал это, когда я сообщила, что буду с тобой. Это слово я поняла как плохое, срамное…

— Это всего лишь восклицание означающее: радость, неверие, удивление, — со вздохом пояснил я. — Ты лучше всегда меня спрашивай. А то надумаешь нехорошего и будешь потом обижаться.

— Интересный язык, — Зима улыбнулась, второй раз с момента нашего с ней знакомства и, изобразив вздох, добавила: — Только я на твоем месте сильно не радовалась бы. Ведь просто так Древо ничьи судьбы не связывает.

— Да я и сам знаю, что впереди у нас будет много всего интересного, — я улыбнулся в ответ. — Только с тобой у меня намного больше шансов пережить все грядущие приключения. Поэтому я и радуюсь.

— Значит будем радоваться вместе, — Зима снова улыбнулась, поднялась на ноги, грациозно потянулась, посмотрела на меня и вопросительно подняла брови. — Ты же хотел поговорить с хозяином леса? Тогда пойдем! Я провожу…

Произнеся это, она сделала приглашающий жест и, легко ступая, направилась к лесу.

«М-да… И как это у нее получается быть настолько похожей на девушку?» — снова подумал я и, все еще не веря в свалившуюся удачу, направился следом за своей берегиней.

— Я просто хорошо умею подражать людям, — пояснила напарница, когда я догнал ее и пошел рядом. — Сейчас начала изображать и дыхание. Просто чтобы ты быстрее ко мне привык.

— Опять подслушала мысли?

— Нет, — Зима покачала головой, скосила на меня взгляд и улыбнулась. — О чем ты еще мог сейчас думать?

— Например, о разговоре с хозяином леса, — тут же возразил я. — Я же волнуюсь…

— Ой, да ладно. Волнуется он, — девушка фыркнула. — Что-то ты не сильно волновался, когда я шла вызывать чудовище, в которое превратился хозяин. Стоял, смотрел мне пониже спины и не сильно грустил. По крайней мере волнения на твоем лице я не видела.

— У тебя глаза на затылке? — я не выдержал и улыбнулся.

— У меня нет глаз, Олег, — Зима изобразила вздох и покачала головой. — Я если ты не забыл берегиня. Вижу лес на несколько верст вокруг себя в каждую сторону и даже на пару саженей под землю.

— Ну тогда привыкай к таким взглядам. Любому мужчине приятно смотреть на женские ягодицы. Они вдохновляют…

— Чувствую, мне еще ко многому придется привыкнуть, — девушка картинно-обреченно вздохнула, превратилась в мотылька и полетела вперед.

— Ты еще и вредная, — я улыбнулся, покачал головой и пошел следом за напарницей.

Шли мы недолго. Пролетев метров двести по лесу, Зима снова приняла человеческий облик, дождалась, когда я подойду, и кивнула на сосну, которая лежала на земле и потихоньку гнила.

— Говорите, а я подожду…

Не понимая, с кем здесь нужно говорить, я огляделся, и в этот момент одна из коряг, что были навалены возле сосны, превратилась в сидящего на пне старика. Леший решил говорить со мной в человеческой форме.

Он был похож на смерда. Самой обычной внешности без особых примет. Две руки, две ноги, нечёсаная с сединой борода, кустистые брови. Глаза — серые, выцветшие. Рост — средний, одет как большинство смердов: льняная рубаха, порты до колен, онучи[4], поршни и на голове — серый колпак. В толпе таких девяносто на сотню — отвернешься и сразу забудешь. Впрочем, тут и отворачиваться было не нужно. Стоило посмотреть поверх головы или немного вбок и вместо сидящего старика над пнем снова появлялась коряга. Разлапистая и формой совсем непохожая на человека.

Все это уложилось в голове за мгновение. Я шагнул вперед, коснулся ладонью груди и, кивнув, произнес:

— Здравствуй, лесной хозяин. Извини, что без подарка. Я потом отдарюсь, обещаю.

— И ты здравствуй, Олег сын Юрия, — не шевеля губами, произнес в ответ леший и едва заметно кивнул. — Ничего дарить не надо. Ты уже столько всего подарил, что лесу пришлось отдариваться, — он посмотрел на стоящую слева от меня берегиню, скривил в усмешке рот и покачал головой.

Девушка виновато понурилась, а я снова коснулся ладонью груди и отвесил глубокий поклон.

— Спасибо тебе, лес, за веру в меня… и за такой дар!