Древо Миров братьев Камковых. Том 2. Осколки - Денис Игоревич Камков

жезл испустил сноп желто-красного света, подобно лучу солнца, пробившего тьму подземной пещеры. Луч уперся в моего пета, продырявил его насквозь, опаляя кости и тот развалился, гремя огарками по камню.

– Костяные копья! – Проорал я, указывая поднимающимся с пола костям от всех павших здесь воинов на главаря, или может быть, стоило называть его король гоблинов?

Костям было все равно, они развернулись в сторону трона и как стрелы понеслись в эту жирную тушу. Гоблин что-то прошамкал своими отвисшими губами, и его окружило сверкающее сияние, которое я уже видел в исполнении шамана на втором этаже. Вот только в отличии от того мыльного пузыря, это сияние плавило кости и до короля долетели ошметки. Мелкие косточки, ребра и кости рук полностью превратились в прах. Только берцовые толстые кости, пролетев через сферу, остались хоть и втрое меньшими по размеру, но все же достаточно увесистыми, чтобы пробить дряблую, складчатую, обвисшую кожу гоблина и впиться внутрь, заставив его дико заорать. К моему счастью павших было много и костей соответственно еще вдвое больше.

Манны оставалось совсем мало и мне пришлось выбирать, добивать короля самому или вызвать пета. Я выбрал последнее, тем более сфера еще держалась, а она отражала всю магию. Пробив мечом череп подвернувшегося лучника, мой скелет набросился на еще вполне живого короля, но тут же был оттеснен назад, двинувшейся ему наперерез четверке мечников, стоявших до этого неподвижно по бокам трона.

Это были самые сильные наши противники за все время. Двуручные мечи и усиленные металлическими вставками кожаные доспехи, не позволили моему скелету расправиться с ними наскоком. Он завяз в драке, а король тем временем вытаскивал из себя осколки обгоревших костей, постепенно приходя в себя после моего самого сокрушительного заклинания. Если прямо сейчас не предпринять чего-нибудь дельного, нам его не одолеть. Пришлось осваивать профессию бойца ближнего боя. Я подобрал с пола один из мечей гоблинов и с подобающим антуражу криком, бросился к трону, держа меч обоими руками, острием вперед. Едва не споткнувшись о ступени постамента, что добавило бы абсурдности происходящему, я взбежал вверх и всем телом навалился на гоблина, вгоняя в его жирную тушу меч по самую гарду. Король вздрогнул всем телом, отчего волны жира и кожи пришли в замысловатое движение, потом поднял жезл, и огрел им меня по голове, от чего я завалился прямо на него, погрузившись лицом в волны колышущихся складок кожи и едва не утонув там. Кровь, смешанная со зловонным потом и жиром обдала меня с головой, и я вынырнул, наощупь перехватывая жезл, уже занесенный им для повторного удара. Рывок и он оказался уже у меня в руках.

Поток жизненной энергии и манны пронесся от него по моему телу и разлился животворной волной. Защитная сфера вокруг короля лопнула с тихим звоном, и я бодро вскочил, делая пару шагов назад, и с удовлетворением наблюдая, как огромная туша без подпитки магией, расплывается по сидению.

– Сфера чумы! Сфера чумы! Сфера чумы!

Я посылал сферы одну за другой, пока всякое шевеление толстяка не прекратилось. Последним аккордом была корона, сорвавшаяся с упавшей на грудь головы короля и со звоном покатившаяся, подпрыгивая на ступенях постамента. Я поднял ее и на всякий случай сунул в карман плаща.

Скелет тем временем сражался с последним из четверки элитных бойцов, лишившись половины ребер, и хромая на обе ноги. Пришлось потратить еще пару сфер, чтобы помочь бедолаге. Победа была полной и безоговорочной. Сменив едва живого скелета на нового, поднятого из трупа мечника личной охраны короля, я послал его пробежаться по пещере и добить всех, кто еще уцелел в этой бойне. Сам я обходил огромный трон, с интересом рассматривая все то, что этот царек нахомячил и сложил у его подножия. Тут были монеты различных номиналов, сложенные в мешочках в кованый сундучок, драгоценные камни, предметы ювелирки, оружие, доспехи различной степени сохранности, а так же несколько древних книг и свитков.

Пришлось дожидаться возвращения моего пета, и делать из него грузового скелета. Конечно, все утащить он не смог, даже выкинув свой двуручник, но и я здраво рассудив, решил не забирать громоздкие латы и огромные мечи. Я взял только деньги, драгоценные камни, ювелирные изделия, книги и свитки. Конечно, жезл и корону я тоже прихватил, так же я поменял свой уже порядком зазубренный кинжал на один из тех, что в изобилии валялись на поле боя.

С катакомбами было покончено, следующей моей целью был город Грохар.

Глава 32. Пентакор. Мир Пента. 400 год. Доклад королю.

Обратный путь я помнил смутно, какими-то отдельными кусками. Мы скакали через лес, в сопровождении молчаливых эльфов, сопроводивших нас до самой границы своих владений. Наш отъезд из дворца короля эльфов прошел буднично и по-деловому. Не было парадов и долгих прощаний. Король произнес соответствующую случаю короткую напутственную речь, и мы выехали из замка в сопровождении четырех воинов, попарно скачущих впереди и позади нас. Лучиэниэль на проводы не пришла. Я несколько раз оглядывался, пока лес не закрыл дворец из вида, и мне показалось, что на террасе в самый последний миг мелькнула ее стройная фигурка, но весьма возможно, я просто выдавал желаемое за действительность.

Ни в одном из городов и поселков мы не останавливались дольше, чем того требовалось, для того чтобы переночевать и дать отдых нашим коням. Весь обратный путь до столицы, поэтому занял всего лишь неделю. По пути, я по большей части молчал, погруженный в свои мысли, а Сэм не отрывал меня от раздумий, лишь изредка комментируя или обращая мое внимание на что-либо важное или опасное.

Одним из таких случаев оказался отряд разбойников, попытавшийся атаковать нас на тракте, на второй день, после выезда из Эльтанора. Группа из шести всадников сначала просто ехала вслед за нами, появившись внезапно из лесной чащи, а потом они пришпорили коней и стали нагонять нас, не смотря на то, что мы ехали ходкой рысью. Сэм тронул меня за руку и я, оторвавшись от своих дум, обернулся в седле к преследователям. Главарь бандитов, скакавший впереди, прокричал приказ остановиться, весьма развязным тоном и получил за это от меня огненный шар, опаливший голову его коня и прошивший его насквозь. В остальных, я прямо на ходу, скастовал шикарную ветвистую молнию и те повалились, обугленными куклами, на дорогу.

Сила моя, помноженная на отвратительное настроение и злость на самого себя, немного ужаснула меня и вызвала неприкрытое восхищение Сэма. За