Принцесса Яника и проклятый ритуал - Рина Радостина

— Да кто её знает, — если бы Остеденте мог провернуть такой трюк, он бы, наверное, почесал в затылке. — Я сам уже запутался, тут столько магии лилось туда и сюда, что угодно могло произойти.

— Ты уменьшился, кстати, — констатировал очевидное Макс.

— Да уж заметил, — ядовито ответил дракон.

— Эй, вы какого хера от меня морды воротите⁈

— Ты вроде говорил, что твой размер зависит от магии? — спросил Макс, проигнорировав выкрик Яны. — Это не означает, что магия уходит?

Дракон на мгновение завис в воздухе — даже крылья замерли.

— Да нет, — неуверенно сказал он. — Много, очень много. Тут что-то другое было. Может, с той стороны кто-то постучался…

Девушке надоело смотреть на их разговор, и она смело вскочила на ноги и кинулась на Макса с растопыренными пальцами, нацеленными ему в глаза. Он рефлекторно выставил ладонь, Яна влетела в магический щит, который отбросил её назад. Ударилась она, кажется, сильно, но сознание не потеряла — зато разревелась.

— Да, магии прилично, — заметил Макс. — Но нас всё равно вскроют как твою консервную банку…

— У меня нет консервной банки.

— Я шучу. Предложения есть? Мы не можем отсиживаться тут вечно. Да и смысл как-то потерялся, — Макс покосился на рыдающую девушку.

Та вроде плакала по-настоящему, размазывала грязь по лицу — но всё же временами посматривала на двух её невольных товарищей по несчастью, видимо, ожидая какую-то реакцию на свою обиду. Но Макс решил, что первым не сдастся.

— Ага, роща больше не нужна, — подтвердил дракон. — Мне — точно. Может, тебе для чего пригодится?

— Не, если понадобится, я новую выращу, в более тихом месте, — сказал Макс и вдруг понял, что именно так и поступит. Если ему потребуется священная роща — он её вырастит. — Только мне нужен будет детектор магических линий, — добавил он. — Ты как насчет прогуляться?

Дракон сделал вид, что думает.

— Можно, отчего нет? Когда пойдем?

— Прямо сейчас.

— А с ней что?

— С ней?

Макс нахмурился и посмотрел на Яну так грозно, что она тут же прекратила рыдать и закрылась руками — словно он собирался кинуть в неё камнем.

— С ней просто — к отцу отправим, — наконец сказал он. — Пусть идет.

— Там же стреляют, болваны! — прокричала девушка. — Я никуда не пойду!

Макс пожал плечами.

— Тогда жди, когда купол упадет и снаряды прилетят прямо сюда. С нами у тебя есть шанс остаться целой и невредимой. Идешь? Или тебя тащить?

— Иду… — буркнула Яна. — Но отец…

— Да-да, он мне то же самое говорил, не повторяйся, я и с первого раза запомнил, — прервал её Макс. — Дракон, пошли. И ты тоже, если хочешь жить.

* * *

— Товарищ генерал, смотрите!

Голос раздался с дальнего конца трейлера, где сидели трое совсем молодых ребят с погонами старших лейтенантов и рассматривали в небольшие мониторы окрестности городского парка.

Виктор как-то подозрительно покосился на Кузнецова, но тот сделал вид, что не заметил, как был раскрыт чин безопасника. Они вместе прошли туда, куда их позвали — генерал чуть впереди, Кузнецов в шаге за ним, как какой-нибудь ординарец. Всмотрелись в монитор.

— Это Яна! — вскликнул Кузнецов. — Моя дочь!! Прекратите стрелять!

Он вцепился в рукав Виктора, но тот тоже предпочел не заметил такого нарушения субординации.

— Отставить огонь! — громко крикнул он. — Приказ продублировать по всем батареям!

Кузнецов не отрывал глаз от дочери. Она стояла на улице Ленина, метрах в трехстах от городского парка — в знакомом спортивном костюме и кроссовках, с перепачканным лицом и спутанными волосами. И явно была очень и очень растеряна — будто оказалась не совсем там, где ожидала. Впрочем, Кузнецов её хорошо понимал — он и сам сейчас с трудом узнавал этот район, так хорошо над ним потрудилась крупнокалиберная артиллерия, да и ветви из-за купола тоже постарались на славу.

— Купол! — раздался ещё один крик, на этот раз без указания звания.

Все присутствующие дружно посмотрели на большой экран.

На куполе вспухли ещё пять разрывов, а вот шестой прошел сквозь преграду и взорвался там — причем взрыв было хорошо видно. Было видно и целую кучу огромных деревьев, которых в этом парке, зажатом между оживленными городскими магистралями, не было отродясь. И сам купол с каждой секундой становился всё прозрачнее и прозрачнее — и в какой-то неуловимый момент пропал совсем.

— Что это значит? — озадаченно спросил генерал по имени Виктор, ни к кому не обращаясь.

Кузнецов решил не дожидаться следующих вопросов. Он со всех ног бросился к двери трейлера, оттолкнул замешкавшегося на пути сержанта, спрыгнул со ступенек — и побежал к дочери. Здесь было недалеко, а он был в хорошей форме, и собирался преодолеть это расстояние минут за пять.

Но он успел услышать, как за спиной раздался командный рык Виктора:

— За ним, быстро! И опергруппы к этой девчонке и в парк! Всё проверить, всё оцепить! Ни одна мышь не должна ускользнуть.

Кузнецов злорадно подумал, что в парке, скорее всего, никого уже нет. А уж о судьбе дочери он позаботится сам, никому не доверит. Даже Мише.

Глава 14 Слишком много магии

Глава 14 Слишком много магии

Малиут долго бился над простым вроде бы вопросом — почему эльфы так легко сдались после поражения своей армии? Почему они позволили людям разрушить свои священные места и магические рощи? Что случилось с теми, кто уцелел в мясорубке сражений? Почему у них полностью исчезла воля к сопротивлению, и они пошли в кабалу к человеческому роду, отказавшись от своей магии?

Но сейчас он мог бы с легкостью ответить на все эти вопросы. Войны всегда длились долго; люди воевали эльфов несколько десятков лет. За это время сменилось несколько поколений, и все они выросли, не зная мирного времени и существования. Их уделом были набеги людских отрядов, сожженные деревни и города, убитые родные и близкие. И в какой-то момент они просто-напросто перегорели, стали готовы на всё, лишь бы этот кошмар, растянувшийся на десятилетия, наконец закончился.

Малиут сам прошёл через