Желтый глаз - Ли Рэдфорд

кровью Лив. Та все еще была чернее битума и тяжело оседала на дне емкости. Кеста подвинула пробирку по рабочему столу к Кук. Лив глазами проследила за этим перемещением мимо ее клетки.

– Хочешь сделать мазок крови сама или мне этим заняться? – спросила Кеста.

Но у Кук не было времени ответить, потому что лабораторные двери распахнулись, и вошли двое солдат, одетых по форме. При них было оружие, они сопровождали Лундина и женщину в темно-сером костюме – топали по обе стороны от них. Это была женщина из Министерства обороны Великобритании, та самая, что втянула их с Дадли в проект «Рассвет». Они промаршировали прямо к Кесте. Лив снова пронзительно вскрикнула и прикрыла глаза лапками.

– Это же вы под маской, Кеста Шелли? – уточнила женщина в костюме.

«Дерьмо, – подумала Кеста. – Вот и все».

В ее гениальном мозгу были миллиарды клеток, а все, что она смогла придумать, это «дерьмо». В лучшем случае Дадли рассказал им о том, что она воровала из больницы, и они пришли ее арестовать. В худшем – Тим вырвался из гостевой спальни и растерзал половину Уоппинга, и теперь ее, по всей видимости, заберут прямиком в Тауэр на казнь. У Кесты не имелось хитроумного плана, а в лаборатории не было места, чтобы спрятаться.

– Да?.. – выдавила она. Женщина в темно-сером костюме заглянула в письмо, которое держала перед собой, и что-то прошептала Лундину; он кивнул ей вместо ответа. – Кеста, вам что-нибудь известно о местонахождении мистера Колина Ройса?

Кеста бросила взгляд на Кук, а Кук бросила взгляд на Кесту. Обе медленно повернулись и указали на мужчину в дальнем углу лаборатории, державшего чашку Петри под ультрафиолетовой лампой. Ничего не говоря, солдаты вместе с женщиной направились к нему. Один выхватил чашку из его рук и ткнул в него оружием, приказывая отступить от рабочего стола. Подчиняясь инстинкту, мужчина поднял руки в воздух, попятился, не оглядываясь, пока не врезался в коллегу, слишком напуганного, чтобы отойти с дороги. В помещении все так же разносились крики Лив.

– Кто-нибудь, заткните эту обезьяну!

– Что, черт побери, мог натворить Роллс? – пробормотала себе под нос Кук.

– Он держал связь с лабораторией в Германии, – ответил Лундин, ожидавший рядом с ними, пока его головорезы разбирались с Колином. Он говорил негромко. Втроем они наблюдали, как один из солдат заломил Колину руки за спину и стянул его запястья пластиковой стяжкой. – Мне поступила конфиденциальная информация. Он нарушил протокол. У этого будут последствия.

– Я ничего не делал. Клянусь. Это безумие! Это не я! – кричал тот Лундину, пока солдаты сопровождали его на выход из лаборатории. Подошла женщина в темно-сером костюме.

– Спасибо, что сообщили об этом, профессор Лундин. Дальше мы сами разберемся.

Лундин и женщина пожали друг другу руки. На этом солдаты покинули лабораторию. Все, кто остался, застыли в шоке от произошедшего, но прежде всего – обрадованные в этот момент ужасающего спокойствия тем, что они – не Колин Ройс. Лундин привалился к столу и вздохнул. Лив протянула к нему лапку сквозь прутья клетки, но он был слишком далеко, чтобы она могла его достать.

– У нас пропало несколько флакончиков «Реаниматора», – сообщил он. – Эта информация НЕ ДОЛЖНА покинуть пределы лаборатории. – Он хотел было стереть капли пота над бровями, выступившие от стресса, но забыл, что на нем визор. – У Ройса сестра в Берлине. Он писал ей о нас, достаточно открыто. Кажется, он собирался продать наши разработки тому, кто предложит самую высокую цену. Вероятнее всего, какому-нибудь немецкому производителю оружия.

– Только не Роллс… – покачала головой Кук, не веря своим ушам.

– На следующих выходных у него был запланирован перелет, а на его счет поступили два крупных платежа.

– Он мне никогда особо не нравился, – фыркнула Кук, просовывая палец в клетку Лив и позволяя обезьянке вцепиться в него изо всех ее крошечных сил.

* * *

Она пустила по коже горячую воду. Пар сгустился в воздухе вокруг нее, так что она больше не видела пустую раздевалку. Она заставила себя встать под ревущий поток, прикрывая рукой глаза от всего плохого, как делала Лив, и от влажности у нее закружилась голова.

Кеста задержала дыхание. Как долго она сможет выносить такой сильный жар, не навредив себе? Плечи жгло. Она закрыла кран и прошла сквозь облако пара. Ее плечи покраснели, но не обварились. «Обеззараженная, но все еще грязная», – подумала она. Следовало бы смочить полотенце в ледяной воде и промокнуть плечи, чтобы унять жар. Вместо этого она быстро вытерлась, сунула руки в рукава джинсовой рубашки, застегнула пуговицы дрожащими пальцами.

Она вышла из лаборатории, все еще мокрая, думая только о том, как бы поскорее оказаться подальше от Лундина и остальных. Кук была права: она действительно хотела бы забрать Лив домой, спрятать ее вместе с Тимом, пытаясь таким странным образом им помочь.

На улице она ощутила сильный ветер, и ее влажные волосы превратились в холодную шапку. Октябрь и наконец наступившая осень закручивали воздух вихрями. Листья начали опадать слишком рано, отрываясь от деревьев, которые еще не готовы были их отпустить. Проходя вниз по Флит-стрит, она услышала вой сирены, шум, искаженный порывом ветра на пустой дороге. Она обернулась и огляделась, но там ничего не было. И лишь когда Кеста продолжила свой путь, она заметила, как он выходит со станции метро и встает посередине дороги, прекрасно зная, что ей придется пройти мимо.

Замшевый бомбер, видавший лучше дни, был застегнут до подбородка, ремень сумки перекинут через грудь. У него была развязная манера держаться, и, очевидно, это никак не было связано с его привлекательностью. У него вообще ее не было. Во всяком случае, его лицо служило отличной иллюстрацией к слову «непримечательный». Даже глядя прямо на него, Кеста подумала: «Если он со мной что-то сделает, я никогда не смогу его опознать». Он держался развязно, потому что считал себя умнее всех.

– Не знаю, помните ли вы меня…

– Помню.

– Вы случайно не Кеста Шелли?

Она ничего не ответила.

– Вы живете в Уоппинге, так? И раньше работали в Университетской больнице?

Кеста застыла, держа язык за зубами, и молилась, чтобы невероятно быстрый, но бесшумный автобус въехал в ничем не примечательного мужчину и размазал его по асфальту.

– А теперь вы работаете в проекте «Рассвет». Это так?

– Если у вас уже есть все ответы, нам не о чем говорить.

Она попыталась пройти мимо, но он преградил ей путь, пытаясь казаться больше, чем он был на самом деле: вратарь, готовый сорваться с места.

– Слушайте, если вы со мной не поговорите, вам придется поговорить с кем-то другим, – начал он и