Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Я пыталась устроиться хоть куда-то, но меня не брали. Так что я стала брать заказы на шитье. Всю жизнь от него бегала, а теперь вот вернулась. Мама у меня была знатная швея — у неё было много заказчиков. После её смерти большинство перешло к моей сестре, некоторые остались при мне. Из жалости по большей части, потому что швея из меня не очень. Зарабатываю сущие летты, но без летт не соберется ройс.

С трудом пытаясь унять волнение, Вик спросила — даже Эш подался в ожидании ответа:

— Вы шьете воротнички?

— Нет. Я больше по женскому белью. Это сестра одевает мужчин — шьет все: рубашки, костюмы, жилеты. Не одежда, а загляденье — у неё золотые руки на самом деле.

Вик переглянулась с Эшем, тот прищурился, что-то решая про себя. Он взял стул и присел за стол, опережая Вик с вопросами:

— Почему вы после смерти матери предпочли снять жилье на улице Красильщиков — это же дно города. Почему не попросились к сестре? Она же у вас тоже одна воспитывает детей.

Фостер вздохнула:

— Мы с ней перестали общаться. По зиме. Она даже на похороны мамы не пришла.

— Почему? — Вик сама не поняла, зачем полезла в их семейные дрязги.

Фостер долго молчала, словно не решалась рассказывать. Грег принялся её увещевать:

— Аликс, тут любая мелочь может оказаться важной. Надо найти того, кто убил Мейси — он может не остановиться и продолжит убивать.

Фостер вскинулась:

— Нет-нет-нет, моя сестра ни при чем! Она совсем не способна на убийство. Что вы!

— Я этого не говорил — никто не подозревает вашу сестру в убийстве. Но мы должны разобраться во всем, что происходит вокруг вас. Толпа за стенами участка решила, что виновны вы. Мы должны разобраться. Понимаете?

Она кивнула:

— Аманда… Она хорошая. Она очень хорошая и умная, а еще у неё золотые руки. У неё был муж — они любили друг друга. По зиме он умер. Во вьюговей. Шел, упал, ударился головой о бордюр и умер — спасти его не удалось. Говорили, что кровь в мозге пошла. Я в таком не разбираюсь. Аманда после его смерти нас с матерью даже на порог не пустила. Орала, что это только наша вина. Она кричала, что Стен умер из-за… — она еле слышно сказала: — … меня.

Эш хищно подался вперед. Вик опередила его вопрос:

— Она это как-то поясняла?

Фостер принялась мять в руках платок Эша:

— Она сказала, что если бы не я, этого бы не случилось. Они тогда с мамой поорали друг на друга, и Аманда сказала, чтобы ноги нашей больше не было в её доме. С тех пор я её не видела. Мама пыталась… Ходила к ней, но Аманда не пускала её дальше порога.

— А ваша мать вам что-то выговаривала из-за беременности и Мейси?

Фостер поникла:

— Она ругалась, конечно. Я тогда чуть из дома не ушла — она остановила. Она сама вроде ходила к Мейси, но её не пустили в дом. Мама все время до самой смерти говорила, что мужчина, настоящий мужчина такого бы не допустил. Все ругалась на Аманду, что у неё муж размазня и не мужик.

— Вы просили Стена Круза поговорить с Мейси?

Она подняла голову:

— Нет, конечно. Он меня избить грозился. Я боялась, что он и Стена изобьет. Тот, конечно, бывший военный, служил в Тальме, но все же… Я не просила его. Это только мой ребенок. Жаль, что я вчера забыла об этом и пошла к храму.

— Ваша мать просила Стена поговорить с Мейси?

— Не знаю, — Фостер откровенно удивилась. — Зачем?

Вик вздохнула: поразительная незамутненность и нежелание замечать что-то вокруг себя. Эш тоже глубоко вдохнул и спросил:

— Ваша матушка могла о таком попросить Стена? В каких он был отношениях с нерой Фостер?

— Вряд ли она стала о таком просить. Не думаю. Я просила её не вмешиваться.

Больше от Фостер ничего добиться не удалось — она дату смерти Стена и то с трудом вспомнила.

Эш, распорядившись отвести Фостер в камеру, в упор посмотрел на задумчивую Вик, делавшую заметки на бумаге:

— И что ты думаешь?

Она оторвалась от записей:

— Надо все же провести обыск у Фостер и навестить Аманду Круз. А еще поднять дела за этот вьюговей — найти, что случилось со Стеном Крузом. И навестить паб. Интересно, меня туда, как инспектора, пустят? Или придется устроить скандал? А еще Химический завод. И родственники, и сослуживцы Пикока — их расспросить о всех его связях. И рубашки. Надо разобраться с рубашками и воротничками.

— Изъять во всем городе? — почти в шутку предложил Грег.

— Желательно, — мрачно заметила Вик. — Как ты думаешь, будут еще жертвы или нет?

Грег пожал плечами:

— Про жертв не знаю. А вот бунт из-за воротничков, к сожалению, будет — все «белые воротнички» взвоют, а не только «острые». Все воротнички не изъять. Но идея хорошая. Я оценил.

Вик потерла висок:

— И где бы на все это взять время. Завтра еще будет жара — пожары могут повториться. Нам надо пережить еще день-два жары.

Эш внимательно смотрел на неё:

— Вики…

— Что?

— Тебя Брок так и не научил распределять дела?

— Это так заметно? — тихо спросила она.

— О да, Вик. Выбирай, что возьмешь на себя, а что оставишь нам. Пикока и его связи можно сбросить на Северный — пусть Лефевр отрабатывает свой хлеб. Паб и Джека Оливера отдать Грегори — он свой в Речном, ему проще будет собрать сведения о Мейси и его интересе там. Обыск у Фостер могут провести мои парни. И не смотри так — я уверен, что Фостер невиновна, но я не допущу нарушений во время обыска и не стану прятать улики — ты меня знаешь. Байо тем более до такого не опустится.

— Ты оставляешь мне неру Круз?

Грег кивнул:

— Это сейчас самое интересное в расследовании. Я бы сам отправился к ней, но я не могу бросить участок — тут «острые воротнички» решили стать поборниками справедливости. Так что ты скажешь?

Вик решилась:

— Хорошо. Я к Круз и на Химический. Вечером заеду — сверим данные.

— Умница. Алистера с собой возьмешь? Просто на всякий случай.